Обжигающий Север. Связанные рунами - Айлин Лин

***

Ледяная пустошь вновь оделась белым покрывалом, только в этот раз это были подснежники, росшие так густо, что и клочка земли под ними не разглядеть.

- Красота какая! – я соскочила с медленно ехавшей, гружёной телеги, присела, проведя рукой по трепещущим на ветру бутончикам.

- Какой шутник назвал это место Ледяной пустошью, - Дин смотрел на ковёр цветов и травы.

В Тримхольде ещё кое-где лежал снег, а тут… будто весна поторопилась и заглянула сюда чуть пораньше.

- До того, как Криста перебила людоедов, в этих краях было значительно холодней, - хохотнул Рагнар.

- Ух ты! Расскажешь? – потряс меня Дин за плечо, соскочив с повозки.

- Не так всё было, они под лавину попали, - отмахнулась я от никогда не замолкающего компаньона.

- Похвальная скромность, - кивнул тот, ничуть мне не поверив, - правильно, такие истории надо ночью рассказывать, когда ветер воет над крышами.

- А ты будешь запугивать меня своими мороками, - каждый наш с Рагнаром рассказ был причиной для Дина превратить всё в целое театральное представление, надо признаться, очень даже впечатляющее.

- Это иллюзии высочайшего класса, - хотел было обидеться Дин, но тут же забыл об этом, - сюда ты собралась перебраться? Одобряю! Тепло, привольно, земли много.

- Дом сначала построить надо, - проворчал Рагнар.

- Ха! За ваши деньги все деревенские к вам в батраки пойдут, у них работы ещё немного, в лесу должно быть холодней, снег до сих пор лежит.

Меня удивляла проницательность Дина, граничащая с ясновиденьем. Может, не обо всех доступных ему рунах поведал, с него станется.

Рагнар только покачал головой, как ни странно, но брату по душе пришёлся непоседливый проныра-эриль. Кажется, Дин способен был разговорить даже пень и расположить к себе.

Под сводом леса похолодало, я поплотнее закуталась в плащ.

- Скоро будем дома, - удовлетворённо заметил брат.

- Соскучилась по нашей деревушке, - тихо ответила ему, - ещё не терпится избавиться от этого шарфа.

Дин ещё не видел моего лица, и мне не хотелось его открывать, так и ехала всю дорогу, закутанная по самые брови.

- Криста, - мужчина тронул меня за плечо, - сними его. Я догадываюсь, что ты прячешь лицо не потому, что ослепительно красива и боишься толп поклонников. А ещё твои ожоги видно из-под рукавов.

Инстинктивно спрятала руки под плащ, а потом, успокоившись, кивнула. Надоели подозрительные взгляды по дороге от каждого встречного, я даже пряталась за нашим скарбом, чтобы меня вообще не видно было.

Немного волнуясь, скинула капюшон и сняла шарф. Дин смотрел на меня спокойно, даже взгляд не переменился: ни удивления, ни страха.

- Ты красивая, - сказал он, - только не обижайся, я не пытаюсь тебе льстить, - вскинул мужчина руки, заметив мой возмущённый взгляд, - глаза такие выразительные, серые, как у меня, губы чувственные, прекрасно очерченные скулы. Клянусь, даже ожоги тебя не портят.

- Я давно ей это говорю, - внезапно согласился с Дином Рагнар.

Расслабившись, сжала руку эриля, его поддержка была кстати, как и брата.

- В городах много злых людей, там и обычного человека так грязью польют, туши свет, - продолжил Дин, - понимаю, почему ты переживала. Правильно, что выбрала для жизни маленькую деревушку. Вы ведь не местные?

- Как догадался? – немного ворчливо спросил Рагнар.

Дин расхохотался:

- Мы хоть и далеко от Нордгарда, только слухи о хирдмане конунга, любимце Бьорнмира, Рагнаре, ходят и у нас.

Великан молча кивнул, интересно, это про какие такие подвиги судачат в Тримхольде, надо бы разузнать у Дина.

Телега подскочила на кочке, я подняла голову и увидела первые домишки Штабедорфа, забыв об остальном. Снег стаял, и деревенька под вечер была слегка окутана туманом, как в сказке. В серых прозрачных сумерках за кисеей редкого тумана проступали светящиеся окна и крыши домишек. Над трубами курился дымок, пахло готовящимся ужином и свежим хлебом. Где-то вдалеке разбрехалась собака, выскочив на улицу.

- Мы дома, - вздохнула я, - надо же, и не думала, что так соскучилась.

***

- Криста, соберись, - ворчал Дин, подвизавшийся в роли моего наставника по рунам. Он хоть и недоучка, но знал гораздо больше, чем я.

Из окна пахло луговым разнотравьем, шелестели за окном листочки плодовых деревьев, которые Дин привёз мне из Тримхольда. Вечерний ветерок трепал волосы, гладил по макушке. Так и хочется посидеть на веранде с чашечкой чая, а не ломать голову над рунами.

Вздохнув, приступила к своему занятию дальше. Задать переменную времени было тяжелее всего. Магическим знакам неведомо понятие час, минута или день. Приходилось продумывать формулы в стиле: «Пока солнце не взойдёт трижды».

- Руны у меня и раньше держались неплохо, - бурчала я.

- Лишь на твоей силе, - усмехнулся Дин, - и то не дольше половины ночи или дня. Знакам недостаточно одного импульса, если ты не поддерживаешь его постоянно, и сила твоя не расходуется впустую, а распределяется на заданный срок.

- Да я понимаю, только голова к вечеру не соображает, - пожаловалась Дину.

- Ну и бросай всё, - тут же поддержал меня учитель, - айда прогуляемся, заодно и Рагнара встретим.

Вышла на крыльцо, в который раз, с удовольствием полюбовавшись новым домом. Идеей переезда Дин загорелся больше, чем я сама, а в организаторском таланте ему не откажешь. Всё же здорово, что у нас с братом появился такой толковый помощник.

Эриль и Рагнар закупили лес для постройки, и, как только позволила погода, приступили к возведению жилища с помощью деревенских мужиков. Мы решили не возводить постройку далеко в пустоши, дом стоял недалеко от опушки. Так удобней. Быстрее добираться до Штабедорфа, к тому же грибы и ягоды, а также дичь водятся только в лесу.

Рагнар сам скрупулёзно составил план дома, даже не знала, что он на такое способен. Деревянный сруб покоился на массивном каменном основании, под домом был большой подвал, где хранился заготовленный уголь и продукты. В углу нашего подземелья я попросила сделать ледник, Дин хотел создать его с помощью рун, но мы отказались от этой идеи. Стоит нам уехать, действие знаков ослабнет, и все продукты испортятся. Сделали по привычной схеме: в горах вырубили куски льда, выкопали внушительную яму, стены её обложили ледовыми кирпичами, затем толстый слой соломы, а сверху –