Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

— Ты как луна, озарившая своим бриллиантовым светом мою жизнь, — продолжил Райкер, понизив голос. — До встречи с тобой я жил во тьме и даже не осознавал этого. Ты дополняешь меня. Я просыпаюсь каждый день с мыслью о тебе. И с тобой я открыл для себя много нового.

Взгляд Бринли смягчился. Она ответила шёпотом:

— Я с тобой тоже, Райкер.

— И мне уже не терпится узнать, как сложится наше будущее вместе. — Райкер сжал её ладонь. И хотя следующие слова прозвучали тише, сила, заключённая в них, потрясла всё его существо. — Ты выйдешь за меня?

Бринли сделала резкий вдох. Её пальцы дрогнули.

Он мысленно умолял её: «Пожалуйста, скажи да».

Весь мир Райкера крутился вокруг прекрасной вампирши, стоящей перед ним. Каждый вдох, каждый удар сердца, каждая секунда длились вечно, пока он ждал её ответа.

Она приоткрыла губы и прошептала:

— Да.

Райкер выпрямился одним быстрым плавным движением.

— Да?

Его вампирша — его теперь уже невеста — засмеялась. Этот чудесный, уже так хорошо знакомый ему смех согрел его, подобно весеннему солнцу.

— Конечно, я выйду за тебя. — Её улыбка могла озарить даже самую тёмную комнату. — Я ждала этого с нашей первой встречи.

Райкер испытал ни с чем не сравнимый восторг. Он широко улыбнулся, подхватил Бринли и закружил её. Её бордовое платье взметнулось. Она захихикала.

— Она сказала «да»! — выкрикнул он. Ему хотелось, чтобы все это услышали.

Бальный зал наполнили аплодисменты и громкие поздравления. Райкер поставил Бринли обратно на пол. Вспомнив про коробочку, он открыл её. Маленькие ониксы обрамляли бриллиант, кольцо сверкало на свету.

Бринли ахнула. Она потянулась к кольцу, но тут же отдёрнула руку.

— Райкер, это… это слишком.

Она ошибается. Для неё ничего не может быть «слишком». Она создана для него, и скоро она познает на себе всю его любовь. Райкер всегда заботился о своих близких.

Он качнул головой.

— Нет, оно как раз идеально. Как и ты.

Бринли открыла рот, но не смогла произнести ни слова.

Райкеру было лестно, что он смог лишить её дара речи. Он выбирал это кольцо, думая о ней. Выпустив её левую руку, он спросил:

— Позволишь?

Она медленно кивнула.

— Да, конечно.

Бережно надев кольцо на нужный палец, Райкер залюбовался результатом.

— Ну как, нравится?

Она взглянула на него сияющими от счастья глазами. И он почувствовал себя самым лучшим мужчиной на свете.

— Оно великолепно.

Глядя на неё, Райкер позабыл, что вокруг них множество любопытных глаз. Она смотрела на него так, будто вокруг него вращается весь мир и только он имеет для неё значение.

Он чувствовал то же самое.

Переплетя их пальцы, он притянул Бринли ближе к себе и склонил голову. Его рука обняла её за талию, устроившись между крыльев.

Бринли затаила дыхание, когда его губы коснулись раковины её ушка.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

Она вздрогнула в его объятьях, и он, не удержавшись, поцеловал её в щёку. По её коже побежали мурашки, что его несказанно обрадовало. Он хотел поцеловать её ещё, но решил подождать, пока они не останутся одни.

И как бы он ни хотел прокричать на весь мир о начале их отношений, всё же первый поцелуй и всё, что последует за ним, должно остаться только между ними.

Скорей бы.

22. Единственная альтернатива — смерть

Эмоции переполняли Бринли и грозили вылиться. Всё шло хорошо, пока их с Райкером взгляды не встретились. Потому что в эту секунду её затянуло в вихрь чувств. Как бы ни старалась Бринли подавить их в себе, они всё равно вылезали на поверхность.

После того, как Райкер сделал ей предложение, ещё семь пар обручились. Это рекордное количество для отбора, поэтому в зале царила атмосфера счастья. Канцлер Роуз вышла на сцену и несколько минут лила воду о том, как она довольна исходом двухсотого отбора. По её словам, это хороший знак, сулящий процветание и прочие блага Республике Равновесия.

Бринли же не была в этом так уверена. Она обратила внимание на охранников, выстроившихся стеной позади канцлера. Их присутствие служило напоминанием обо всех волнениях, творящихся снаружи. Хотя, похоже, так было только для неё. Возможно, Бринли ошибается, и худшее уже позади.

Струнный оркестр перехватил инициативу, не дав Бринли слишком глубоко погрузиться в свои мысли. Заиграла лиричная музыка, удивительно прекрасная.

Райкер развернулся к Бринли. Ослепительная улыбка озаряла лицо фейри воды.

Совесть вонзила когти в сердце Бринли.

Райкер был счастлив, а она чувствовала себя ужасно за то, что так использует его. Он ведь даже не догадывается о её истинных намерениях. С чего бы? В его картине мира она выходит за него замуж по любви, или хотя бы испытывая симпатию, которая может перерасти в любовь.

Тогда как на самом деле она лишь играет в любовь.

— Потанцуем?

Райкер поклонился на старинный манер и протянул ей руку. Прядь волос — каштановая, лишь немногим темнее его шоколадных глаз, — упала на его лицо, но он даже не попытался её убрать.

Бринли смотрела на его приглашающе протянутую ладонь. Ей не стоило танцевать с этим красивым фейри. Это плохая идея. От одного только предложения в ней вспыхнуло очередное назойливое чувство, которое она отказывалась признавать, а потому тоже заглушила в себе.

Но было бы грубо просто проигнорировать Райкера… верно?

Все остальные парочки уже танцевали вокруг них. Накачанный дракон-перевёртыш Териан кружил Хейли. Её крылышки трепетали, и она засмеялась, когда он поднял её в воздух. Они очень хорошо смотрелись вместе: крупный дракон и миниатюрная эльфийка.

Менее счастливой выглядела парочка рядом с ними. Предпоследним предложение сделал фейри Эдвард Валентине. Бринли не знала, какой стихией он обладает, но судя по тому, что фейри огня приняла его руку и сердце, он должен быть очень сильным. Бринли нужно быть осторожной рядом с ними. Тот, кто решил связаться с Валентиной, должен быть либо святым, либо таким же чудовищем, как она.

Райкер же терпеливо продолжал ждать, когда Бринли согласится потанцевать.

Несколько долгих секунд она смотрела на его ладонь, пока внутри неё шла борьба. Она уже была готова отказаться, но вдруг почувствовала на себе тяжёлый взгляд. Вскинув голову, она увидела знакомые чёрные глаза.

Бринли сглотнула при виде своего творца.

Платье Джелизетт было в том же стиле, что и у её подопечной, только тёмно-синим, почти чёрным. Маска скрывала половину её лица, но Бринли всё равно мгновенно её