Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда - Ангелина Сантос

— Начинайте.

— Северный кредитный дом предложил мне выкупить оставшиеся обязательства Роэна, — сказал Дарен. — Я согласился.

— Когда?

— Сделка завершится после аудита.

— Значит, пока вы не кредитор.

— У меня подписано намерение на тысячу двести восемьдесят крон храмовой части и шестьсот сорок Северного дома, — сказал Дарен. — Остаток принадлежит мелким поставщикам. После завершения сделки я смогу требовать весь доход Роэна на обслуживание долга.

— Не сможете до окончания аудита. После — только по подтверждённым позициям.

— Аудит ничего не изменит.

Мара развернула долговую ведомость.

— Уже изменил. Двести десять крон выставлены человеком, умершим до даты поставки. Сто восемьдесят — за мост, который не принадлежит Роэну. Триста двадцать — за мрамор, которого нет. Хотите купить бумагу, покупайте. Но не называйте её нашим долгом.

Дарен не удостоил её взглядом.

— Управляющая не участвует в переговорах.

— Управляющая ведёт книги и является свидетелем, — сказала я. — Продолжайте.

— Даже если половину спишут, ты не заплатишь остальное за месяц. Я заморожу поступления от гостиницы, потребую залог на источник и прекращу поставки топлива через городской склад.

— Это угроза злоупотребить положением на совете?

— Это описание обычных действий кредитора.

— Мара, запишите дословно, включая городской склад.

Дарен постучал пальцами по подлокотнику.

— Ты правда думаешь, что журнал защитит от зимы?

— Нет. От зимы защитят уголь и работа. Журнал защитит от человека, который решит перекрыть поставки ради личной сделки.

— Лиа, ты не удержишь поместье. Доход купальни смешон, кладка не вылупится к сроку, а храм добьётся отмены Хартии. Я предлагаю выход до того, как ты окончательно разрушишь своё имя.

— Моё имя Эстен. Оно переживёт.

— Ты понимаешь, о чём я.

— Понимаю. Поэтому прошу назвать условия.

Он достал из папки договор.

— Городской дом переходит тебе без ограничений. Пятьсот крон немедленно и двести в месяц в течение пяти лет. Долги Роэна закрываю я. Работники получают задолженность. Ты прекращаешь действие Хартии, передаёшь кладку храму и даёшь письменное показание, что Кассен ввёл тебя в заблуждение относительно жизнеспособности яиц.

— Что получает Рейнар?

— Пересмотр условий ссылки, если добровольно сдастся.

— Не оправдание.

— Он виновен в гибели людей независимо от твоих новых фантазий.

Мара подняла глаза. Я продолжила спокойно:

— Что получает Селина?

— Это не предмет сделки.

— Её связь использовали как доказательство вашей пригодности к должности. Очень даже предмет.

— Между нами естественный резонанс. Храм только помог ему проявиться.

— Вы знали о трёх месяцах сеансов, крови и колоколе?

— Знал о подготовке.

— О живой скорлупе в составе?

Он на мгновение отвёл взгляд.

— В лечебных составах много компонентов.

— Значит, знали.

— Узнал позже. Северин заверил, что материал получен без вреда.

— Когда именно?

— После церемонии.

— И продолжили давать Селине капли.

— Они стабилизируют связь. Резкий отказ опасен.

— Несса сказала то же о лечении отмены. Разница в том, что Селине не объяснили состав и не дали выбрать.

Дарен наклонился вперёд.

— Ты используешь её страх, чтобы отомстить мне.

— Тогда почему она приехала одна?

— Потому что Кассен или его люди связались с ней.

— Рейнар увидел её впервые вчера.

— Ты всегда верила его словам быстрее моих?

Вопрос был рассчитан на старую рану. Раньше я начала бы доказывать, сколько лет выбирала Дарена. Сейчас перед нами лежал договор с ценой моей лжи.

— Семь лет назад я поверила вам, — сказала я. — Этого хватило для одного приговора.

Он побледнел.

— Я не просил тебя лгать.

— Просили не записывать сомнение.

— Просил не разрушать дело непроверенной помехой. Ты сама приняла профессиональное решение.

— Да. Ответственность моя. А давление — ваше. Теперь я умею различать.

Дарен встал.

— Подпиши договор. Я даю тебе больше, чем требует закон.

— Вы даёте цену за кладку, ложное показание и удобное исчезновение бывшей жены. Это не больше. Это другой товар.

— Ты разорена.

— У меня девяносто восемь крон резерва и девять крон семь серебряных долей выручки за день. Сегодня будет больше.

— Ты гордишься мелочью.

— Да. Она заработана без вашей фамилии.

Я подвинула договор обратно.

— Нет.

Дарен не взял бумаги.

— Это Кассен? Ты отказываешься из-за него?

— Я отказалась до того, как он появился в Роэне.

— Он был здесь раньше тебя.

— Не в моей жизни.

— Теперь в ней?

Мара перестала писать. Я могла не отвечать. Но устала позволять Дарену назначать, какие части моей жизни можно произносить.

— Да. В той степени, которую выбрали мы, а не храм.

В глазах Дарена вспыхнул золотой свет. Комната нагрелась.

— Он убийца.

— Это решит пересмотр дела.

— Я решу, когда заберу его.

Дарен направился к двери.

Я встала перед ним.

— Вы не войдёте в гнездо.

— Отойди, Лиа.

— Лиора. И нет.

Он схватил меня за предплечье.

Пальцы были горячими, сильными. Не настолько, чтобы сломать кость, — ровно настолько, чтобы напомнить, что может.

— Отпустите, — сказала я.

— Ты не понимаешь опасности.

— Отпустите меня.

Он не отпустил.

Дверь открылась. Рейнар стоял в коридоре.

Он не бросился на Дарена. Не заговорил за меня. Просто посмотрел на его руку.

— Она сказала отпустить.

Дарен повернул голову.

— Не вмешивайся.

— Отпусти. Потом решай, с кем говорить.

— Иначе что?

— Иначе я отделю твою руку от её предплечья.

Голос Рейнара оставался тихим. Дарен не потребовал подробностей — видимо, знал о нём достаточно.

Его пальцы разжались.

Я отступила сама и растёрла кожу. На рукаве остались тёмные следы.

— Визит окончен, — сказала я. — Мара, внесите отказ выполнить требование о прекращении физического контакта. Кель проводит гостя до ворот.

— Я забираю Селину.

— Если она согласна.

В общем зале Несса уже закончила осмотр. Селина сидела на скамье с чашкой в руках. Увидев Дарена, напряглась, затем заставила себя встать.

— Мы едем домой, — сказал он.

— Я хочу остаться до завтра.

— Нельзя. Тебе нужен храмовый лекарь.

— Мне нужна правда о каплях.

— Я всё объясню в дороге.

— Без Северина?

— Без него.

Селина посмотрела на меня. В её взгляде был вопрос, на который я не могла ответить вместо неё.

— Решение ваше, — сказала я.

Она закрыла глаза на мгновение.

— Я поеду. Мне нужны записи из комнаты подготовки.

— Селина, — предупредила Несса, — ещё одну дозу капель не принимайте без анализа. Резко не отменяйте, но уменьшите вдвое. Если начнутся судороги — к независимому лекарю.

Дарен поджал губы.

— Вы не имеете права назначать лечение моей невесте.

— Имею лицензию и её согласие, — ответила Несса.

Селина надела плащ. У стойки споткнулась, опёрлась рукой о край и уронила носовой платок. Кель поднял его, но она уже вышла вслед за Дареном.

Карета покинула двор.

Только тогда Кель развернул