Соответствие - Ариэль Салливан
— У тебя серебряное запястье, — вместо приветствия произнесла я.
Нора издала звенящий смешок.
— Я пара мужчины из элиты, а не иллума.
— Прости, — пробормотала я, вспомнив о манерах.
Нора вздохнула.
— Пожалуйста, не извиняйся. Я бы очень хотела быть для тебя подругой, а не элитой.
— У нас внизу такие не разрешены, — буркнула я.
— А та блондинка, предназначенная Грегори, разве она не твоя подруга?
— Как я уже сказала, у нас внизу друзья не разрешены.
Нора не стала настаивать.
— Что ж, относись ко мне так, как хотела бы, чтобы подруга относилась к тебе, пожалуйста. — Она подошла ближе и продела руку под мою. — Здесь у тебя она есть.
— Кто?
— Подруга, если хочешь, — сказала Нора, уводя меня из вестибюля в следующую комнату.
Две широкие лестницы огибали стены, соединяясь наверху грандиозного зала. Над нами, подвешенные на золотых проводах, громоздились большие светящиеся цилиндры, словно в каком-то опасном трюке на равновесие.
— Я не знала, уместно ли это, — сказала я.
— Уместно, если тебе этого хочется. Теперь у тебя есть выходные. Я свободна еще две луны.
Я перевела взгляд на Нору, которая смотрела на меня.
— Свободна?
— Да, скоро у меня с Уильямом начнется фаза зачатия. Тогда все изменится. — Тон ее был ровным.
— Я бы хотела подругу.
Нора возбужденно сжала мою руку.
— Хорошо. Если ты подыграешь, мой план гораздо проще будет осуществить.
— Какой план? — спросила я в пути по длинному коридору.
— Подружиться с тобой. Это бы в любом случае случилось. Я бы позаботилась об этом. — Она ухмыльнулась и повела меня мимо бесчисленных изумительных пространств.
— Чувствую, твои планы обычно срабатывают.
— Все, кроме одного, — ответила она. — Добро пожаловать в официальную гостиную. К сожалению, Коллин ею никогда не пользуется.
— Почему?
— К некоторым вещам трудно возвращаться, — тихо сказала Нора, ускоряя шаг.
— А как же приемы или балы? Развлечения для друзей? — спросила я.
— Коллин не фанат ни того, ни другого. У него работа. — Мы дошли до конца коридора и остановились у двери. — И Филипп.
— И ты, верно?
Нора улыбнулась, и в этой улыбке вновь сквозила печаль.
— Я всю свою взрослую жизнь провела в контрактах. А до этого готовилась к первому из них. Я обычно провожу время с партнером или потомством, пока мне позволено.
Скорбь Норы просочилась сквозь мои стены. Ее голова была высоко поднята, само воплощение грации элиты, но губы сжаты, глаза грустные. Усталость накрывала ее словно одеяло.
В ее выражении лица сквозила та же боль, что и у матерей из Святилища. Каково это, быть вдали от своего ребенка? Холод пробежал по спине. Скоро я сама это узнаю.
— Ты часто видишь потомство? — спросила я.
— В день посещений вижу их всех, — ответила Нора, останавливаясь у двери.
— Их? У тебя больше одного?
— У меня трое, — сказала Нора, постучав в дверь.
Мысли понеслись вскачь. Ей тридцать два года. У нас потомство появляется каждые пять лет, или шестьдесят пять лун. Короткая фаза ухаживания, переход к зачатию, затем материнство. После мы заботимся о потомстве до Академии. Примерно пять лет на весь процесс. Математика не сходилась.
— Ты родила близнецов?
— Войдите, — раздался голос Коллина.
Нора покачала головой, прежде чем открыть дверь.
Если у Норы трое детей, значит, парой она стала в семнадцать. Меня охватило отвращение. Еще до того, как она покинула Академию. Почему иллумы так с ней поступили? Коллин, полагаю, тоже был тогда в Академии, еще не став иллумом. Я не могла постичь, зачем ему вообще вступать в группу, которая творила такие ужасные вещи с его сестрой. Больше спросить я не успела, Нора замешкалась у двери. Исходивший от меня шок ее не отпугнул.
— Все мы должны выполнять свою роль, Эмелин, — сказала она и ускользнула прочь.
Некоторое время я смотрела ей вслед. Гибкая походка, медовый голос, мягкость, пока другие шептались и осуждали — это была броня, за которой она пряталась. Сердце заныло.
— Добрый вечер, Эмелин. — Мощный голос заполнил коридор, змейкой пробежав по позвоночнику.
— Здравствуй, Коллин, — тихо ответила я, переступая порог.
Сапфировые глаза столкнулись с моим скрытым дефектом, их глубина бурлила, заглушая тревожные мысли. Он встал из-за стола, снова одетый во все черное.
Потолок уходил ввысь. Прямо над нами висела угловатая люстра, состоящая из восьми длинных блестящих копий, соединенных сверху и жестоко торчащих в стороны. Лунный свет струился через стену окон, затмевая копья и освещая огромную комнату. Это свечение высветило стену за его столом из серого мрамора, полки на которой были совершенно пусты.
Он прислонился к столу, расправляя рукава и застегивая манжеты. Свет отражался от золотых пуговиц.
Маленькая черная сфера размером с шарик проецировала в воздух лабиринт туннелей — пути, которые ныряли и извивались, сходясь лишь для того, чтобы разлететься в противоположные стороны.
Он проследил за моим взглядом.
— Внизу.
— Что? — спросила я, выпрямляясь.
— Туннели внизу, — повторил он. Коснувшись сферы, он сдвинул карту, та расфокусировалась, а затем снова прояснилась, и стала видна река, протекающая через Верхний город, а также единственный мост, соединяющий его с Нижним городом. Под мостом светился синий круг.
— Что это за синее пятно? — осторожно спросила я.
— Работа. Выявляю слабые входы для ответного удара.
Сердце подскочило, я была поражена ответом.
Я и не осознавала, что подошла так близко к столу, к Коллину. Споткнувшись, я отпрянула назад и с шумом втянула воздух, но его рука придержала меня, притянув к себе, так что я оказалась между его ног.
Я замерла в его магнитном поле. Он иллум, говорил внутренний голос. Все те гнусные вещи, что я узнала, что видела. Разлука все еще громко звенела в ушах, преследуя каждую мысль.
Но наставления Вайолет были предельно ясны. Будь его партнершей. Будь внимательной. Завоюй его доверие.
Его рука задержалась на моей талии, и сердце мое бешено колотилось. В комнате не было элиты, некому было наблюдать за нами, не перед кем было притворяться.
Мускул на его челюсти дернулся, теплая хватка покинула мой бок, но я не сдвинулась с места. Ничего не могла с собой поделать. Взгляд сам тянулся за его рукой, опустившейся на бедро: кончики пальцев впились в мышцу