Багряное королевство - Робин Д. Мейл

Близнецы выглядели такими довольными, какими я их еще не видела. Авани выглядела менее воодушевленной, но, когда она посмотрела на Бронуин и Блэр, уголки ее губ тронула улыбка.

Подняв глаза, я успела заметить ошеломленный взгляд Эвандера, прежде чем музыка набрала темп. Затем мы все слились в стремительном движении, хлопая руками и топая ногами в ритм танцу, а потом принялись махать ногами и быстро кружиться.

Все это совершалось синхронно с шеренгой женщин позади нас. Близняшки явно тренировались и неплохо поспевали за всеми остальными.

После напряженного дня и постоянных попыток игнорировать слухи танец бок о бок с сестрами был как глоток свежего, бодрящего воздуха. По мере того, как темп нарастал, вокруг послышался смех. Все двигались всё быстрее и быстрее, чтобы не отставать. Те, кому это не удавалось, убегали с танцевальной площадки, подбадривая остальных воодушевленными возгласами.

Под конец на площадке остались только я, Авани, Гвин и горстка селянок. Толпа одобрительно взревела, а мы бросились друг другу в объятия, переводя дух и хохоча. Тяжело дыша, я оглядывала стоящих вокруг, пока не нашла Эвандера. Хотя долго искать не пришлось. Сила его взгляда притягивала меня, как сигнальный огонь.

– Впечатляюще, – сказал он, когда я подошла.

–А ты сомневался вмоей выносливости, – отозвалась я.

Эвандер усмехнулся, но прежде, чем он успел ответить, музыканты заиграли следующую мелодию. Лорд посмотрел на меня, подняв одну бровь, и протянул руку. Я взяла ее и пошла за ним на площадку, где уже начинался веселый танец. Энергичная музыка отдавалась у меня внутри, а Эвандер обхватил меня за талию, без труда поднял и раскрутил, после чего снова осторожно поставил на лужайку.

Сегодня я совсем не ощущала твердой почвы под ногами.

Когда он во второй раз поставил меня на землю, мы оказались еще ближе друг к другу. Напоказ, разумеется. Наверное, поэтому я и не могла отвести глаз от его лица. Поэтому впивалась пальцами в его крепкие бицепсы, безупречно повторяя все его движения.

Следующий танец был медленным. Эвандер обвил рукой мою талию, подтянув меня поближе. Я резко втянула воздух, и, судя по страстному выражению его лица, от него это не укрылось. Другой рукой он взял мою ладонь, а свободную руку я положила ему на грудь. Нас обоих пронизывало напряжение, но я не могла отвести взгляда, пока он неотрывно смотрел мне в глаза.

Когда танец закончился, один из селян вышел вперед.

– Поцелуй от счастливой пары!

И поднял кружку с элем в нашем направлении. Все разразились одобрительными возгласами.

Эвандер, не раздумывая, наклонился, задержавшись на мгновение перед тем, как его губы коснулись моих, и успев прошептать «напоказ», как самый что ни на естьаалио. А затем прижался ртом к моим губам. Жар растекся по всему телу, так что пальцы ног поджались, а руки начало покалывать.

Когда Эвандер прервал наш поцелуй, я невольно вздохнула. Он выпрямился во весь рост, помедлив на мгновение, чтобы прошептать мне:

– Спорим, ты сейчас и не вспоминала про конюшат?

У меня рот открылся от неожиданности, и я прищурилась. Словно издалека, до меня доносились одобрительные возгласы.

– На самом деле, вспоминала, – проговорила я сквозь зубы, нацепив на лицо улыбку для публики.

Судя по его самодовольной ухмылке, он мне не поверил. И правильно, ведь я нагло обманывала.

Между тем я думала только о том, какой же дурой была, ведь я поклялась, что не стану увлекаться, пока не увлечется он. Но когда дело касалось Эвандера, я, похоже, не могла иначе.

В этом-то и заключалась проблема.

После праздника мы с Эвандером достигли шаткого перемирия. Вернее сказать, дошли до точки, когда мы перестали открыто поддевать друг друга. В отношениях сохранялось напряжение, но это было не в новинку. Я училась не обращать на это внимания. По крайней мере, так я себе говорила.

А на следующие несколько дней мы погрузились в чудесный мир планирования свадьбы.

Эвандер покорно высказывался по всем вопросам: от выбора сладкого до цветов, устранившись, только когда мадам Фрейя прогнала его от своих эскизов. Да и тогда он ушел не дальше ближайшего кресла, где ему ничего не было видно.

Мне нужно было два платья: одно для Локланна, а другое, в цветах клана Медведя, – для Сокэра. Мы начали с белого. Мама с тетей Ислой порхали по комнате, высказываясь о достоинствах каждого фасона, пока я не сделала свой выбор. Затем подошла очередь черного, но, чтобы его выбрать, у меня, к сожалению, оказалось недостаточно информации.

– Какое именно черное платье? – спросила я у Эвандера.

– Свадебное, – очень содержательно ответил он.

Я задержала на нем взгляд.

– Есть что-то еще, что мне нужно знать? Вдруг я нарушу какой-нибудь негласный сокэрский закон, если решу обойтись без шлейфа? Обязательны ли рукава и навлеку ли я на себя гнев всего королевства, если выберу наряд с открытыми плечами?

Мама с Ислой хихикали у меня за спиной, но Эвандер лишь слегка изогнул губы в улыбке, показывая, что его это забавляет. Его голос был таким же невыразительным, как обычно.

– Любое черное платье сгодится, леммикки.

Я страдальчески вздохнула.

– Свадьба будет скромной? – допытывалась я. – Большой? Торжественной?

Он вздохнул точно так же, как я.

– Торжественной, как большинство мероприятий в Сокэре. И я бы не сказал, что она будет скромной, ведь приедут все герцоги с семьями.

Я захлопала глазами, растеряв остатки веселья.

– Все?

Он пожал плечами, но его движения были скованными.

– Сокэряне и их традиции.

Значит, Тео будет там. Никакой неловкости! Не говоря уже об отвратительном господине Михаиле.

Потрясающе!

Вслед за этой мыслью мне в голову пришло одно еще менее приятное соображение, до которого я давно должна была додуматься.

Там, конечно, будет Эйва. Женщина, чья бессердечная улыбка до сих пор преследовала меня в кошмарах. Женщина, оставившая в моей жизни глубокий след, в буквальном… в физическом смысле. Как и в жизни Эвандера, тети Ислы и многих других людей.

Я не забыла своей клятвы, что однажды буду смотреть, как она умирает.

Разглядывая варианты черных платьев с высокими, целомудренными горловинами и свободными рукавами, я почувствовала, как мое лицо каменеет.

– Любое черное платье? – уточнила я еще холоднее, чем прежде.

Эвандер наклонил голову, пристально разглядывая меня.

– Какое только угодно.

Одолжив угольный карандаш мадам Фрейи, я набросала изменения