Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Чуть ранее Райкер вызвался первым сделать предложение. Это было несложно: он не сомневался в своём решении и хотел как можно скорее увидеть Бринли. Его пальцы чуть подрагивали. Ему не терпелось сорвать эту маску с её лица.

Он мечтал увидеть её, коснуться её, поцеловать её.

Казалось, речь канцлерши тянулась часами, хотя, скорее всего, прошло лишь несколько минут.

За всё это время Райкер ни разу не отвёл взгляд. Ни когда канцлер Роуз объявила, что пришло время для первого предложения. Ни когда толпа расступилась к стенам, оставив в центре бального зала только пары. Ни когда вокруг погас свет, сфокусировав всё внимание, в том числе камер, которые наверняка запечатлевали этот судьбоносный момент, только на них.

Он был готов к этому.

Райкер сделал ещё шаг, сократив оставшееся расстояние между ним и его вампиршей. В бальном зале воцарилась тишина, сотни глаз были устремлены на них. Его это не смущало. Для него существовала только Бринли.

Никто больше, даже канцлерша, его не волновал.

Удерживая взгляд Бринли, Райкер взял её за руку. Она шумно выдохнула от этого соприкосновения. Всё было прямо как в первый раз, когда они ужинали вместе. Искры снова пробежали по его телу, и она сжала его пальцы в ответ.

Он снова поразился нежности её кожи. Длинные, тонкие пальцы Бринли идеально помещались в его ладони. Он медленно выводил круги на тыльной стороне её ладони, притягивая девушку ближе к себе.

Когда их уже разделяли считанные сантиметры, уголок его губ приподнялся.

— Ты такая красивая.

Его приглушённые слова предназначались только ей одной.

Её алые губы приоткрылись, снова позволив увидеть клыки. Бринли зарделась, на её щеках появился пыльно-розовый оттенок, лишь подчеркнувший её красоту.

Он будет рад смущать её так каждый день.

— Спасибо, Райкер, — пробормотала она. — Ты тоже ничего так.

То, как двигаются её губы, когда произносят его имя, навсегда запечатлеется в его сердце и памяти. Он хотел, чтобы она повторяла его имя снова и снова, тысячу раз. А он будет наслаждаться каждой секундой.

Он провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони.

— Готова, милая?

Она сделала глубокий вдох и наклонила голову.

— Я как будто годами ждала этого момента.

В каком-то смысле он тоже. Соглашаясь на участие в отборе, Райкер и подумать не мог, что в итоге испытает такие эмоции. Всё казалось правильным. Совершенно идеальным.

Всё его тело было в напряжении, когда Бринли чуть отстранилась. Он отпустил её руку, внимательно наблюдая за её плавными движениями, пока она тянулась к лентам, удерживающим маску.

Дыхание перехватило, взгляд был прикован к её пальцам. Бринли потянула за шёлковый хвостик ленты, и узел развязался. Маска осенним листом упала на пол.

Бринли была завораживающе прекрасна. Её необычайная красота откликалась в глубине его души. Её широко распахнутые глаза смотрели прямо в его. Острые скулы, пухлые алые губы. Она воплощала в себе всё, о чём он только мог мечтать, и в то же время ни одна его фантазия не была сравнима с нею.

Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы не сжать её в объятьях здесь и сейчас.

Удерживая её взгляд, он поднял руки и нащупал ленты собственной маски. Развязал их и позволил маске упасть.

Опустил руки. Его сердце бешено колотилось, пока её взгляд скользил по её лицу. Он бы всё сейчас отдал за способность читать мысли. Он отчаянно хотел знать, что происходит сейчас в её голове.

Прошла, казалось, целая вечность, как вдруг Бринли вновь шагнула к нему. Она подняла руку, её пальцы скользнули по его щеке.

— Ты настоящий, — прошептала она так, словно не верила своим глазам. — Это происходит на самом деле.

Он прекрасно её понимал. Это всё было похоже на сон.

За прошедшие шесть недель он научился понимать её по малейшему изменению голоса и дыхания. Он мог узнать её смех из тысячи. Они делились самыми сокровенными тайнами, могли говорить обо всём и ни о чём, играть часами в шахматы. И теперь, наконец, он увидел её воочию.

Реальность превзошла любые ожидания.

Увидеть Бринли впервые было подобно тому, как прожить всю жизнь во тьме и впервые выйти на солнце. Связь между ними была глубокой, сильной, затмевающей всё остальное, а главное — правильной.

— Я настоящий. — Поймав её ладонь, он поднёс её пальцы к губам и мазнул лёгким, как пёрышко, поцелуем по её костяшкам. — И ты тоже.

Бринли резко втянула воздух, крылья распростёрлись за её спиной. В толпе зашептались, но Райкер не мог разобрать ни слова — слишком громко колотилось его сердце о рёбра.

Переплетя их пальцы, Райкер опустился на одно колено. Пол был холодным, но едва ли это могло ему помешать.

Только он открыл рот, как Бринли облизнула нижнюю губу.

Райкер потянулся свободной рукой к карману, где лежала заранее приготовленная маленькая чёрная бархатная коробочка. Он медленно извлёк её, растягивая момент.

Бальный зал погрузился в тишину. Было так тихо, что даже все ахи и вздохи стали в сто раз слышнее. Нервы напоминали крошечных бабочек, пляшущих в его животе. Бусины пота проступили на его лбу.

Райкер заранее репетировал речь, но теперь сомневался в каждом слове. Что, если она откажет? Вдруг он выставит себя на посмешище?

Лёгкие сдавило. На секунду ему даже показалось, что он может упасть в обморок. Чёрные пятна мелькали перед глазами, дышать удавалось с трудом. Прямо сейчас он не был капитаном армии или могущественным фейри воды. Он был обычным мужчиной, питающим надежду, что его возлюбленная ответит согласием на его предложение руки и сердца.

Бринли сжала его ладонь. Уголки её губ приподнялись. Она как будто пыталась ему сказать: «Всё хорошо. Я рядом, тебе не о чем переживать».

И все сомнения тут же испарились. Бабочки обрели новый дом, где-то далеко от него.

Райкер продолжал держать Бринли за руку и смотреть прямо в её чёрные глаза.

— Милая, общение с тобой на протяжении прошедших шести недель стало для меня величайшей честью. — Его голос звучал ровно и уверенно. — Входя в Зал Выбора, я рассчитывал найти себе жену. Я надеялся, что она будет умной, бесстрашной, преданной и сможет полюбить такого, как я.

Он поцеловал тыльную сторону её ладони.

— Я мечтал встретить именно такую, как ты.

Кто-то в толпе взволнованно ахнул.

Кто-то ещё шепнул:

— Ах, как романтично.

Райкер перестал обращать на них внимания и сосредоточился лишь на вампирше, стоящей перед ним.

— Бринли Элиз де ла Поинт, я люблю тебя.

Фейри воды впервые произнёс эти слова вслух, но уж точно