Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова

Мы стояли прямо посреди улицы, на нас наверняка пялились из окон многочисленных домов, но подойти никто не решался.

Как забраться в его голову?!

— Я вернусь в Вермитур, если ты всё ещё этого хочешь и… если защитишь это место, — хрипло ответила я. — Возьмёшь его под своё покровительство, не требуя от них признать тебя королём.

Его лицо приобрело хищное, почти торжествующее выражение, будто он только этого и ждал. Приблизившись, Таррен сжал мой подбородок, поднял мою голову и поцеловал — не грубо, но показательно, словно клеймя перед всеми и не позволяя отойти даже на шаг.

— Я не откажусь от этого, Фран, — жёстко произнёс он. — Я собирался дать тебе время развлекаться здесь, стать дракарром этого места, почувствовать власть подальше от Алтуса, дворца и всех его обитателей, но не откажусь от твоих слов, раз ты сама это предложила.

* * *

Возвращалась в Вермитур я на своей драконице, хотя Таррен считал это неразумным. Этарр легко мог вынести двух наездников — да что там, он и десять, и, наверное, сотню поднял бы, даже не заметив, что на его спине кто-то есть, в то время как для Арти длительные перелёты всё ещё оставались проблемой.

Алтус находился всего в паре часов лёта на драконе — это если двигаться непрерывно, чего Артассиа пока не умела. Мы останавливались несколько раз, сразу же, как только она проявляла признаки усталости, и всё это время я расспрашивала Таррена о его планах на Доминион. Моим условием оставалась независимость города, и я надеялась, что со временем президент и Таррен смогут найти общий язык. Теперь, после того как земляне настроили рацию, у меня хотя бы был способ связаться с Мэйсоном Кроссом, но Доминиону всё равно придётся что-то предложить Таррену в обмен на защиту и патрули, потому что на данный момент единственной причиной, по которой он на это согласился… была я.

— Как ты сможешь защитить Доминион?

— Я включу его в наши регулярные патрули. В данный момент мы облетаем Алтус, города Вермитура, Доминис Мора и многие другие, о которых ты никогда не слышала, раз в сутки, у каждого своё назначение, — Таррен говорил об этом настолько обыденно, что я не сомневалась, что всё под контролем.

— И кто поддерживает тебя? — я вспомнила лорда Грахна и Перрина. Находятся ли они в оппозиции к власти Таррена?

— Лоррин Элд, Гвайрр, Варрон де Бриенн, лорд Клермон… и Каллен, — закончил Таррен, и я неверяще подняла на него глаза. — Остальные тоже будут вынуждены подчиниться, но я буду ломать их мнение по одному, незаметно.

— Как это возможно? Я про Каллена.

— Он уже даже провёл полный ритуал, для этого ему специально привезли око из Салира.

Я могла только посочувствовать его жёнам и одновременно едва сдерживала болезненное любопытство, желая узнать, кто вошёл в их число. Сейчас, без преобразователя и энергии, которая подавалась в Око, эти браки, наверное, считались недействительными, хотя вряд ли население вообще об этом знало.

— Ты слышал что-нибудь об Астралисе? Рой сейчас там…

— Волнуешься о нём? — мужчина блеснул глазами, и я даже хмыкнула, настолько нелепо это прозвучало. — Скорее всего, он уже объявил Астралис своим королевством вместе с ближайшими территориями, и всё, что я могу сделать, — прилететь туда и вызвать его на поединок, как это было в Доминис Мора.

Я кивнула, потому что чего-то подобного и ожидала.

— Или в Астралисе, как и в Доминионе, не признают власть короля?

— У нас есть своё правительство, но семья Роя владеет городом… Владела, в прошлом. Принятие в их род означало избавление от печати. Я не совсем знаю, как жители отреагируют на исчезновение печатей и на то, что Рой объявит себя королём, если это, конечно, вообще произойдёт, но не удивлюсь, если многие просто примут это как данность. Мы выросли, зная, что Феррелы находятся на другом уровне…

— Но он не женился на тебе, несмотря на то, что знал о твоей печати? — жёстко спросил Таррен.

Зачем?..

— Он не знал, что у меня есть печать, впрочем, это ничего не изменило бы, — уверенно ответила я. — В тот момент Эллен была беременна.

— Он не любит тебя и никогда не любил, — Таррен смотрел на меня, наклонив голову и прожигая глазами, будто пытался прочесть что-то у меня в мыслях.

А Таррен любит? Возможна ли вообще любовь для таких, как он или Рой, когда в голове грандиозные планы, а близкий человек никогда не стоит на первом месте?

— Я не думаю, что он любит хоть кого-то, кроме себя, — лаконично ответила я, вновь поворачиваясь к Артассии.

* * *

Пролетая над Алтусом, я чувствовала… эйфорию. Люди поднимали головы, указывали на нас пальцами, улыбались, пытаясь разглядеть, кто находится на спинах драконов, а мелкая Арти вызывала у них особый ажиотаж — она всё ещё была ребёнком и казалась куда большей диковинкой.

Гигантские фигуры драконов, рассекающих небо над городом, завораживали, и почему-то с того самого момента, как я освободила их, моё восхищение только росло с каждой неделей. А может, дело было в связи с собственной драконицей, потому что раньше они не вызывали у меня и десятой доли этих чувств.

Этарр пошёл на снижение первым, а я последовала за ним под внимательными взглядами других драконов, которые поворачивали в нашу сторону мощные головы на длинных шеях и издавали утробные звуки. Поляна около красной башни использовалась для приземления, и сейчас превратилась в настоящее месиво из глины и грязи, перемолотых гигантскими драконьими лапами и когтями.

Таррена встречали его воины, среди которых сразу выделялся Каллен, очень сильно изменившийся с момента нашей последней встречи. Он заметно вырос, как когда-то Рой, раздался в плечах, а в лице появилась какая-то новая жёсткость.

Видел ли он воспоминания других? Знает ли теперь, что мои слова о печатях на самом деле были правдой?

Среди встречавших нас я не увидела ни одной женщины, зато, когда мы оказались во дворце, всё изменилось. Слуги выстроились в ряд, и многих из них я не узнавала — не потому, что плохо помнила. Нет, их наняли недавно, и они явно держались друг друга. Мадам Ларре я не увидела, как и Паулу, зато мажордом Касса оставался на месте.

А здесь первое место среди встречавших явно занимала леди Октавия Таггерт с её невероятной осанкой, потрясающе дорогими украшениями и богато отделанным платьем. Тонкую талию подчёркивал тяжёлый позолоченный пояс, сидевший на бёдрах.

— С возвращением, Ваше Величество, — громко произнесла