Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

С этими словами дракарр встал, сделал знак Октавии, а Полиана поднялась вслед за ними с заметным опозданием. Они выходили из зала вместе, провожаемые огромным количеством взглядов, самим своим уходом демонстрируя единство и старые порядки, привычные для каждого здесь и поддерживаемые по крайней мере половиной совета.

— Всё будет хорошо, — упрямо произнёс Таррен и слегка мне улыбнулся, а я отчаянно всматривалась в его глаза, пытаясь понять, когда он это решил и почему ничего мне не сказал.

Возможно, он решил это прямо сейчас.

— Продолжайте трапезу, — а это уже был приказ всем остальным.

* * *

— Ваше Величество, не переживайте, информация об этом никогда не распространится среди народа. Вы знаете, что вас поддерживает толпа, и ему тоже придётся смириться, — я услышала этот голос, проходя мимо большой парадной, где часто принимали вельмож. Этим путём мне посоветовала идти Лили, обнаружившая после обеда на моём платье большое некрасивое пятно.

Для меня не было особой разницы, каким путём возвращаться назад, я только надеялась поговорить с Тарреном, который был слишком занят, но, услышав это обращение, замерла.

— Таррен там? — спросила я у девушки, и она испуганно покачала головой.

Что-то мне подсказывало, что я знала, к кому там, за дверью, обращаются «Ваше Величество».

Внутри обнаружилась прекрасная компания — множество служанок, несколько дворцовых леди, две из которых входили в совет, Октавия, сидевшая посреди них в самом высоком кресле, Полиана и даже Виола — молодая девушка, которая должна была стать одной из жён Таррена.

Они уставились на меня с вежливым удивлением, будто не понимая, что я здесь делаю, и я как никогда остро почувствовала себя… чужой.

— Я могу вам чем-то помочь, леди Франческа? — нежным голосом спросила Октавия, наклоняя голову, и это её поведение меня позабавило. До того, как Таррен объявил меня своей фавориткой, она держалась куда прямее и нравилась мне гораздо больше, чем этот нежный цветок, который теперь поддерживала едва ли не каждая женщина в королевстве.

— Я слышала, как к вам обращались «Ваше Величество», — громко произнесла я, ощущая себя при этом… живой.

— Они, должно быть, ошиблись, — сразу же ответила девушка. — Просто все слишком привыкли к моему статусу, впрочем, могу вас уверить, скоро всё разрешится, вам не стоит тревожиться. Мой отец имеет серьёзное влияние в совете, и выбор королевы никогда не может быть выбором любви, насколько бы сильно нашего монарха ни тянуло к земной женщине. Все знают, что это чувство неестественно, разрушительно и уже привело к гибели сильнейшего дракарра, которого знал Вермитур.

Я молчала, внимательно рассматривая девушку и думая о том, насколько на самом деле она опасна и почему Таррен не замечает, что прямо у него под носом появилась самая настоящая королева — по крайней мере в глазах слуг и многих придворных.

— Я понимаю, как тяжело это слышать, — между тем сочувственно продолжила Октавия. — Положение фаворитки унизительно и редко бывает долговечным, но, уверена, при дворе найдётся множество мужчин, готовых жениться на вас даже после всего, из-за этого неестественного влечения.

— Вы, кажется, не слышали своего монарха, леди Октавия, — уверенно улыбнулась я, чувствуя эмоции, давящие изнутри, распирающие грудь. — Он уже сообщил всем, что я больше не фаворитка. Точнее, не только фаворитка, и многие из присутствующих в этой комнате сами это слышали. А ещё он сказал, что принял такое решение, потому что думает именно о будущем Вермитура.

После этих слов я закрыла дверь, оставляя их одних и понимая, что в моих силах изменить эту ситуацию, сделать жизнь Таррена… хоть немножечко проще. Принять это место, увидеть себя в нём и начать действовать, но не через других дракарров и совет, а через население.

— Я найду дорогу в свои покои сама. Ты можешь остаться со своей госпожой, — холодно приказала я Лили, когда она послушно засеменила следом.

Побледневшая девушка осталась стоять в коридоре в полнейшей растерянности.

— Поднимайся, Фран, — Таррен разбудил меня ночью того же дня, и я попыталась потянуть его в постель, считая, что ему нужно отоспаться, пусть даже это будут его жалкие несколько часов.

— Нет, поднимайся, мы улетаем.

Я сразу же окончательно проснулась, не понимая, к чему он ведёт, а Таррен потянул меня за руку, кивая в сторону сундука с одеждой.

— Куда мы…?

— Увидишь, — тихо ответил он.

Я кивнула, но Таррена моя реакция только расстроила. По всей видимости, он предпочёл бы, чтобы я донимала его вопросами или сопротивлялась, потому что моё постоянное равнодушие уже безумно его достало.

Мы летели молча, и я видела, как Таррен долго смотрит на спокойный спящий город, который хранил столько секретов. Ветер бил в лицо, но я пряталась от него за шеей Артассии, тоненькой и длинной по сравнению с огромным телом Этарра, летевшего рядом и принимавшего на себя большую часть встречных потоков.

Этарр оглядывался на нас, именно дракон, не Таррен. Его явно интересовала моя драконица, он даже издавал странные горловые звуки, будто пытался с ней разговаривать, но Арти это особо не занимало, и она сохраняла невероятное спокойствие.

Направление я узнавала, и почему-то чем ближе мы подлетали к этому месту, тем меньше мне хотелось там оказаться. Но Таррен меня не спрашивал — он приземлился прямо в ущелье, ведущее к пещере, где мы нашли Вигорра, и я за ним, оставаясь на небольшом расстоянии.

— Зачем мы здесь? — спросила я, рассматривая… разобранный завал, прежде закрывавший вход.

Он подготовился. Здесь кто-то уже побывал до нас и расчистил дорогу внутрь. Интересно, нашли ли они голову и тело Вигорра? И что сделали с телами… тех, кто остался там?

— Пойдём, Фран, — тихо произнёс Таррен, но возвращаться в эту пещеру я не хотела.

Там находилось тело моей матери, тело мужа Анны, других жителей Астралиса, отправившихся в поход за невозможной целью.

— Зачем мы здесь?! — повторила я свой вопрос.

— Ты не хочешь похоронить свою мать? Я пришёл забрать тело своего отца и его голову, а заодно помочь тебе.

Помочь мне с чем? При воспоминании о строчках в её журнале, о том, что она не вспомнила обо мне ни разу, становилось настолько больно, что я едва могла дышать.

— Ты был там? — тихо спросила я, и Таррен кивнул.

— Будет разумно дать жителям Астралиса забрать тела своих родных, узнать больше о том, что там случилось. Они наконец смогут закрыть эту страницу, отпустить боль, неизвестность.

При этом смотрел он только на меня, но