Там, где бьется пульс - Александра Глазкина

После рождения младшеньких времени на Кэсси у госпожи тир-Эванс не осталось. Младенцы у магов росли, как и у людей: не спали по ночам, плакали, пока у них болели зубки и требовали материнского молока. Теперь мамы хватало лишь на то, чтобы поцеловать дочурку перед сном и подоткнуть ей одеяло. Попытки привлечь к чтению старшую сестру закончилось ссорой: Матильда, конечно, не умела создавать магические иллюзии и оживлять сказки, а по-другому Кэсси слушать не хотела. Лежа по вечерам в кровати и злясь на весь мир, она листала знакомые страницы, шептала запомнившиеся строки и вдруг поняла, как сопоставлять их и буквы под картинками. Через месяц она уже бегло читала сама, и никто уже стал ей не нужен. Воображение оживляло персонажей не хуже, чем мамина магия.

Со старшей сестрой Кэсси с удовольствием играла в куклы, в догонялки, вместе они открывали неизведанные земли в пределах поместья и даже уговорили папу построить им домик на дереве (правда, из соображений безопасности он располагался низко, что смешило Матильду, которая легко спрыгивала с него на землю, и возмущало Кэсси, которая тайком все равно залезала на самые верхние ветки раскидистого дуба).

Когда Кэсси исполнилось одиннадцать, у Матильды проснулась водная стихия и она уехала в магическую академию. С подросшими близняшками у Кэсси играть не получалось, они хоть и обожали старшую сестру, но оказались существами самодостаточными и часами говорили на каком-то своем, непонятном никому языке. Мама, сдавшая близняшек няне, попыталась вновь сблизиться с Кэсси, но к работе в оранжерее та не проявила ни малейшего интереса, да и вообще успела вкусить сладость свободы.

Она быстро нашла замену Матильде — перезнакомилась с детьми слуг, стала пробираться на конюшню, чтобы конюх учил ее кататься верхом, но на любую прогулку, как и раньше, брала с собой книгу.

Библиотека Элвен-кассла сразу влюбила в себя Кэсси. Несмотря на большое количество студентов, здесь было тихо за счет огромного пространства, уставленного бесчисленными стеллажами. И везде — для удобства — столы и столики, диваны, кресла, пуфы и банкетки, чтобы каждый мог комфортно провести время, наслаждаясь книгой. Студенты ее факультета, конечно же, собирались у большого камина в одной из ниш. Там, обложившись учебниками, готовились к занятиям, спорили, флиртовали и рассказывали страшилки. Но Кэсси, выбирая для себя местечко, руководствовалась не близостью стихии, а каким-то чутьем. Оно-то и привело ее на второй этаж библиотеки в нишу, откуда можно было видеть всех, самой оставаясь незамеченной. Там-то и нашла ее Энфис.

— Вот ты где спряталась! Пойдем быстрее, там куратор на собрание зовет.

— Зачем?

— Не знаю. Пойдем, мы опаздываем.

Когда они пересекали зал, Адайн, утонувший в глубоком кресле, помахал им рукой.

— А ты не идешь? — спросила Кэсси.

Он улыбнулся:

— Нет, это только для девушек.

В зале было шумно: Кэсси с удивлением обнаружила, что здесь собрались магички всех факультетов. Девушек в Элвен-кассл традиционно было меньше, чем парней, но все же толпа получилась внушительная. Куратор кашлянул, привлекая внимание студенток.

— Дамы, на повестке дня важный вопрос. Как Вы знаете, в конце марта состоится юбилейный Бал стихий. Для подготовки к нам прибыл новый советник по связям с людьми, господин Мелвин Вэрроу.

Многочисленные вздохи, смешки и шушуканье дали ему понять, что появление господина советника не прошло незамеченным. Куратор подождал, пока шум стихнет и продолжил.

— Господину Вэрроу будет назначена ассистентка, которой будет дозволено попасть на Бал. По традиции нашей академии все девушки, независимо от стихии или от того, на каком они курсе, могут пройти отбор на эту вакантную должность. Ваша работа будет проходить после занятий, никаких поблажек в учебе она не дает и от посещения занятий не освобождает. Итак, поднимите руки, кто желает участвовать в отборе.

Рук поднялось много, Кэсси, не успев ничего толком понять, тоже взметнула руку. Двух слов ей хватило: Мелвин и Бал. Некоторые студентки, тем не менее, выбравшись из-за столов, удалились. Куратор оглядел оставшихся и не смог удержаться от шпильки:

— Что-то не помню такого энтузиазма в прошлом году, когда советником был господин Гастингс. Что ж, движемся дальше.

Он пролистал записи.

— Студентки, чье имя сейчас прозвучит, внимание.

Он принялся перечислять, но имя Кэсси не прозвучало. Она насторожилась, но куратор сказал:

— Кого я назвал, можете быть свободны.

— Почему? Почему? — понеслись со всех сторон возмущенные возгласы.

— Потому что при отборе мы руководствуемся рядом требований, которые существуют. Одно из них — грамотность и внимательность, а у Вас, госпожа Аманда дер-Свигг, три неуда по письму. Прошу, не крадите наше время!

Кэсси возликовала, конкуренции стало меньше! Куратор раздал оставшимся студенткам тесты с заданиями.

— Прошу обратить ваше внимание, что тестирование проходит в несколько этапов. Первый — проверка знаний по человеческой истории и нормам этикета. Второй — проверка вашей логики и умения планировать день, вам предложены несколько деловых ситуаций, ваша задача — предложить их оптимальное решение. И, наконец, вам нужно будет ответить на вопросы о себе. Отвечайте честно, как Вы понимаете, все ответы будут проверены под заклятьем честности.

Еще несколько девушек покинули аудиторию, оставив разбросанные листы на партах.

— Что ж, — улыбнулся куратор, — остались самые стойкие. Это похвально! У вас по сорок минут на каждый этап. Кто заполнит бланки раньше, можете сдавать. Результаты будут оглашены после ужина.

— Знала бы, взяла с собой учебник истории — прошептала Энфис.

— Какой смысл, здесь наверняка следящее заклятье наложено, как и на лекциях!

Кэсси справилась быстрее, но все оставшееся время несколько раз перепроверила ответы.

— Что, понравился блондинчик? — Энфис толкнула ее локтем, одновременно пытаясь заглянуть в ответы.

Кэсси перевернула листы, чтобы подруга не списывала.

— Нет, — сказала она, — мне просто очень сильно нужно попасть на Бал.

— Ну, еще же будут набирать комитет, можно попасть в число украшателей или актеров.

— Посмотрим! — отрезала Кэсси и пошла сдавать листы.

Ужин прошел неспокойно. Девушки, поглядывая друг на друга, терзали жаркое ножом, словно мысленно отрезали конкуренткам головы, то