Третья дочь графа фон Дигби - Елена Галунец

— Голубушка, вы же понимаете, какие могут возникнуть риски?

— Конечно, — сдавленно ответила она, сверкая на меня злющими глазёнками.

— Если у меня не получится затащить её в постель…

— Прошу вас, не забегайте вперёд. Дело в том, что леди сегодня нездоровится и Гирсом назначит вам другую встречу, и она выйдет как будто бы случайно.

Я мельком глянула на неё и не поняла. Она что? Сжалилась надо мной и решила предупредить?

— Приболела? Печально, но ладно. А могу я быть с вами откровенным? — спросил барон, мельком глянув на меня.

Мариэлла кивнула, а мне пришлось слегка поклониться и выйти из комнаты, но, понятное дело, я замерла за дверью и прислушалась.

— Я не могу понять, для чего это нужно Гирсому. Он мой друг детства. Я доверяю ему больше, чем себе, но как он может предлагать мне свою жену? Да ещё такую красавицу. Это розыгрыш?

— Простите, но я не могу знать причину такого соглашения. Вы не оскорбитесь, если я скажу, что вы не единственный кандидат?

— Что? — воскликнул этот тупица.

— Я не знаю подробной информации, поэтому не могли бы вы задать свои вопросы непосредственно заказчику.

— Да я всё понимаю, простите, — ответил возмущенный мужчина, и, судя по звукам, он встал с дивана.

Я метнулась к двери и вынула цветы из вазы, чтобы отдать ему, но он, попрощавшись со змеюкой, сделал вид, что меня не заметил. Проводив гостя, я протянула букет Мариэлле, и она в отместку чуть не прожгла своим взглядом во мне дыру.

— Довольна? — рявкнула она.

— Очень, — широко улыбнулась я в ответ.

— На следующей неделе будет Луи Суинелле.

— Кто это?

— Сама не знаю, — устало ответила она и, забрав букет, пошла в свою комнату.

Я бегом побежала в свою спальню и в новейшем электронном справочнике принялась искать информацию про этого Луи. Иностранец с неприлично смазливым лицом. Пара фотографий — и всё! Ни возраста, ни откуда он. Кто же он такой? Прошерстив все источники, где могла быть хоть какая-то информация, я так ничего и не нашла, кроме того, что он инвестор. Ну и плевать! Всё равно в моих мыслях только один женатый дровосек.

Причём дровосеком его первая начала называть бабуля. Она частенько со взрослыми людьми разговаривает как с детьми и даёт им кликухи. Шкодливому мальчишке именно она дала такую кличку — «Лис», как на самом деле пацана зовут Мухим. Невоспитанный он, конечно, но Свирида с Вихоем он слушается безоговорочно. Постоянно около них ошивается. Я бы тоже не отказалась посидеть рядышком с бородачом и понаблюдать за его работой, но когда его вижу, робею так, что и слова забываю. Нравится он мне не только за внешность, но и за его доброту и честность. Так как не хотелось отвлекать его от работы разговорами, мне всё это время приходилось наблюдать со стороны. Никогда не забуду, как я вся извелась в тот день, когда он ставил новый забор. Придумывала всевозможные предлоги, чтобы хотя бы пройти мимо да получше разглядеть это божественное тело. Загорелая, широкая и такая сексуальная, мускулистая спина — мне даже снилась пару раз. О, Великий Урдер! У меня опять в голове один беспорядок!

Вечером мне позвонил Гирсом. Видимо, хотел узнать, как прошла встреча с бароном. Услышав о том, что я опять заболела и не вышла к гостю, грозился отправить меня в больницу на обследование, и я не стала ему перечить. Я давно уяснила: соглашайся во всём, и он быстрее отстанет. Во время разговора на заднем фоне был слышен детский плач, и я немного позлорадствовала. Каково это моему муженьку сейчас там спать? Но тут же вознесла молитву всем богам — старым и новым, — что бы он не переехал сюда. Плодятся как ненормальные — вот пусть и живут там мирно и счастливо.

Смыв макияж, я аккуратно сложила форму и посмотрела на себя в зеркало. Похудела. Намёк на талию даже появился, но выглядеть привлекательнее от этого не стала. Ноги такие же толстые, но, спасибо, хоть не косолапые. Груди как не было, так и нет, а так, в принципе, с поролоновым бюстгальтером сойду за нормальную девушку. Что это со мной? Смирилась? Повзрослела? Кемпеле так на меня повлиял? Ведь только там я могу не маскироваться под леди Салису де Аренберг, а быть просто Санни. Хорошо там, но после того, как я узнала про наличие сына у Свида, не хочу его видеть. Зачем душу травить? Сейчас в доме у бабули много народа, так что помощников у неё хоть отбавляй. Холодильник забит едой, и она всегда под присмотром Лиса. Я наняла его как сиделку, а тот и рад за монетку приглядеть за бабушкой, поэтому, пожалуй, посижу-ка я пока в Фортингалле. Успокою своё сердце и потом наведаюсь.

Как бы я ни запрещала себе думать о брутальном дровосеке, он начал мне сниться. Несколько раз видела, как я захожу к нему в столярную мастерскую. Он, как всегда серьёзный и увлечённый своей работой, не сразу замечает меня. Тогда я делаю шаг и закрываю дверь на замок. От издаваемого щелчка он поднимает голову, и вся серьёзность сразу же слетает с его лица. Он нежно улыбается, бросает свои инструменты и идет мне навстречу. Подхватывает на руки и целует. Целует так, что у меня перехватывает дыхание от восторга. Низ живота чуть ли не судорогой сводит от желания. Просыпаясь влажной и разочарованной, я ругаю последними словами Гирсома за мою поломанную жизнь. Я уж думала, что после того, что он со мной сделал, я никогда не захочу близости, но, похоже, мои гормоны решили иначе. Я раньше скептически относилась к словам доктора, к которому меня постоянно таскает свекровь, о том, что человеческому организму требуются регулярные половые отношения. Иначе организм, особенно молодой, как у меня, даст сбой, и обязательно появятся различные недуги. Но теперь, пожалуй, соглашусь-ка я на встречу с загадочным Луи Суинелле. Если он один из кандидатов Гирсома, то значит мой муженёк уверен в этом человеке. Кого попало он ко мне точно не подпустит. Прожив в сомнениях пару дней, я приняла решение. Покажу-ка я ему себя настоящую. Испугается и не захочет выполнять обязательства по соглашению — ну и плевать, посмотрю тогда на третьего кандидата, потому что спать с тем, кому я буду неприятна, я не буду.

В назначенный день я была во всеоружии. Сделала свой любимый макияж, заплела волосы в высокий хвост,