Двор Ночи - К. Н. Кроуфорд
Почитатели Всадника Смерти.
Руадан наклонился и прошептал мне на ухо:
— Сначала мы собираем информацию. Нам нужно точно выяснить, что здесь происходит. Возможно, мы узнаем что-нибудь об Адонисе. Не проливай кровь, пока это не понадобится. Поняла?
— Поняла.
Я начал замечать, что Руадан часто испытывал потребность сказать мне: «Не начинай убивать людей сразу».
С огороженного церковного двора доносилось глубокое и ритмичное пение. Порыв холодного ветра забрался под мой плащ, и железные ворота со скрипом распахнулись, приветствуя нас, словно манящая рука. Мы прошли под аркой, накинув капюшоны на головы.
Как и говорил Борадрион, здесь проходило собрание. Толпа людей в плащах стояла в центре старого церковного двора, высоко подняв факелы и распевая песни. Я отчётливо расслышала слово «Танатос».
Был ли он здесь? Сам Всадник Смерти?
За воротами трава была на несколько десятков сантиметров выше уровня улицы, и мне потребовалось время, чтобы понять, почему так. Под нами лежали тела, уложенные слоями — идеальное место для поклонения Танатосу. Среди травы и деревьев из земли выступали могилы.
Казалось, никто не заметил нас, когда мы смешались с толпой, закутанной в плащи.
В дальнем конце церковного двора стоял широкоплечий мужчина ростом под два метра. Меня пронзил страх. Неужели это он — Всадник Смерти, стоящий перед нами?
Толпа скандировала его имя, голоса становились громче.
Их предводитель потянулся к своему капюшону, и моё сердце сжалось. Но когда он снял капюшон, я мельком увидела красные рога. Я медленно выдохнула. Свет факелов плясал на мускулистых чертах демона, и магия струилась от него, гудя и окутывая моё тело. Не Всадник Смерти.
Я понюхала воздух. Насколько я могла судить, все остальные, кроме рогатого демона, были людьми.
Излучая магию, предводитель поднял руки над головой и проревел в воздух:
— Мы собрались здесь, чтобы поклониться Танатосу!
«Всемогущие боги».
— Лорд Гамигин, наш лидер! — скандировала толпа. — Мы собрались здесь, чтобы поклониться Повелителю Смерти Танатосу!
Лорд Гамигин развёл руками.
— Мы собрались здесь, чтобы принести жертву.
«Пожалуйста, скажите мне, что это не девственница, если только это не один из друзей Борадриона…»
Из тени послышалось блеяние козла. Человек, согнувшись, вёл козла на кладбище. Козёл взбрыкнул, и мужчина с трудом удержал его за шею.
Лорд Гамигин недовольно цыкнул.
— Честное слово, Джерард. Возьми эту тварь под контроль. Танатос требует своих кровавых жертвоприношений.
Джерард заворчал, когда козёл вырвался, а затем врезался головой в одного из культистов, сбив его с ног. Толпа расступилась, когда козёл выбежал с церковного двора на улицу.
На церковном дворе снова воцарилась тишина.
Джерард поднял руки.
— Прошу прощения, ребята. С этим козлом нелегко. В следующий раз я дам ему успокоительное.
— Неважно, — прогремел голос лорда Гамигина. — На протяжении веков Всадник Смерти заполнял это кладбище трупами. Римляне знали его как Дис Патер. Другие знают его как Адониса. Мы знаем его как Танатоса. Он оставил после себя своё наследие. Слабые боятся смерти, сильные поклоняются ей. Только через смерть жизнь смертных обретает смысл! Только через смерть вы получаете освобождение от мук этого мира. Все боги стремятся править царством смерти. Только Танатос способен на это. Смерть — наша награда!
Голос в глубине моего сознания прошептал: «Монстр…»
Влажная, леденящая магия пробежала по моей коже, и я обхватила себя руками под плащом. Пение что-то будоражило во мне, магия, старая как смерть.
— Танатос! Танатос!
При звуках их песнопений у меня в груди разверзлась бездна. Его имя — истинное имя Смерти — звенело у меня в голове.
— Не думаю, что это хорошая идея, — пробормотала я Руадану.
— Почему нет?
Я едва могла дышать.
— Эта магия опасна.
— Да ладно? — в его тоне слышалась язвительность.
— Танатос! Танатос!
Как я могла сказать ему правду?
Пока культисты скандировали, в моём теле расцветала тёмная магия.
«Я украду твою пищу и твоё дыхание».
— Танатос! Танатос!
«Я — просачивающаяся тьма, растекающаяся по высокой траве…»
Странное покалывание пробежало по моим лопаткам, сила стремилась вырваться на свободу.
— Танатос! Танатос!
Я хотела подняться в небеса, высвободить магию, которая распространилась бы по горизонту подобно атомному взрыву.
— Танатос! Танатос! Танатос!
«Я — гниль в твоих костях. Я — охотник, выслеживающий тебя, пока ты болтаешь».
Сила закипала во мне, отвечая на их призывы. Но я должна была держать себя в руках. Мои ногти вонзились в ладони так сильно, что чуть не потекла кровь.
— Танатос! Танатос! Танатос!
Люди вокруг нас пели всё громче и громче, ритмичные звуки доводили мою кровь до исступления.
«Я — твоя последняя мысль, когда дыхание покидает твои лёгкие. Я — звук, с которым зубы стучат по фарфору. Я побеждаю всех».
Пока они скандировали, холодная ярость пробирала меня до костей. Руадан начал небрежно раскапывать всё, что я пыталась похоронить.
— Танатос! Танатос!
Они скандировали его истинное имя.
Истинное имя моего отца.
Я хотела уничтожить всё это.
В детстве я была сорванцом. Колени были покрыты грязью и ссадинами. Когда мои светлые волосы с возрастом начали темнеть и приобретать девичий лавандовый оттенок, я коротко подстригла их и прикрывала капюшоном.
«Я — нарыв в твоём сердце, который вот-вот вскроется».
В то время, когда Руадан вторгся в наш мир со своей когортой фейри, я была очень похожа на мальчишку. Этот простой факт, вероятно, был единственной причиной, по которой Руадан ещё не пытался меня убить. Единственная причина, по которой Руадан ещё не разобрался во всём этом. Полубоги — особенно мужчины — были чертовски уверены в себе.
Он должен умереть за свою самонадеянность. Он должен преклонить передо мной колени. В конце концов, они все преклонят передо мной колени.
«Я — хрип в твоём горле».
Во всём виноват Руадан. Если бы он никогда не пришёл, я пребывала бы в неведении и была счастлива. Я всё ещё была бы там, в лесу, пекла пироги со своей мамой, возможно, вышла бы замуж за какого-нибудь красивого парня-фейри.
Мой взгляд скользнул по идеальным чертам Руадана. Лунный свет золотил мужественные черты его лица и искрился в его светло-фиалковых глазах. Он был настоящим разрушителем, и скрытая жажда мести пробудилась во мне.
Я могла бы сделать его фиолетовым, заставить его конечности гнить. Я могла бы заставить кровь течь из его прекрасных губ.
«Пока ты не смотришь, я окутываю тебя саваном с ног до головы».