Клыки - К. Л. Спир

— Где Вольф?

— Надеюсь, по пути сюда, — он сделал паузу, и по выражению его лица пробежала тень, — хотя он, вероятно, замышляет самый болезненный способ убить меня.

Я попыталась сглотнуть, но в горле пересохло.

— Воды?

— Тебе недостаточно было ее в реке? — он поддразнивал меня, но потянулся, чтобы схватить что-нибудь, а затем протянул мне бутылку воды.

Я попыталась сесть, но мое тело было таким чертовски тяжелым. Он помог мне сесть, но от этого движения комната закружилась, и моя голова взорвалась болью. Я зажмурилась, поморщившись.

— Ты в порядке?

Я не могла ответить, пытаясь дышать сквозь боль в голове. Каменный пол леденил мои босые ноги. Чья-то рука прижалась к моему лбу, и мои глаза снова открылись.

— Черт возьми, ты все еще горишь, — пробормотал он. — Мне нужно отвезти тебя обратно в хижину, но пешком это займет слишком много времени. Надеюсь, твой брат вытащит голову из задницы, увидит дым и сообразит, где мы находимся.

— Сколько времени прошло? — спросила я, поднося бутылку с водой к губам.

— Прошло почти полтора дня.

Моя рука задрожала, и вода потекла по подбородку.

— О, вот, у меня есть…

Я взглянула на него, когда его голос оборвался, но он смотрел на мою грудь. Я посмотрела вниз, и мой желудок скрутило в панике, когда я поняла, что рубашка, которую я носила, была распахнута, открывая верхнюю часть клейма. Я потянулась, чтобы закрыть ее, но он двигался быстрее и поймал меня за запястье.

— Что это?

Вся беззаботность испарилась из его голоса, и у меня перехватило дыхание. Я попыталась вырвать руку, но его хватка усилилась. Прежде чем я успела отреагировать, он протянул свободную руку и сдвинул мою рубашку. Я собралась с духом, но он просто смотрел, мускул на его челюсти дрогнул. Он опустил руку, легко расстегнув еще одну пуговицу одной рукой, и еще больше расстегнул мою рубашку, обнажив всю отвратительную отметину, пока я сидела там, застыв.

— Что это? — спросил он низким голосом, снова встречаясь со мной взглядом.

Я не могла ответить, мое сердце бешено колотилось в груди. Он изучал меня своими проницательными глазами, его рука все еще сжимала мое запястье. Он снова посмотрел на шрам, и я вздрогнула, когда его пальцы прошлись по грубой, рельефной коже.

— Это буква «J»?

Меня накрыла волна головокружения.

— Это Мадам сделала это с тобой?

— Пожалуйста. — Слово вырвалось у меня само собой.

Он замолчал и изучал мое лицо, крепко сжав челюсти.

— Не говори ему, — шепотом взмолилась я.

Его брови поползли вверх, и голос был полон недоверия, когда он ответил:

— Что?

— Пожалуйста, Ли. — Я не могла объяснить лучше, но от мысли, что Вольф увидит это клеймо, мне стало дурно. Я не хотела, чтобы он видел, насколько я была сломлена. У него были бы вопросы, как у Ли, как у Трея, и я не могла рассказать ему обо всех ужасных вещах, которые я пережила, или обо всех ужасных вещах, которые я сделала другим людям.

— Я ни за что на свете не стану держать это в секрете от моего лучшего друга о его младшей сестре.

Я закрыла глаза от поражения и ужаса, сильно дрожа. Он тяжело вздохнул и притянул меня обратно к себе на колени. Я напряглась, как доска, прижавшись к его груди, когда он снова плотно укутал нас обоих одеялом.

— Как, черт возьми, ты выжила в той реке? — пробормотал он, и я поняла, что его пальцы скользят по моим ребрам, медленно обводя ими рубашку. — У тебя совсем нет жира на костях.

Я наклонила голову вперед, так что мои волосы упали на лицо, как занавес, прячась за ним.

— Вольфу лучше привести Сэйбла, — продолжил он. — Мне нужно, чтобы он зашил мне ногу, прежде чем я потеряю ее, как ты так любезно предсказала.

Это привлекло мое внимание. Я не помню, чтобы что-то говорила о его ноге. Я вообще не помнила, чтобы он был ранен. Я прикусила губу, когда моя сила отозвалась — слабая, но живая. Мой мозг был словно набит густой грязью, но одно я знала наверняка: я не могла исцелить его, потому что Вольф не мог знать о моей силе.

Кончики моих пальцев покалывало. Что, если он действительно пострадал?

Я не могу.

Что, если я просто проверю? Я могла бы проверить. Он бы даже не узнал. Мои пальцы нащупали полоску обнаженной кожи между его брюками и рубашкой. Он подпрыгнул, когда я дотронулась до него, но просто пробормотал что-то о холодных руках.

Я попыталась сосредоточиться на том, чтобы выпустить крошечную частичку своей силы, тончайшую ниточку, которая потекла к его ноге. Я закрыла глаза и увидела это в своем воображении. Длинная рваная рана на его голени была глубокой и все еще кровоточила. Требовалось наложить швы, но что еще более срочно, мои силы проявились там, где пустила корни инфекция.

Черт.

В этой пещере не было проточной воды — невозможно было промыть рану так, как это было необходимо.

Я не могу.

Возможно, ногу даже придется тампонировать.

Я не могу.

Я видела, как люди теряли конечности из-за инфекции. Я сама дважды ампутировала кости. Это было ужасно.

Он расскажет Вольфу.

Именно так поступил бы Трей.

У моего мозга не было ответа на этот вопрос.

Итак, я продолжала выпускать свою силу как можно медленнее, чтобы он не заметил. Я никогда раньше не залечивала раны целенаправленно медленно. Было больно, но я не могла сказать, было ли это из-за того, что я сдерживала большую часть своей силы, или я все еще была измотана рекой. Казалось, это заняло много времени, и у меня наполовину потекла кровь из носа, впитываясь в его рубашку там, где мое лицо было прижато к его груди, но, наконец, рана закрылась незаметно для него. Я убрала руку и с облегчением закрыла глаза.

Глупая.

Я не могла сказать, имел ли мой мозг в виду меня или его, но в любом случае, это, вероятно, было правильно.

5

Я не понимала, что заснула, пока Ли не разбудил меня своим громким свистом. Раздался ответный свист, но каменный потолок пещеры закружился, и я не могла держать веки открытыми.

— Что за черт? У тебя идет кровь? — Я услышала, как спросил Ли, его голос был искажен.

— Я убью тебя, — прорычал новый голос.

— Вольф, позже! — рявкнул женский голос.

— Клянусь, час назад у нее не было кровотечения, — сказал Ли.

— Где, черт возьми, ее одежда?