Соответствие - Ариэль Салливан

Его язык очертил нижнюю губу и переплелся с моим, когда я приоткрыла рот. Он был со вкусом мятного чая, я вдыхала его, прижав ладонь к его груди. Под созданной им оболочкой бушевал бешеный ритм. Я выдохнула ему в губы, прижимаясь всем телом. Он замер, а потом отстранился, его рука на талии оттолкнула меня.

Я открыла глаза и увидела его дикий, необузданный взгляд, прежде чем он отвернулся от меня.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ



— Ну, и как все прошло? — спросила Ло, лежа на моей кровати в серой ночной рубашке и носках.

Я написала Ло сообщение сразу после того, как в полузабытьи покинула сферу. Фантомное ощущение губ Коллина на моих все еще не уходило, и я машинально коснулась их. Я давно сбросила то платье и до изнеможения простояла под холодным душем, но кожа все еще горела. Я чувствовала его бешено колотящееся сердце под своей ладонью. И этот поток разочарования, когда он слишком быстро отстранился. И ожог желания, который выжигал меня изнутри. Все это осталось. Может, навсегда.

— Эм? — снова поторопила Ло.

— Было хорошо, — призналась я, отнимая руку от пылающих губ и начиная теребить край рубашки. — Он меня поцеловал.

Ло взвизгнула и потянула меня на кровать рядом с собой.

— Когда? Как? — потребовала она, ухмыляясь. — Умоляю, пожалуйста, скажи, что это лучше, чем на тех схемах!

Во время обучения в Академии наше «просвещение» сводилось к стерильным, часто пугающим схемам и урокам, детализирующим фазу зачатия. Мне это всегда казалось непривлекательным, даже страшным. То, что я испытала сегодня, тоже было пугающим… но совсем иначе, чем я чувствовала когда-либо прежде. Поцелуй закончился почти так же быстро, как начался, и ночь подошла к концу слишком рано, чтобы я успела встретиться с Ло до отбоя. И все же глубоко внутри меня что-то свернулось, нечто бесконечное и непрекращающееся.

— Перед тем как мы ушли. При всех. И да, это лучше, чем на схемах, — я улыбнулась.

— И вся элита видела? — восторженно выдохнула Ло. — Значит, вы официально на контракте, верно?

Я подняла левое запястье, рукав ночной рубашки сполз вниз. Спальня наполнилась золотистым свечением.

— Почему оно золотое? — Ло перевернула мою руку. — Разве оно не должно быть серебряным?

Обычно РАЗУМ партнерши из обладательниц незначительных дефектов окрашивался в серебро, когда вступает в силу репродуктивный контракт. Большинство женщин скрывают это от других дефективных. Такая метка заставляет остальных, одетых в серое, ополчиться против тебя.

— Думаю, оно золотое, потому что он иллум. Так говорили Скворцы.

— Эмелин, — воскликнула Ло, пододвигаясь ближе так, что наши колени соприкоснулись. — Иллум поцеловал дефективную на глазах у всей элиты! Ты понимаешь, что это может значить для нас? Такого точно никогда не случалось. Может, теперь у нас будет больше публичных Ухаживаний? Может, меньше девушек отправят в Святилище!

— Не думаю, что все так просто, — сказала я.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Ло.

Я рассказала ей о Филиппе, об элите в атриуме и об ужасных вещах, которые они говорили.

— А еще сегодня я встретила двух других моих кровных братьев. И видела родителей.

Глаза Ло расширились.

— Они все там, наверху? А ты одна здесь, внизу? — переспросила она, и от нее исходила волна шока. — Ты единственная дефективная в своем роду?

Я кивнула, чувствуя, как внутри все рушится. Дефективные не обсуждали своих кровных родителей или братьев и сестер. Технически нам вообще было запрещено обсуждать что-либо друг с другом, а инстинкт самосохранения делал эту тему строжайшим табу.

Ло покачала головой.

— Я никак не могла понять, почему ты так ненавидела программу. Ну, кроме своих глаз, — небрежно добавила она. — Теперь все встало на свои места.

Это замечание ударило сильнее пощечины. Я натянуто улыбнулась, не доверяя словам, которые могли сорваться с языка.

— Почему вся элита оказалась на земле? — спросила Ло.

— Сейчас элита вынуждена входить в Капитолий через наземный вход, — выдохнула я.

— Правда? Как мы?

— Да, в Капитолии возникли проблемы.

Ло выпрямилась.

— Какие проблемы? Это из-за них ты четыре дня ничего не слышала от Коллина?

— Именно. Похоже, какая-то группа ворвалась внутрь, и шестерых из элиты убили. — Я вздрогнула от этой мысли.

Ло вцепилась в свои волосы, бессмысленно накручивая их на пальцы.

— Он сказал, почему?

— Скворцы об этом молчали. — Я покачала головой, мой взгляд упал на сканер у двери. Я с удивлением заметила, что он мигает желтым. Предупреждение о приближении комендантского часа. Я сканировала свой РАЗУМ по возвращении, но автоматический голос не прозвучал. Было тихо. Ло проследила за моим взглядом.

— Черт, отбой скоро. Мне никак нельзя навлечь на себя неприятности, завтра же мой день, — сказала Ло, и ее обычная уверенность пошатнулась. — Ну, ты знаешь, ежегодное обследование.

— О, Ло, прости. Я совсем забыла.

Ло направилась к двери.

— Все нормально. У тебя сейчас столько всего происходит. Это не то, что раньше.

Я соскользнула с кровати.

— Нет, дело не в этом. Я просто потеряла счет времени.

— Партнер так на тебя влияет, — ответила Ло, открывая дверь. — Увидимся завтра после смены в транспорте. Встретимся в атриуме? Я все еще хочу услышать все про чай и ту вещицу. — Она указала на мой открытый шкаф, где белое платье висело рядом с золотым — прекрасными дарами с небес.

— Расскажу все завтра. Удачи на обследовании.

Ло улыбнулась мне.

— У меня еще один вопрос.

— Какой?

— Это было хорошо? — спросила она. — Поцелуй?

— Ох… — Я вдруг почувствовала, что мне стало слишком жарко. — Да. Было хорошо.

Ло просияла.

— Отлично. До завтра.

Дверь щелкнула, закрываясь, а я подошла к окну и уставилась в ночное небо. Мне не с чем было сравнивать свой первый поцелуй, но он был хорош. Его губы на моих. То, как Коллин вдохнул, за секунду до того, как его пальцы впились в мою кожу, притягивая ближе. Я приникла навстречу добровольно, с желанием. Его ненасытные губы. Моя рука на его груди, чувствующая дикий, отчаянный ритм сердца. Повторяющий ритм моего сердца. Первый признак того, что под его отполированной внешностью может что-то скрываться. А потом он ослабил хватку и оттолкнул меня, прекращая поцелуй.

Понравилось ли это Коллину?

Сфера гудела от возбуждения. Голоса метались по пространству, смешиваясь в один шум, из-за чего слов было не разобрать.

Не смотри на них, единственное, что