Трансильвания - Оксана Пелевина
Больше не теряя времени, Каталина направилась к двери, подталкивая Ирвинга вперед. Выглянув в коридор, девушка убедилась, что он пуст. Барона видно не было. И тогда Каталина и Ирвинг покинули гостиницу, отправившись к дому через улицу.
Найти нужное здание не составляло труда. Дом располагался совсем близко, стоило лишь перейти дорогу. Добравшись до заветного крыльца, Ирвинг покрутил головой по сторонам.
– С виду ничем не примечательное местечко. Этот дом выглядит так же, как и все остальные дома на этой улице. Интересно, чем же он так привлек внимание Ренаты?
– Пока не поговорим с хозяевами, так и не узнаем, – ответила Каталина.
Юноша кивнул и бодро затарабанил в дверь. Но спустя пару минут стало ясно, что путникам никто не откроет. В очередной раз дернув на себя ручку, Ирвинг обреченно вздохнул:
– Заперто. Ну, как же так?!
– Мы можем подождать до вечера и прийти снова, – предложила Каталина. – Видимо те, кто здесь живет, сейчас на работе.
Подойдя к одному из окон, Ирвинг привстал на носочки и попытался заглянуть в дом.
– Темно. Да и окно пыльное, словно давно не чистилось.
– Пойдем отсюда. Мы выглядим подозрительно, – настороженно произнесла девушка. – Как бы про нас не подумали дурного.
В этот момент скрипнула дверь. Но то была дверь соседнего дома, чье крыльцо располагалось неподалеку. Спустя еще несколько мгновений из дома вышла немолодая смуглая женщина в ярком платке. Взгляд ее темных недоверчивых глаз быстро отыскал нарушителей тишины.
– Bate pentru nimic[5], – заговорила она по-румынски, – Nimeni nu locuieste aici[6]. Nimeni nu locuieste aici.
– Извините, я плохо понимаю по-румынски. Вы говорите на венгерском? – спросила Каталина.
– У этого дома нет хозяев, – уже по-венгерски произнесла женщина.
– Нет хозяев? Значит, он пустует. Давно? – уточнила Каталина.
– Несколько лет.
– Несколько лет? Хм, странно… Вы точно уверены, что здесь не бывает людей?
Вопрос незнакомки всерьез насторожил женщину.
– Бывают… – тихо ответила она и, попятившись, переступила порог своего дома.
– Подождите, не уходите, – стараясь задержать собеседницу, девушка шагнула в ее сторону.
Женщина замерла, с тревогой ожидая того, что последует после. Ее глаза пристально следили за незнакомцами. Каталина растерялась.
– Она боится нас… Но почему? – шепнула она Ирвингу.
– Она не уверена, что мы люди, – догадался юноша.
– Что?! Как это?
– Смотри. Спряталась за порогом, – одними глазами указал Ирвинг. – Понимает, что если мы вампиры, то не сможем без приглашения зайти к ней в дом.
«Тогда нужно ее успокоить», – решила Каталина.
Подняв раскрытые ладони на уровне груди, девушка попыталась объяснить, что они с Ирвингом не представляют угрозы.
– Мы живем в гостинице напротив. Вон там, – Каталина пальцем указала на дом через дорогу. – И не хотели вас тревожить. И тем более пугать. Поверьте, мы не причиним вам зла. Мы лишь хотели задать вопросы о доме, рядом с которым вы живете. Так уж вышло, что одна наша знакомая проявляла к нему интерес…
– Рената? – вдруг спросила удивленная румынка.
– Ах, она знает имя профессора, – воскликнул Ирвинг. – Ну, же расспроси ее, скорее!
– Вы сказали – Рената? – переспросила Каталина. – Да, мы говорили о ней. Рената Лист. Она вам знакома?
Выражение лица незнакомки изменилось, теперь на нем отчетливо читалась глубокая печаль.
– Я говорила с ней лишь однажды, – заговорила женщина. – Она спрашивала об этом доме, как и вы.
– Почему она им интересовалась?
– Потому что в то время в нем обитало зло…
Услышав перевод, Ирвинг настойчиво попросил:
– А можно поподробнее об этом самом зле?
Женщина с тревогой покосилась на пустой дом, будто опасаясь, что их могут подслушать.
– Это я сказала Ренате, то же скажу и вам: бегите отсюда, бегите, пока оно не вернулось. Те, кто проливают кровь, не любят свидетелей.
– Прошу, расскажите, что же происходило в том доме? – настойчивее попросила Каталина. – Чему стала свидетелем Рената?
– Это место долго пустовало. А однажды вдруг ожило. Приехали люди – много людей. Все разодетые не по-здешнему. Они говорили на разных языках. Вечерами они зазывали к себе гостей. Наш городок маленький – никогда не видел таких пиршеств, что устраивали эти господа. И многие с удовольствием сами шли к ним. Ночами из дома доносился звон бокалов, дикий смех… А после все затмевали крики. И те, кто однажды входил в эти двери, уже не возвращались обратно. Рената видела это в окно своего номера. Так она сказала…
– Как же спасалась ваша семья? Вы ведь живете по соседству, – удивилась Каталина.
– Это были худшие ночи в нашей жизни. После заката мы не показывались на улице. Закрывали двери, гасили свечи. И молились, чтобы зло не переступило порог и нашего дома.
– Что было потом?
– Они исчезли так же внезапно, как и появились. Уехали на следующий день после того, как Рената покинула город по моему совету. Большего я не знаю.
Не прощаясь, незнакомка потянула на себя дверь и закрылась в доме, давая понять, что этот разговор окончен. Отойдя от ее крыльца, Каталина взглянула на задумчивого Ирвинга и поинтересовалась:
– Что ты об этом думаешь?
– Все понятно. Рената наблюдала за птицами из окна своего номера. И, услышав ночные крики, начала следить за домом напротив. Она записывала, сколько людей каждую ночь входило в те двери. И, видимо, вела счет трупам. В дневнике нет записей об этом. Но есть одна странность. Понятно, что из Бистрицы она уехала внезапно, не планируя этого заранее. Думаю, она спасалась от кого-то. Из некоторых записей понятно, что ее кто-то преследовал. Тот, кого она узнала, вероятно, именно здесь. Ее пытались заставить замолчать. И ей пришлось бежать, пытаясь найти помощь. И, кажется, кто-то согласился ей помочь.
– Кто?
– В ее записях встречается имя – М. Коста. Думаю, если отыщем этого человека, сможем узнать больше.
– Куда Рената отправилась после Бистрицы? – спросила Каталина.
– Судя по карте, в Брашов, это тоже в Трансильвании, – пояснил Ирвинг.
– Мы продолжаем идти по ее следам?
– Другого пути я пока не вижу, – пожал плечами Ирвинг и хитро взглянул на свою спутницу. – Ты спросила «мы», это значит, что вы не собираетесь