Академия волков. Темная кровь - Ульяна Соболева

Усмехнулся без юмора.

— А я... я бы только напоминал. О крови. О боли. О той ночи.

Шагнул к двери.

— Так что я уйду. Из Академии. Из твоей жизни.

— Нет! — Кайр шагнул вперёд. — Рэйвен, не надо...

— Заткнись, — оборвал младший брат. — Ты получил, что хотел. Она выбрала тебя. Правильного брата.

Последний взгляд на меня. Синие глаза, полные боли.

— Будь счастлива, кексик. С героем, которого выбрала.

Голос дрогнул впервые.

— Я правда хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если это не со мной.

Он пошёл к двери.

Я сорвалась с места. Схватила его за руку.

— Рэйвен, подожди. Ты не должен уходить из Академии...

Он посмотрел на мою руку на его запястье. Потом на моё лицо.

— Ты выбрала его. Это правильно. Это то, что должно было случиться.

Освободил руку — нежно, но решительно.

— Но я не смогу оставаться здесь. Видеть вас вместе. Это выше моих сил.

— Рэйвен...

— Кайр, — он посмотрел на брата. — Береги её. Или клянусь, я вернусь и вырву тебе сердце.

Что-то болезненное мелькнуло между братьями. Понимание. Прощение. Потеря.

— Я буду, — ответил Кайр тихо. — Обещаю.

Рэйвен кивнул. Развернулся к двери.

Остановился на пороге.

— АлАя... одна вещь.

Я ждала, не в силах говорить.

— Я убил твоих родителей. Этот факт никогда не изменится. И я буду нести эту вину до конца своих дней.

Голос стал тише.

— Но та ночь восемь лет назад... когда я увидел тебя. Маленькую девочку с серебристыми глазами, которая не плакала. Которая смотрела на меня и обещала преследовать...

Пауза.

— В тот момент что-то сломалось во мне. Но также что-то... родилось. Желание быть лучше. Желание заслужить право смотреть в эти глаза без стыда.

Он обернулся в последний раз.

— Я не заслужил. Но ты дала мне надежду, что когда-нибудь смогу. Спасибо за это.

Ушёл. Дверь закрылась с глухим стуком.

Окончательность. Как крышка гроба.

Тишина повисла тяжёлым саваном.

Я стояла посреди комнаты, чувствуя, как что-то ломается внутри, даже когда что-то другое исцеляется.

Я сделала выбор.

Правильный.

Тогда почему так больно?

Кайр подошёл сзади. Обнял осторожно, давая пространство уйти, если захочу.

— Ты пожалеешь? — прошептал он. — Что выбрала меня, а не его?

Я развернулась в его объятиях. Посмотрела в зелёные глаза, полные любви и страха.

— Возможно. Иногда. В тёмные ночи, когда буду вспоминать его честность.

Положила руку на его сердце.

— Но не жалеть с тобой лучше, чем любой другой вариант.

Он поцеловал меня снова. Нежно. Обещая всё.

Исцеление. Любовь. Будущее.

Снаружи ночь окончательно поглотила день.

Вороны замолчали.

И где-то в темноте Рэйвен шёл прочь, унося с собой мою тьму.

Оставляя мне свет.

Дорогой дневник,

Сегодня я выбрала.

Кайра — спасителя, защитника, того, кто любит правильно.

Не Рэйвена — убийцу, монстра, того, кто любит честно.

Я выбрала исцеление над шрамами.

Будущее над прошлым.

Свет над тьмой.

Рэйвен ушёл. Возможно, навсегда. И часть меня умерла, отпуская его.

Та тёмная часть, которая узнавала родственную душу в его сломленности.

Но другая часть — та, что хочет жить, а не просто выживать — чувствует облегчение.

Кайр не идеален. Он слишком контролирующий. Слишком защищающий.

Но он мой якорь. В мире, который пытается утопить меня.

Вопрос только в том — смогу ли я быть счастливой, выбрав безопасность.

Или буду всю жизнь вспоминать опасность.

"Есть моменты, когда понимаешь: детство закончилось. Невинность умерла. А монстры из сказок реальны и хотят выпить твою кровь до последней капли."

Дорогой несуществующий дневник, сегодня ночью я узнала, как пахнет смерть. Не метафорическая смерть из готических романов. Реальная. Гниющая плоть. Разложение. Что-то, что должно быть мёртвым, но отказывается лежать спокойно. И самое весёлое? Эта смерть пришла именно за мной.

Ночь легла на Академию как чёрный бархатный саван, пропитанный предчувствием. Луна была тонким серпом — умирающая луна, говорили старые легенды, когда барьер между миром живых и мёртвых истончается до прозрачности. Звёзды мерцали холодно, безразлично, как глаза богов, наблюдающих за муравьями. Где-то далеко выла сова — звук был похож на плач ребёнка. Или предсмертный крик.

Я лежала в своей кровати в комнате, которую делила с Милой и Сарой. Обе спали — Мила храпела тихо, свернувшись калачиком, Сара пробормотала что-то во сне и перевернулась. Нормальные девушки с нормальными снами и нормальными проблемами.

А я лежала с открытыми глазами, глядя в потолок, и считала трещины в штукатурке. Сорок три. Нет, сорок четыре. Маленькая новая появилась в углу, паутинкой расползающаяся к люстре. Метафора моей жизни — всё медленно разрушается, а я наблюдаю и не могу остановить.

Кайр настоял, чтобы я спала в своей комнате сегодня. "Тебе нужна нормальность. Твои подруги. Привычная обстановка." Благородно. Правильно. И абсолютно бесполезно, потому что сон всё равно не приходил. Он поставил охрану у двери — двух старших студентов из Серебряных Клыков, которые сменяли друг друга каждые четыре часа. Защита. Или тюремная стража. Опять же, грань была тонкой.

Часы на стене показывали три часа ночи. Час волка, как называли его в старых книгах. Час, когда живые спят глубже всего, а мёртвые ходят свободнее всего.

Что-то изменилось в воздухе. Тонко. Почти незаметно. Температура упала на градус. Или два. Дыхание стало видимым — маленькие облачка пара в воздухе, который секунду назад был тёплым. Неправильно. Всё неправильно.

Я села, инстинкт кричал тревогу раньше, чем разум успел осмыслить. Прислушалась. Тишина была абсолютной — слишком абсолютной. Даже Мила перестала храпеть. Академия замолчала, как будто задержала дыхание.

Запах ударил следующим. Гниение. Разложение. Сладковато-тошнотворный аромат чего-то мёртвого слишком долго. Желудок сжался, и я зажала рот рукой, борясь с тошнотой.

Окно. Я оставила его приоткрытым — привычка последних недель, потому что воздух в комнате становился душным от присутствия трёх человек. Кайр говорил закрывать. Я не послушалась. Первая ошибка.

Тень скользнула за стеклом. Слишком большая, чтобы быть птицей. Слишком быстрая, чтобы быть человеком. Форма была неправильной — угловатая, сломанная, как что-то собранное из частей, которые не должны были подходить друг к другу.

Окно распахнулось. Не медленно. Не осторожно. Взорвалось внутрь, стекло разлетелось осколками, сверкающими в лунном свете как зубы хищника. Холодный воздух ворвался