Там, где бьется пульс - Александра Глазкина
— Зачем она Вам? Разве у Вас не другая ассистентка? — возможно, мои слова прозвучали резковато, но мне надоело, что Мелвин портит жизнь сестре.
Он нахмурился:
— Причем здесь работа? Я хотел… мне нужно поговорить с ней.
Теперь уже я вынуждена была отвести его в сторну.
— Послушайте, Мелвин. На Балу Кэсси не танцует, они сейчас репетируют, через полчаса она впервые выйдет на сцену в роли Владычицы. Ей нужно помнить текст и рисунок роли, танцевать. На это все будут смотреть со-правители, наши родители и еще триста магов и людей. Так что, о чем бы Вы не хотели с ней поговорить, не трогайте Кэсси сейчас! Да и вообще не трогайте! Я же не слепая, я вижу… У Вас ведь нет к ней никаких серьезных намерений, перестаньте дурить ей голову! Кэсси совсем юная, ей учиться надо, у нее сложности управления стихией, ей к Сезону нужно готовится, а Вы уедете сейчас, и все!
Мелвин внимательно на меня посмотрел.
— Вот значит, как Вы все это воспринимаете?
— Да! Именно так! Если Вы считаете, что я сейчас нарушаю этикет, можете пожаловаться на меня дяде. А Кэсси оставьте в покое!
После таких откровений задавать встречный вопрос, не видел ли он Джастина, было глупо и неуместно, поэтому я просто пошла дальше. Но этот разговор сбил меня. Меня охватило смутное чувство опасности. А вдруг он меня не послушает и отправиться искать Кэсси? Конечно, за кулисы его вряд ли пустят, но мало ли… В конце концов, если Джастин так легко верит в плохое, может, не стоит его искать? Он отступился от меня однажды, так пусть сейчас борется за наши чувства. Он, не я должна сейчас беспокоиться о будущем. Я буду беспокоиться о Кэсси.
В гримерной было шумно и бестолково: сновали служанки с кувшинами воды и утюгами, актеры придирчиво осматривали себя в зеркало, на стульях и столиках были разбросаны ткани, книги, раковины, пудреницы и ожерелья. Кэсси я нашла в нише за напольным зеркалом. Она стояла, подняв руки, пока служанка зашивала на боку ее хитон. Лицо Кэсси было белее ткани, а браслеты, обмотанные белыми лентами, пульсировали алым.
— Кэсси, как ты? Ты такая бледная!
Она натянуто улыбнулась:
— Просто волнуюсь. Было бы возможно, упала бы в обморок.
— Брось! Уверена, ты прекрасно справишься! Я же видела, сколько ты учила! Хочешь, я побуду с тобой до начала спектакля?
— Да. Нет. Нет, наверное, не стоит. Но, спасибо тебе, Тилли.
Она порывисто обняла меня. Затрещала ткань, раздался протестующий возглас служанки.
— Я тебя очень, очень люблю! — горячо зашептала Кэсси, все крепче сжимая объятия. Я отстранилась, в глазах Кэсси дрожали слезы.
— И я тебя очень люблю, дурочка! Ну чего ты?
— Месдам, месье, приготовьтесь! — в гримерную ворвался хореограф и захлопал в ладоши, призывая к порядку. — Начинаем через десять минут! Не забудьте, что в начале первого акта магическую иллюзию создают только нимфы на заднем плане! Быстрее! Быстрее!
Тут он увидел меня:
— Госпожа Матильда, прошу Вас покинуть помещение!
Я вышла. Гости уже потихоньку переходили в концертный зал и рассаживались. Дамы сгружали слугам охапки цветов, доставшиеся им на котильоне. Владыка взошел на небольшой помост в первом ряду, где стояли два резных трона — для него и человеческого короля. Где-то в толпе мелькнул Мелвин. Папа помахал мне рукой, но пробраться к родителям уже не было никакой возможности. Нарушаю рассадку гостей, которую сама же и составляла. Ладно, в дальних рядах оставались пустые резервные кресла. Свет в зале уже начал гаснуть. Я присела и тут же кто-то сел рядом и крепко сжал мою ладонь. Наши браслеты соприкоснулись и завибрировали, отзываясь на магию.
— Прости, — прошептал мне Джастин. — Я повел себя, как малодушная свинья! Я не позволю снова совершить ту же ошибку! Тилли, ты простишь меня⁈ Пожалуйста, дай мне второй шанс!
Поток радости захлестнул меня, но уже раздвигали занавес. Поэтому я лишь улыбнулась, сжала его руку в ответ и сказала:
— Конечно, Джей!
И мы принялись смотреть спектакль, так и сплетясь руками там, где бился пульс.
В этот момент я была, пожалуй, самой счастливой магичкой в зале. Сомнения в Джастине, опасения насчет мести Родни, волнение за Кэсси — все отступило.
Спектакль оказался великолепным, надо отдать должное господину хореографу. В какой-то момент я забыла, что смотрю любительский спектакль. Перед нами развернулась поистине магическая картина: под завораживающую музыку кружились на сцене нимфы в прозрачных одеждах, на фоне переплетались в магической иллюзии серебристые струйки ветра, огненные языки пламени, бирюзовые ручейки и сквозь это причудливое полотно прорастали и раскрывались магические цветы. Посреди сцены, гордо выпрямившись, стояла Кэсси. Белый хитон красивыми складками струился по ее ногам, подчеркивая грациозность и хрупкость, длинные волосы были заплетены в две косы и перевиты жемчужными нитями. В этот момент невозможно было поверить, что перед нами девчонка-сорванец, моя младшая непутевая сестричка. Сейчас она была величественной и безумно красивой!
Вокруг нее стояли на коленях студенты, представлявшие сейчас первых на свете людей, на которых вот-вот снизойдут стихийные дары Владычицы. Кэсси подняла правую руку и произнесла торжественно (голос ее, усиленный магией, разлетался в самые дальние уголки зала):
— Да будет так! Дарую вам силу повелевать стихиями! Да усмирятся под вашей рукой волны, стихнут бури, огонь вернется в недра и перестанет содрогаться земля! Пусть магия наполнит ваши души светом, а сердца — любовью ко всему сущему!
Маги протянули к ней руки. Кэсси развернула свиток, который до этого держала в левой руке и принялась, покачиваясь, читать:
— Хенве флин даффи двинло алви ди…
Запульсировали браслеты на руках магов, и в воздухе поплыли иллюзии. Я понимала, что это всего лишь эффектные заклятья, которые часто использовались на спектаклях и балах, но по спине поползли мурашки. Словно это не было игрой, словно все происходило на самом деле. По залу пробежал шепот восхищения. Свиток в руках Кэсси засиял, и от него в зрительный зал стал разливаться ослепительный магический поток. Вернее, не к зрителям, а… к помосту, где восседал Владыка.
Что произошло дальше, я понять не успела. В какой-то момент