Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда - Ангелина Сантос

— Когда вопрос прямой.

Она сжала шарф на шее.

— Дарен сказал, вы хотите использовать Лиору и ребёнка Кассен, чтобы отменить приговор.

— Я хочу отменить приговор, потому что он ложный. Лиора собирает доказательства по своей воле. Четвёртое яйцо ещё не признано Кассен.

— А если признают?

— Потребую защиту ребёнка.

— Заберёте?

Рейнар посмотрел на меня прежде, чем ответить. Короткого движения хватило, чтобы я вспомнила его недоговорённость в первую ночь.

— Решит отдельное слушание, — сказал он.

Не ложь. И не вся правда.

Селина заметила паузу.

— Вы оба не доверяете друг другу.

— Доверие не требуется для действующего протокола, — ответила я.

— А для того, как вы на него смотрите?

Вопрос был слишком точным для человека, едва державшегося после проверки.

— Это не относится к вашему лечению.

— Простите.

Она снова села.

К вечеру жар усилился. Несса дала охлаждающий настой, не содержащий храмовых компонентов. Селина проспала два часа в гостиничной комнате. Я поставила у двери горничную, не охранника.

Когда она проснулась, солнце уже опускалось за лес.

— Я уеду, — сказала она.

— Почему?

— Мне нужно узнать, что Дарен знает. И найти документы о моих сеансах.

— Он может не отпустить вас второй раз.

— Тогда у вас останется пластина и мои слова.

— Нам нужны не ваши жертвы, а ваши показания.

— Чтобы дать их, я должна понять, где заканчивается связь и начинаюсь я.

Отговорить её я не смогла. Принудить остаться не имела права.

Мы договорились о сообщении через аптекаря в Рейдале, которому доверяла Несса. Если Селина напишет слово «сирень», значит, за ней наблюдают. «Белая сирень» — нужна немедленная помощь.

Перед отъездом она остановилась у стойки.

— Дарен приедет сюда, — сказала она. — Он уже запросил разрешение покинуть столицу. Думает, что сможет убедить вас отказаться от Хартии.

— Чем?

— Домом. Деньгами. Возвращением в общество. Он уверен, что вы спасаете Роэн только потому, что хотите доказать ему свою ценность.

— Он опоздал на несколько лет.

— Я скажу ему.

— Не нужно. Пусть услышит от меня.

Селина накинула капюшон и села в двуколку. Томас выделил двух пограничников до городского тракта. Дальше она хотела ехать одна.

Рейнар стоял у ворот.

— Вы позволили ей вернуться, — сказал он.

— Это не моё решение.

— Дарен использует её.

— Вероятно.

— И всё равно.

— Особенно поэтому. Если я удержу её ради безопасности, чем буду лучше?

Он кивнул.

— Ничем.

Я посмотрела на удаляющуюся двуколку.

На серебряной пластине в кабинете сохли три линии. Одна принадлежала Селине. Вторая — навязанной связи. Третья тянулась туда, где через двадцать шесть дней собирались ударить в большой колокол.

Дарен привёз Селину обратно в Роэн утром.

Гербовая карета Вайренов остановилась у ворот, за ней — шесть верховых охранников. Селина сидела рядом с Дареном, бледная, в том же сером плаще. Один край шарфа порвался.

Я вышла во двор до того, как Кель открыл створки.

— Ворота останутся закрытыми, пока вы не объясните цель визита.

Дарен посмотрел на деревянную преграду, словно она нарушила правила приличия.

— Лиа, прекрати спектакль. Селине нужна помощь.

— Лиора. И помощь ей уже оказали.

— Без моего согласия.

— Ей двадцать шесть лет. Ваше согласие не требуется.

Селина подняла голову.

— Я попросила сама, — сказала она.

Дарен положил руку поверх её пальцев. Она вздрогнула.

— Ты была в лихорадке и не понимала, что делаешь.

— Я понимала.

— Мы обсудим это дома.

Решение уже было принято и оформлено его голосом. Я слышала этот тон десять лет: «Мы не поедем», когда я собиралась на конференцию; «Тебе лучше отдохнуть», когда Северин приглашал меня на проверку; «Мы решили», хотя решал он.

— Зачем вы вернулись сюда? — спросила я.

— Убедиться, что Кассен не использовал Селину. И забрать его в Рейдаль.

— На каком основании?

— Он нарушает условия ссылки и вмешивается в храмовую кладку.

— Арлен Вес признал его пребывание законным. Кладка не храмовая.

— Решение провинциального магистрата пересмотрят.

— Когда пересмотрят, получите копию. До этого ваши охранники не войдут.

Дарен вышел из кареты.

На нём был дорожный мундир без официального знака Первого Крыла. Назначение ещё не состоялось, но серебряные застёжки уже имели форму будущего ранга.

— Я приехал не воевать с тобой, — сказал он.

— Поэтому взяли шестерых вооружённых людей.

— Дорога опасна. Ты сама наняла охрану обозов.

— Моя охрана получает плату и договор. Ваша остаётся за воротами.

Он посмотрел на работников у стены. Рейнар среди них не появился. Я просила его остаться в гнезде до прямой угрозы. Если Дарен увидит нас рядом, разговор быстрее превратится в спор двух драконов, где мне отведут роль причины.

— Впусти хотя бы Селину, — сказал Дарен. — Ей плохо.

— Если она хочет войти — войдёт. Одна.

Селина медленно спустилась. Дарен не отпустил её руку.

— Я пойду с ней.

— Нет.

— Ты не имеешь права разлучать истинную пару.

— У вас нет закона о физической неразлучности. Есть взрослая женщина. Селина, вы хотите войти?

Она посмотрела на Дарена. Метка под шарфом покраснела, дыхание стало частым.

— Я хочу воды, — сказала она.

Не ответ, но достаточная просьба.

Дарен отпустил её. Я велела Келю открыть малую калитку. Селина прошла во двор, Несса сразу увела её в гостиницу.

Я догнала их у двери.

— Как он вас нашёл?

Селина оглянулась на ворота.

— У Красного моста. Ваши пограничники уже повернули назад. Карета ждала на дороге.

— Это был единственный путь к столице.

— Дарен сказал, что почувствовал, где я, через связь.

— Точно почувствовал или знал маршрут?

— Я спросила. Он рассердился.

На порванном шарфе остался след пальцев. Несса увидела его тоже.

— Он удерживал вас? — спросила она.

— Когда я отказалась садиться. Потом началась боль в метке, и я потеряла силы.

— Он применил огонь?

— Не видела. Сначала стало жарко у него под ладонью, потом у меня.

Физическая передача через связь. Не чтение мыслей и не мистическое знание дороги: Дарен мог отследить боль, когда приблизился, а до этого просто перекрыл единственный тракт.

— Хотите, чтобы мы не впускали его совсем? — спросила я.

Селина закрыла порванный край плаща.

— Я хочу понять, что он предложит вам. Он всю дорогу говорил, что вы согласитесь, если увидите разумные условия.

— Тогда услышите после. Не обязаны находиться с ним в одной комнате.

— Спасибо.

Несса увела её. Я вернулась во двор.

Дарен остался снаружи.

— Теперь поговорим о Роэне, — сказал он.

— Через ворота?

— В кабинете. Без Кассена.

— Оружие и охрана остаются здесь. Вы входите как частное лицо. Мара ведёт запись.

— Ты превратила каждую беседу в протокол.

— Очень помогает помнить, кто что сказал.

Он согласился.

В