Любимый плут - Кэролайн Линден

Макс улыбнулся в ответ:

— Мне достаточно на вас взглянуть. Мистер Тейт не предупредил меня, что сегодня на ужине будут присутствовать три очаровательные леди.

Секунду Френсис его разглядывала, потом еще раз фыркнула и, повернувшись к нему спиной, протянула Бианке бокал:

— Добавь немного, милочка.

Когда девушка без возражений налила ей еще портвейна, дама спросила:

— Тогда зачем потребовалось проделывать такой путь, если у вас даже в мыслях не было, что мы составим вам компанию?

Мистер Сент-Джеймс улыбнулся, и на одной щеке у него обозначилась глубокая ямочка — очень мужественная отметина, которая вряд ли заслуживала своего названия.

— Мужчина всегда надеется, мадам.

— Еще один идиот, — пробормотала Френсис, а Бианка счастливо улыбнулась.

— Добро пожаловать в Перузию. — Бледная, но уверенная в себе, Кэти подошла поприветствовать его. — Не хотите ли пройти сюда? Надеюсь, вы помните тетушку отца миссис Бентли и мою сестру мисс Бианку Тейт. У нас сегодня без лишних формальностей, только члены семьи.

— Благодарю вас, мисс Тейт. — Он очаровательно склонился над рукой Кэти. — Если у вас сегодня без формальностей, клянусь, я, наверное, упал бы в обморок от мимолетного взгляда на то, как бы это проходило формально. Вы затмили бы любую леди в Лондоне и даже в Париже.

— Тревор, дорогой, не вздумай нагадить на сапоги гостю, — пророкотала Френсис.

Мистер Сент-Джеймс тотчас обеспокоенно взглянул вниз, на сердитого бульдога, который обследовал его обувь, и сделал шаг в сторону.

Затем он опустился на одно колено, дал Тревору обнюхать свою ладонь, и, к удивлению всех присутствующих, пес опустился на пол и положил свою голову на руку мистера Сент-Джеймса.

— Хороший мальчик, — проговорил тот своим низким, каким-то шершавым голосом, погладив собаку по голове и по спине.

Вывалив язык, Тревор развалился на полу и издал утробный стон полного счастья.

Перебежчик, подумала Бианка, задетая за живое. И это после того, как она тайком скормила ему кусочек сыра!

Тут, очень довольный собой, в комнату вошел отец семейства:

— Приношу извинения, Сент-Джеймс. Кэти, дорогая, ты уже поприветствовала нашего гостя?

— Да, папа.

— Такая вот у меня девочка! — сказал он одобрительно, а потом похвалил ее платье и прическу.

В ответ на неожиданную лесть щеки у девушки стали пунцовыми. Кэти была хороша собой и чудесно выглядела даже в рабочем халате из грубого полотна и никогда не ожидала, что кто-нибудь скажет ей об этом.

Бианка закатила глаза, услышав такую вульгарную похвалу. Отец любил их обеих, но никогда не говорил им об этом, и тем более в глаза. На фабрике она могла отчаянно спорить с отцом из-за новых образцов или технических решений. К Кэти отец относился, как и к ее матери, — это был его долг, и ничего неординарного при этом.

И как назло, Бианка случайно бросила взгляд в сторону мистера Сент-Джеймса. Отец как раз расхваливал доставшиеся ей от матери гребни, которыми Кэти заколола волосы, а этот проклятый мужчина, вместо того чтобы смотреть на ту, на ком собирался жениться, наблюдал за Бианкой.

В какой-то момент их взгляды встретились: его оценивающий, и ее, вероятно, глубоко шокированный и враждебный. Именно эти чувства она испытывала сейчас. В любом случае Бианка демонстративно отвела глаза, сделав вид, что ее заинтересовала застежка на собственном браслете. Какой наглый грубиян!

