Третья дочь графа фон Дигби - Елена Галунец

— Можно я твой блейзер надену? — спросила я, обернувшись на заднее сиденье.

— Конечно. Если тебе холодно, могу печку включить.

— Не надо, — отказалась я, доставая из сумочки салфетки и жидкость для снятия макияжа.

По мере моего «разоблачения» Луи не сказал ни слова, но периодически поглядывал в мою сторону. «Раздевшись», я слегка улыбнулась, затем стянула через голову платье, оставаясь в чёрной майке. Расправила облегающие тонкие брючки, имитирующие кожу, чем вызвала у мужчины недоумение на лице. Я предусмотрительно закатала их, чтобы не торчали из-под платья, и, потянувшись назад, взяла пиджачок.

— Вкусный у тебя парфюм, — тихо сказала я, просовывая руки в рукава.

— Без макияжа ты моложе выглядишь.

— И страшнее.

— Ну, есть чуток, — улыбнулся он.

— В общественных местах мне нельзя быть в таком виде, а вдали от центра, надеюсь, меня никто и не узнает. Я хочу познакомиться с тобой поближе, и поэтому теперь ты знаешь, какая я на самом деле. Увы, у меня дома поговорить нам без лишних ушей не удалось бы.

— Как-то ты лихо сейчас разоблачилась перед незнакомым человеком. А если я репортёр?

— Ну так ты всё равно бы узнал правду обо мне. Не сегодня, так в следующий раз. Думается мне, что ты идёшь до конца и не останавливаешься на полпути. Тем более ты подписал те бумаги.

— Я думаю, что твой муж — настоящий кусок дерьма.

— Так и есть, — вдруг улыбнулась я, чувствуя, как спадает напряжение, которое было между нами всё это время.

Закинув сумочку на заднее сиденье, я переключила волну радиостанции на ту, которая вещала только песни, и, услышав знакомую мелодию, стала подпевать.

— У тебя ещё и голос есть. Хорошо поёшь, — вполне серьёзно сказал Луи.

— Спасибо, но мне не дали в детстве развивать этот талант, — хмыкнула я и, увидев винный магазин, тут же захотела немного алкоголя, чтобы он помог мне избавиться от неловкости. — Останови, пожалуйста.

— Зачем? — удивился мужчина, но притормозил там, где я указала.

Я не стала объяснять и тем более просить его оплатить мои хотелки, потому что, скинув с себя личину леди, я стала чувствовать себя так же просто, как в Кемпеле, и поэтому сама могла сбегать в магазин и купить всё, что захочу. Взяв не глядя две бутылки вина, я прихватила с собой сырную нарезку и, вернувшись к своему проплаченному будущему любовнику, сунула ему в рот кусочек сыра и попросила везти нас в любой отель, какой он найдёт поблизости.

— Ты уверена? — спросил он, прожевав моё угощение.

— Сейчас я сделаю пару глотков и подумаю над твоим вопросом.

Ковыряя пробку открывалкой, которую мне предоставили в магазине, я всё же никак не могла справиться с ней. Луи, глядя на мои страдания, снова припарковался вдоль дороги, отобрал бутылку и ловко открыл её.

— Благодарю, — выдала я, забирая её из его рук.

— Сколько тебе лет?

— Ты что, правда обо мне ничего не узнавал? Подозрительно даже. А как ты думаешь, как мне его продали? Употреблять мне можно уже как целый год и три месяца! Я совершеннолетняя, так что мне можно всё: и алкоголь, и даже с мужчинами спать! — вовсю забавлялась я. — И вообще-то я замужем, если вдруг забыл.

— Не забыл. Я уже представляю, как ты сейчас наклюкаешься, потом разведёшь сопли со слезами. Начнёшь жаловаться на свою жизнь, затем тебя стошнит на меня, и ты уснёшь. А утром, как ни в чём не бывало, прикажешь везти домой.

— У тебя такое уже было?

— Было.

— А у меня нет.

— Хочешь попробовать?

— Нет! — воскликнула я, отмечая смешинки в его глазах. — Напиваться вусмерть я не собираюсь, а вина глотнуть решила немного для храбрости. Мне ж надо с тобой переспать, а если ты откажешься, увидев меня без одежды, то я, выпившая, может, и не сильно расстроюсь. А знаешь что? Я передумала. Я не хочу с тобой спать. Ты чем-то похож на Гирсома. Возможно, высоким ростом… или телосложением… Не знаю даже… Так что секса сегодня точно не будет. Ну, если ты не маньяк какой-нибудь, конечно.

— В клуб поедем? — улыбаясь, спросил этот обаяшка.

— Нет. В отель.

— А зачем в отель, если секса не будет? — откровенно уже смеялся он.

— Поговорить. Познакомиться поближе. В клубе я не хочу тебя, такого красивого, позорить своим видом. Все девушки будут думать: «Что такой красивый парень нашёл в этой страшилке?»

Луи, услышав мои умозаключения, уже хохотал в голос, а я, немного смутившись, сделала пару глотков и отвернулась.

— Да ты, оказывается, затюканная пигалица с заниженной самооценкой, а не светская львица, леди Салиса де Аренберг.

— Тебе-то сколько лет? Ненамного же старше?

— Тридцать четыре.

— Врёшь!

— Документы показать?

— Давай.

Луи сунул руку в бардачок и вынул документы на машину.

Луи Суинелле — это, оказывается, настоящее имя. Только неполное. Луинджи Пьетро Суинелле, уроженец Маранолы. Вот откуда его харизма. Не понаслышке теперь узнаю, каков в постели горячий маранольский мужчина. Глянув на год рождения, поджала нижнюю губу. Как же он обалденно выглядит в свои тридцать четыре года!

— Женат? — спросила я, отдавая обратно карточку.

— Нет.

— Так, значит, ты спишь за деньги с замужними богатыми дамочками?

— Так, дамочка, куда едем? — сменил он тему.

— Никуда. Моя самооценка упала ещё ниже.

Луи опять рассмеялся и вдруг приблизил своё лицо так, что я затаила дыхание.

— Раз никуда, то поделись, — прошептал он, забирая из моих рук бутылку. Сделав глоток, он поморщился и посмотрел на этикетку.

— Вторая должна быть другой. Я не глядя взяла. Это вино мне тоже не понравилось, — сказала я, закинув в рот кусочек сыра.

Луи вытащил из пакета вторую и показал мне этикетку.

— Фу! Не. Это тоже невкусное, — простонала я, откидывая голову на подголовник.

— Тогда поехали в бар? Я угощу тебя коктейлем.

— Если там намешают какую-нибудь дрянь и меня потом стошнит, сам будешь виноват, — воодушевилась я спонтанным приключением.

— Обещаю, претензий к тебе не будет, если ты там даже уснёшь лицом в тарелке.

Покинув западный район города, мы заехали в северный, и я ещё больше расслабилась. В этом районе богачей нет, так что встретить кого-то из знакомых я не могла. Из-за отсутствия свободных парковочных мест около бара с неоновой вывеской «Шальная лошадь» нам пришлось припарковаться на соседней улице. Не дожидаясь, пока Луи обойдёт и подаст мне руку, я сама вышла из машины, озираясь по сторонам. Близстоящие дома поражали своей ветхостью. В