Клыки - К. Л. Спир

— Я ответила на твой гребаный вопрос, — огрызнулась я.

— Ты ответила на один вопрос, сказав, что не будешь отвечать на него.

Его голос звучал раздраженно, но в то же время и весело, и это сочетание почему-то привело меня в ярость.

— Ладно, — прорычала я ему, — пусть она заразится и загноится из-за твоей дерьмовой перевязки, но когда ты потеряешь всю свою гребаную ногу, не приходи ко мне плакаться.

Наступило короткое молчание.

— Значит, она все еще там.

— Что? — рявкнула я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него.

Он улыбнулся мне.

— Эмбер, о которой я так много слышал.

Я отвернулась, надеясь, что он не заметил боли, промелькнувшей на моем лице.

— Я не она.

— Так кто же ты тогда такая?

Чертовски хороший вопрос.

Я задрожала, и страх наполнил меня. Я чувствовала, как лихорадка подкрадывается все ближе. У меня оставались считанные минуты до того, как я начну бредить. Должна ли я предупредить его? Мои руки дрожали, и я сжала их в кулаки на коленях. Я была бы полностью в его власти, выведена из строя. Кто знает, что он может сделать?

Мне нужно было немного пространства. Я попыталась высвободиться из-под его ног, но он поймал меня за руку, и я съежилась.

— Я не причиню тебе вреда, Эмбер, — сказал он, его голос смягчился.

— Прекрати называть меня так, — огрызнулась я, пытаясь высвободиться.

— Как тебя называть? Как твое имя?

— Меня зовут не так.

— Ладно, так как тебя зовут? — Он поднял бровь и ждал.

Я отвела взгляд. Я не знала, что ему сказать. Все, что я знала, это то, что Эмбер умерла в пустыне, когда ей было десять лет. Солнце, ветер и хищники сдирали с нее кожу, пока не остались одни кости, но Боунс — это тоже не я.

Я никогда не говорила Трею своего настоящего имени. Я никогда не слышала, чтобы он произносил мое настоящее имя с почтением, желанием и любовью. Он отдал мне всего себя, а я никогда не доверяла ему эту последнюю частичку себя. Он умер, так и не узнав, кем я была на самом деле. Слезы, с которыми я боролась, покатились по моему лицу.

— Я должен тебя как-то называть. Как ты хочешь, чтобы я тебя называл? Веснушка?

Мне было все равно.

— Вот, посмотри на меня. — Голос Ли звучал так, словно он говорил где-то далеко. — Мне нужно убедиться, что у тебя нет сотрясения мозга.

Я закрыла глаза. Я даже не сказала ему своего настоящего имени.

— Веснушка? Эй, что случилось?

Я сжала челюсти, пытаясь унять стук зубов. От холода у меня заболели кости. Он развернул меня лицом к себе, и мои глаза снова открылись. Он наклонился ближе ко мне, нахмурившись, и я уставилась в его темно-карие глаза. Они не были карими, как у Трея, или карими, как у Гриза. Я моргнула, когда мое зрение затуманилось от слез, пытаясь сфокусировать его.

Я подпрыгнула, когда его пальцы коснулись моего лица, и его брови поползли вверх, но он просто медленно вытер слезы, хлынувшие из моих глаз. Он нахмурился еще сильнее и поднес руку к моему лбу.

— Черт возьми, ты вся горишь, — пробормотал он.

Мои глазные яблоки были горячими и сухими, как наждачная бумага. Его руки снова обхватили мои предплечья и переместили мое тело, притягивая меня к себе на колени и снова укутывая одеялом нас обоих. Я хотела оттолкнуть его, но мне было так холодно, а он был таким теплым. Мое предательское тело прижалось к нему, отчаянно ища его тепла.

— Эти чертовы глаза, — пробормотал он, по-видимому, самому себе.

Я ведь собиралась ему что-то сказать, не так ли? Или это было что-то, о чем я не собиралась ему говорить?

Это было что-то важное, что-то, что мне нужно было запомнить, но мои глаза закрылись.

4

Я открыла глаза и обнаружила себя в объятиях Трея.

Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, нахмурив брови. Он проснулся и смотрел на меня. Он сидел, прислонившись к каменной стене, и прижимал меня к своей груди. Мой мозг изо всех сил пытался вспомнить, что только что произошло, пока у меня стучали зубы.

— Ты здесь, — прошептала я.

— Я здесь, — сказал он.

Эмоции переполняли меня, заполняя глаза и стекая по щекам. Его глаза расширились от тревоги.

— Что случилось? — спросил он.

— Я думала… — Мой голос дрогнул.

Его брови в замешательстве сошлись на переносице.

— Я мертва?

— Нет, — казалось, он заставил себя слегка улыбнуться, — ты не мертва.

В голове пульсировало, я дрожала. Я не могла вспомнить.

— Все в порядке, Веснушка, — пробормотал он. — У тебя температура.

Мне удалось высвободить руку и дотронуться до его лица. Он замер, наблюдая за мной прищуренными глазами. Я обхватила ладонями его лицо, поглаживая большим пальцем его острую скулу. Что-то не давало покоя на задворках моего сознания. Как он здесь оказался? Он не двигался, его глаза были прикованы к моему лицу, когда мои пальцы прошлись по его коже, прежде чем скользнуть в волосы. Они были убраны назад, но выбившиеся непослушные пряди казались… неправильными. Я нахмурилась, но он схватил меня за запястье и отвел руку в сторону.

— Кто я? — спросил он.

Я уставилась на него, пытаясь осмыслить этот странный вопрос.

— Кого ты видишь? — он перефразировал, но это было ничуть не лучше.

— Пожалуйста, не уходи. — Мой голос дрожал.

— Я не уйду.

— Я не могу…Я не могу сделать это без тебя. — Паника нарастала в моей груди.

— Тебе и не нужно.

— Нет, Трей, ты не понимаешь. — Еще больше слез потекло по моему лицу. — Я не могу. Я не могу этого сделать. Я не хочу этого делать.

Он взял одеяло в руки и нежно вытер слезы с моего лица.

— Я не Трей, — пробормотал он. — Я Ли. Я друг твоего брата.

Ужас разрывал меня на части, дыхание участилось.

— Моего брата?

— Вольф. — Говоря это, он внимательно смотрел на меня, и я поняла, что мне не удалось скрыть страх на своем лице.

— Вольф здесь? — прошептала я дрожащим голосом.

— Ну, не здесь, в этой пещере, но да.

Теперь я вся дрожала.

— Не показывайся ему на глаза.

— Почему?

— Я не могу…Я не могу смотреть, как он причиняет тебе боль.

— Он никому не причинит вреда, — сказал он, нахмурив брови.

Я оттолкнула его, и он отпустил меня, но когда я попыталась подняться на ноги, он снова поймал меня за