Все отправились в столовую. Тетя Френсис опиралась на руку отца, Кэти шла в сопровождении мистера Сент-Джеймса, а Бианка молча шла за ними, размышляя, как все же добиться своих целей.

Она собиралась пригласить большую компанию, включая мистера Мейна, викария, чтобы подчеркнуть его преимущества перед мистером Сент-Джеймсом, но отец зарубил эту идею на корню, да еще прикрикнул:

— Только семья! И никого больше.

Это означало, что дело теперь за тетушкой Френсис, и старая дама не подкачала.

— Умоляю, расскажите о своей родне, сэр, — попросила она гостя за рыбой. — Я что-то запамятовала.

Он улыбнулся:

— Неужели? Да я ведь никого не упоминал.

Френсис обнажила зубы в улыбке.

— Тогда все в порядке! У меня безупречная память. Так расскажите то, что нам можно узнать.

— Мой отец, — легко начал Макс, — был из рода Сент-Джеймсов, как вы могли понять, и состоял в родстве с герцогом Карлайлом.

— Насколько близким было родство? — невинно поинтересовалась Бианка. — Неужели, сэр, ваше детство прошло в великолепном замке?

Кэти послала ей укоризненный взгляд, отец буркнул что-то себе под нос, а Бианка, хлопая ресницами, посмотрела на гостя, и тот ответил ей улыбкой с самообладанием леопарда, выжидающего время для прыжка.

— Нет, мисс Тейт. Я всего лишь дальний кузен, так что привилегией часто посещать замок не обладал.

— О! — откинулась Бианка. — Только в дни для визитов, полагаю?

Днями для визитов называли те, когда путешественники, оказавшиеся неподалеку, могли с разрешения хозяев пройтись по поместью и осмотреть дом.

Макс продолжал улыбаться, словно прекрасно понимал, к чему она клонит.

— Даже не так, боюсь. Какое-то время я постоянно жил в Лондоне. Это довольно далеко, чтобы заскочить на чашку чая в дни для визитов.

Бианка не знала, что сказать. Хорошо хоть Френсис решила заткнуть собой брешь.

— Да-да, Карлайл. — Она уронила кусочек тюрбо на ковер, и Тревор с чавканьем его сожрал. — А родня со стороны матери — кто они?

— Сомневаюсь, что вы слышали о них, мадам. Мои дед и бабка родом из Ганновера.

— Немец, — констатировала Френсис, не скрывая неприязни.

Макс лишь наклонил голову в знак подтверждения и пояснил:

— Их родители служили при дворе его величества Георга Первого, когда он переехал сюда из Ганновера.

Взор Френсис стал ледяным при упоминании о том, что последние короли Британии были больше немцами, чем англичанами.

— Служили? Интересно, кем: чистильщиками стульчаков, возможно?

Бианка чуть не поперхнулась вином, но с обожанием посмотрела на двоюродную бабку за высказанное предположение, что предки Сент-Джеймса занимали столь незавидное положение при дворе.

— Вы ошибаетесь, мадам, — легко возразил гость. — Насколько мне известно, мой прадед был сокольничим при короле.

— Соколиная охота! — воскликнул отец семейства. — Самая аристократическая забава, не так ли? Развлечение королей!

— Осмелюсь сказать, что от аристократизма мало что остается, когда приходится чистить помет, — кисло заметила Френсис.

Сент-Джеймс засмеялся:

— Возможно, именно поэтому они поменяли соколиную охоту на фермерство, мадам.

Френсис не нашлась что сказать, поскольку считала фермерство занятием приличным и уважаемым, и поджала губы.

— Достаточно о предках и роде их занятий, — объявил Сэмюел. — Сент-Джеймс, вы только что из Лондона. Расскажите, какие развлечения сейчас популярны. Кэти прочитала нам статью из «Леди мэгэзин», в которой говорилось о фехтовальном матче в Карлтон-хаусе между каким-то французом и леди! Что, неужели такое