Клыки - К. Л. Спир

— Черт, — пробормотал он.

— Я не могу этого сделать, Сэм, — прошептала я сквозь слезы. — Я не могу.

У него перехватило горло, когда он с трудом сглотнул, а затем он снова обнял меня.

— Знаешь, его койка была под моей. И я все еще нахожусь на грани того, чтобы сказать ему кое-что, о чем я подумал, только чтобы увидеть пустоту и вспомнить, что он умер. — Он прерывисто вздохнул. — Я думаю, что он всегда будет первым человеком, о котором я подумаю, когда захочу с кем-нибудь поговорить.

— Я просто хочу, чтобы он вернулся, — всхлипнула я. — Я бы сделала все, чтобы вернуть его.

— Я знаю, — прошептал он. — Я тоже.

В конце концов мы свернулись калачиком на моем матрасе, нас обоих поглотило горе, но впервые за долгое время я не чувствовала себя одинокой.

18

Я растерянно прищурилась от яркого дневного света. Который, черт возьми, был час? Я попыталась повернуться на своем матрасе и, вздрогнув, поняла, что я не одна Я в панике повернулась, сначала проверяя, все ли еще одета, а затем, чтобы посмотреть, кто, черт возьми, был со мной в постели. Мой страх исчез так же быстро, как и появился, когда я увидела Сэма, свернувшегося калачиком позади меня, его рука лежала на моих ребрах, он слегка похрапывал. Мы долго плакали вместе и, по-видимому, уснули. Это была первая ночь на моей памяти, когда мне не приснился кошмар.

Мое сердце переполнилось. Было странно осознавать, что я люблю его. Не в романтическом смысле, но я действительно любила его. Я любила всех в своей команде, но я чувствовала связь с Сэмом так, как не чувствовала с тех пор, как погиб Дюн. Какое-то время я оставалась полулежащей, но мне еще не нужно было вставать, поэтому я снова легла и закрыла глаза. Было приятно чувствовать, как другое тело обвивается вокруг меня.

Всего через пару минут Сэм внезапно проснулся, напугав меня до чертиков. Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Он сидел, его короткие волосы торчали во все стороны, и он смотрел на меня с комичной смесью замешательства, шока и паники. Он взглянул на свое тело и, казалось, расслабился, когда увидел, что все еще полностью одет.

— Это первое, что я тоже сделала, — сказала я хриплым со сна голосом, но безумная улыбка расползлась по моему лицу.

Его глаза сузились.

— Ты заманила меня в свою постель, сирена?

— Я почти уверена, что это твоя вина.

— Ну, ты можешь перестать выглядеть такой чертовски довольной этим, — проворчал он, но его глаза выглядели светлее, чем вчера. Он взглянул в окно, выглядя таким же сбитым с толку дневным светом, как и я. — Который час?

— Понятия не имею. Ты знал, что храпишь?

Он повернулся и свирепо посмотрел на меня.

— Да, Джакс любит жаловаться на это.

— Это было довольно мило. — Теперь я широко улыбнулась, когда он моргнул, его глаза расширились от возмущения. — Как храп маленького ребенка.

— Ты же знаешь, мне не потребуется особых усилий, чтобы задушить тебя этой подушкой.

Я разразилась беззвучным смехом, и он отшил меня, но улыбнулся.

— Извините, что прерываю.

Я подпрыгнула, и Сэм выругался. Ли оперся локтями о пол чердака, ухмыляясь нам.

— Доброе утро, сони, — сказал он.

Я уставилась на него, но Сэм закатил глаза и спросил:

— Который час?

— Только что перевалило за полдень, — совершенно невозмутимо ответил Ли. — Вы двое проспали почти двадцать часов.

Мои глаза расширились от изумления, и я посмотрела на Сэма, чтобы увидеть отражение моего удивления на его лице.

— Я вызвался попробовать поцеловать вас обоих, чтобы разбудить, на случай, если понадобится магия, но все остальные, похоже, подумали, что вы просто устали.

Сэм издал забавный булькающий звук, его губы шевелились, как будто он впервые в жизни потерял дар речи. Я прижала рукав ко рту, пытаясь скрыть улыбку.

— Ты там в порядке, Веснушка? — Ли искоса посмотрел на меня с ухмылкой.

— Веснушка? — Сэм, наконец, казалось, вспомнил, как говорить. — Веснушка!

Пока они горячо спорили о прозвищах, я старалась не задумываться о том, насколько легче мне стало. Было ли нормально для человека вот так метаться между сильными эмоциями? Большинство людей могли переходить от желания умереть к смеху? Или я схожу с ума?

Я вдруг вспомнила, как Леда стояла в лечебнице, сжимала мои руки и говорила, что она здесь, если я захочу поговорить. Я не знала, что на меня нашло, но… Я хотела поговорить с ней. Когда я встала, Ли и Сэм замолчали, удивленно глядя на меня. У меня немного кружилась голова, но я была уверена, что, съев что-нибудь, я это исправлю.

— Куда ты идешь? — спросил Ли.

— Мне нужно кое с кем поговорить, — сказала я, натягивая ботинки.

— С кем? — С любопытством спросил Сэм.

— С Ледой.

Я шагнула к лестнице, но Ли не двинулся с места, уставившись на меня с того места, где он все еще стоял.

— Сначала ты должна выпить бульон, — сказал он, когда я подняла брови.

Я обернулась, и, конечно же, на моем комоде стояла кружка с бульоном. Я тяжело вздохнула, но подошла и выпила все до дна. Он был прохладным, но я не возражала. Когда я закончила, демонстративно помахав пустой кружкой Ли, он, наконец, начал спускаться по лестнице, чтобы я могла уйти.

— Тебе нужна компания? — спросил Сэм.

Я посмотрела на него и распознала вспышку одиночества на его лице, потому что сама почувствовала это.

— Думаю, я сама справлюсь. — Я поморщилась. — Но я вернусь.

Он кивнул, затем, казалось, заставил себя улыбнуться.

— Тогда я, возможно, еще немного посплю без того, чтобы ты перетягивала одеяло.

Я отмахнулась от него, когда начала спускаться по лестнице, и была вознаграждена более искренней улыбкой, появившейся на его лице.

Ли последовал за мной к двери, но я остановилась как вкопанная.

— Одна, — многозначительно повторила я.

Я ожидала, что он будет спорить, но, к моему удивлению, он поднял руки в знак капитуляции и отступил, позволяя мне выйти за дверь одной.

Вольф, Кай и Сэйбл стояли снаружи лечебницы у одной из стен. Вольф держал рулетку, а Сэйбл — лист бумаги. Они все посмотрели на меня, когда я вышла на улицу, и от меня не ускользнуло удивление и облегчение, промелькнувшие на лице моего брата, когда он увидел меня вставшей с постели.

— Привет, —