Боевая целительница в Академии. Книга 2 - Виктория Рэд Харт

«Какой же он огромный, — подумала я, — и сильный. Эти руки… они могут защитить от кого угодно. Или…»

Я отогнала непрошеную фантазию, но тело уже не слушалось.

— Нельзя! — крикнула я и автоматически обхватила его за шею.

Уткнулась лицом в его волосы и почему-то простонала. По телу побежали неожиданные импульсы, как горячие волны. А в моей голове вдруг появились интересные картинки. Я на Крэге. Мой язык изучает мышцы его пресса. Пресс твердый, как камень, каждая мышца прорисована. Я представила, как провожу по нему пальцами, и внутри всё сжалось.

Я слетела с его рук и рванула к окну, открыла створку настежь. Прохладный вечерний воздух обжёг легкие, но не остудил. Снова накинула на себя заклинания чистки, шепча их как молитву.

Бесполезно.

Крэг уже стоял за мной. Я чувствовала его дыхание на шее — теплое, ровное. По моему телу бежали мурашки от того, насколько близко он находился. Его руки легли на мои плечи, сжали осторожно, но властно.

— Эльза, — позвал он, — скажи, что делать. Я сделаю всё.

Его бархатный голос и эти слова сработали как триггер.

«Я сделаю всё», — эхом отозвалось в голове.

Я представила, как он делает «всё». Как раздевает меня. Как целует. Как его сильные руки блуждают по моему телу. Голова снова наполнилась интересными, но непристойными картинками. Стало невыносимо жарко, казалось, я горю изнутри. Я непроизвольно начала расстегивать рубашку — пуговицы, одна за другой поддавались дрожащим пальцам.

Крэг развернул меня к себе.

— Что с тобой? Кому из лазарета ты доверяешь? Я приведу его к тебе, — говорил он, а я уже тонула в его красивых глазах — карих, с золотыми искрами, серьезных и встревоженных. От его сильных рук и запаха я сходила с ума. Я представила, как эти руки сжимают мою талию, поднимают меня, прижимают к стене.

«Остановись, — мысленно приказала я себе. — Ты отравлена. Это не ты».

Но тело не слушалось. Я уже не могла бороться с картинками в голове — я уже их сама дорисовывала.

Крэг отпрянул. Шаг назад. Еще один.

Я облокотилась на стену и буквально сползла по ней вниз.

— Кажется, меня отравили афродизиаком, — прерывисто прошептала я и прикусила губу. Из моей груди донеслись стоны, я не могла их сдержать.

У Крэга отвисла челюсть. Он тяжело сглотнул, кадык дернулся. К такому он не был готов.

— Что делать? Эльза. Скажи.

— Само пройдет, — закатывая глаза, проговорила я. — Но только это будет длиться всю ночь... Крэг… — его имя вырвалось у меня из груди вместе со стоном, протяжно, почти как мольба. — Я не выдержу. Ты такой красивый. Соблазнительный. Сильный.

Я смотрела на него снизу вверх, и в этом взгляде было всё: отчаяние, желание, надежда. Он стоял надо мной — огромный, сильный, и я хотела, чтобы он наклонился, поднял меня, прижал к себе. Мои глаза изучали его тело, его формы, и я начинала ненавидеть его одежду. Она разделяла меня с его телом. Гадкая, отвратительная одежда.

Я поднялась и двинулась к нему — медленно, но неотвратимо.

— Крэг, — позвала я уже томно, расстегивая свою рубашку всё больше и больше.

Пуговицы летели на пол.

Крэг попятился. Спиной уперся в противоположную стену.

— Эльза, одумайся. Это действие этой гадости. Как тебе помочь? Эльза!

Я загнала его в угол. Он оперся на стену рукой, вторую выставил вперед, пытаясь меня остановить. Но его рука не была жесткой, она дрожала, и я почувствовала, что он тоже на пределе. Я взяла его руку и стала ласкаться об нее — лицом, шеей, губами. Горячая шершавая кожа пахла можжевельником и обещала наслаждение. Я провела языком по его пальцам, и он судорожно вздохнул.

Я чувствовала, как его пульс участился под моими губами.

«Он хочет меня, — поняла я. — Он тоже этого хочет».

И это придало мне смелости.

В секунду я оказалась без рубашки, она упала на пол. На мне остался только красивый красный лифчик, кружевной. Я видела, как его взгляд скользнул по моей груди, как расширились зрачки.

«Смотри, — мысленно приказала я. — Смотри на меня. Хочешь меня. Я знаю».

Я буквально повисла на его руке, вцепившись в нее, как в спасательный круг. Из моей груди вырвалось:

— Помоги.

В дверь колотили, я услышал это из ванны. Вода еще не успела стечь с тела, пар клубился под потолком. Я на ходу застегивал домашнюю рубашку, пальцы скользили по мокрым пуговицам, а за дверью будто кто-то падал, опираясь на косяк.

Я открыл.

На пороге стояла Эльза. Красная, растрепанная, с расстегнутой курткой и тяжёлым дыханием. От нее пахло чем-то сладким — приторным, тягучим, как переспелые фрукты. Этот запах ударил в голову, и меня самого бросило в жар.

«Что с ней? — мелькнула мысль. — Больна? Отравилась?»

— Ты чего? — спросил я, но она уже прошла мимо, шатаясь.

— Воды, — голос ее был низким, хриплым, томным.

Я никогда не слышал ее такой голос. И это завораживало.

Я молча протянул ей свою кружку с водой. Она пила жадно, проливая на подбородок, и вода струилась по ее шее дальше вниз, стекая между ключиц. Я смотрел на ее дрожащие пальцы. Что-то не так. Всё было не так. Но я не мог отвести взгляд от того, как вода блестит на ее коже.

— Отравили, — выдохнула она, допив воду.

— Срочно в лазарет, — воскликнул я и, не раздумывая, подхватил ее на руки.

Она оказалась на моих руках — легкая, почти невесомая, но горячая. Горячая, как печь. Сквозь ткань я чувствовал, как ее тело обжигало. И этот дурманящий запах лез в голову, мешая думать.

— Нельзя! — крикнула она и обхватила меня за шею.

Уткнулась лицом в мои волосы, и я почувствовал ее дыхание — горячее, прерывистое. А потом она простонала. Низко, протяжно, и от этого звука у меня внутри всё перевернулось.

«Глупец, — сказал внутренний голос. — Ты должен вести ее в лазарет. Сейчас же. Не медли».

Но ноги не слушались.

Я замер. Ее пальцы вцепились в мою рубашку, тело изогнулось, и я почувствовал, как по ней пробежала дрожь. Происходило что-то неконтролируемое. И мне это нравилось. Стыдно признаться, но нравилось.

Она вдруг слетела с моих рук и рванула к окну, распахнула створку, вдохнула ночной воздух, зашептала какие-то заклинания. Я видел, как ее губы шевелятся, но слов не