Мир без вуали (СИ) - Дарья Верескова
Не сказать, что наши отношения стали идеальными и полными любви, хотя, наверное, именно такими они казались со стороны — Октавии, лорду Таггерту, Перрину и другим дракаррам. Мы всегда садились рядом, когда выдавалась возможность, так близко, что соприкасались плечами и ногами, почти по всей длине, ведя себя в какой-то мере скандально для Вермитура. Таррен хотел большего, всегда большего, причём это не касалось моего тела. Будто в какой-то момент он принял решение и теперь собирался полностью ему отдаться, а в его случае этим решением было счастье со мной.
Постепенно я перестала представлять себе жизнь без него, но любовь… Любовь — слишком сильное слово.
— Не стоит, — ответила я, откидывая одеяло рядом с собой и приглашая его в кровать. — Я должна быть уязвима, доверься мне.
— Так, как ты доверяешь мне? — хрипло усмехнулся он. — У меня есть для тебя подарок, но я не хочу дарить его сейчас. Я собираюсь отправиться в Салир, вызвать лорда Таггерта на поединок при его людях, и это зародит в их головах сомнения.
Волнение сжало сердце когтистой рукой, и я схватила Таррена за запястье, чувствуя биение его пульса, жар его кожи. Мужчина уставился на мою руку, и в его лице проступила некая… уязвимость, которую он показывал только мне.
— Я чувствую, что близка. Они готовы сделать свой шаг против меня, и это сильно изменит расстановку сил.
— Нет, я не собираюсь рисковать тобой и тем более дожидаться, пока они на тебя нападут, — непримиримо сказал он своим типичным приказным голосом и потянулся к моим губам, сразу же получая жаркий ответ.
В страсти мы находили больше всего компромиссов.
— Что ты собирался мне подарить? — спросила я позднее, когда мы лежали на чуть влажных простынях, охлаждая тела после болезненно-острого соединения — по-другому у нас пока не получалось.
— Думаю, ты догадываешься, — низко ответил он. — Но не сейчас, позднее.
Я и правда догадывалась.
— Пожалуйста. — Я поднялась, вновь кладя руку на его запястье. — Я хочу его сейчас, Таррен, пожалуйста.
Таррен не мог мне отказать, а я не могла не воспользоваться такой возможностью. И на следующий день, когда я появилась рядом с ним, улыбаясь и придерживаясь за его локоть, на мне, в дополнение ко всем украшениям, которые он подарил за это время, красовалось ожерелье из чёрного крона.
И это заставило лорда Таггерта наконец сделать решающий шаг.
* * *
Они появились словно ниоткуда во время воскресной ярмарки, когда Таррен вместе с Этарром отправился в дальний патруль на целый день. Толпа людей словно бы случайно пыталась оттеснить нас в сторону переулков, но я сразу поняла, что они не из Алтуса — по растерянности в их глазах, по тому, насколько плохо они знали местность и как выискивали среди толпы «своих».
— Не шевелитесь, леди Франческа! — громко прокричал Каллен, которого от меня постепенно оттесняли. — Карнакс!
— Нет! — зашипела я. — Позволь им, они из Салира. Если тебя на самом деле интересует спокойное будущее Таррена и ты хочешь, чтобы всё завершилось, позволь им!
Я и сама не заметила, насколько похожим в этот момент стал мой голос на голос Таррена, а вот Каллен заметил. Его глаза расширились, и я увидела на горизонте тень дракона…
Но потом она замедлилась и понеслась в другую сторону.
Арти я тоже не звала, хотя знала, что она может прилететь по первой же моей просьбе, но сейчас хотела, чтобы эта толпа наконец отнесла нас к месту назначения. Им оказался полутупик с двумя путями отхода, оба плотно перекрывали люди из Салира, а по сторонам стояло несколько двухэтажных домов.
Дверь одного из них распахнулась, и наружу вышел лорд Таггерт, а в окнах соседних домов я заметила знакомых мне лордов из совета, Перрина, Октавию и Полиану.
Решили устроить для меня публичную казнь?
Каллена от меня оттеснили уже давно, но я верила, что он всё ещё видит происходящее или хотя бы скоро сможет пробиться ближе. Просто оставить меня разбираться со своими идеями он не мог — у него был приказ Таррена. Это должен был понимать и лорд Таггерт…
— Не слишком разумно выходить в город с ожерельем из чёрного крона. Времена сейчас непростые, люди боятся нападений нежити, думают о переезде в другие города, а одно такое ожерелье может изменить судьбу целой семьи на поколения, — его голос был высоким и зычным, а в самом мужчине чувствовалась настоящая, здоровая королевская спесь.
Ещё бы, он столько столетий единолично правил в Салире, прежде чем Таррен вернулся.
— Это версия, которую вы собираетесь рассказать Таррену, когда его люди не найдут даже моего тела? — не менее громко спросила я, постоянно осматриваясь и пытаясь понять, как именно они собираются это сделать.
Они не нападут просто толпой, с обычным оружием — такое не получится продать населению, даже своему, по крайней мере, я на это надеялась. Вызывать на поединок ту, кто не претендует на трон?
Нет, я подозревала, что они собираются казнить меня с помощью дракона, придумав какую-нибудь бредовую легенду, которую наверняка уже помогала разносить госпожа духовница Элисанджела.
— Его Величество переживёт вашу смерть, рано или поздно. Особенно когда поймёт, насколько неестественна ваша связь с драконом. Вы воспользовались слабостью детёныша, привязали его к себе против воли, с вами что-то сделали в Доминионе…
— Откуда вы знаете, что мой дракон не выбрал меня за мои душевные и физические качества?
Все вокруг молчали, а смотрело на нас, наверное, не меньше сотни человек.
Обычные жители Салира, знать, предавшая Таррена, а может, настоящие патриоты, считающие, что я приношу в мир только конфликты. Во многом так и было, и я, наверное, не вправе делать выбор за всех, но даже Целесте была согласна, что уничтожение преобразователя — лучшее будущее для землян.
— Это только вопрос времени, прежде чем другой дракарр попытается заполучить вас — ради потомства, а может, из-за вашей треклятой крови. Мы уже видим, как из-за вас брат пошёл против брата, а во дворце образовался самый настоящий раскол, какого мы не видели никогда.
— Вы, именно вы являетесь источником этого раскола, не стоит выдумывать небылицы, — со смешком ответила я. — Вы настраиваете жителей Салира против Таррена, вербуете лордов из совета, натравливаете одного брата на другого, а сейчас привели меня сюда, чтобы устроить показательную казнь? Бросьте, мы все знаем, что вы делаете это потому, что Вермитур наконец начал принимать меня, а я — его, и ваша дочь практически лишилась шансов стать королевой. В честном