Клон. Поиски истины - Габриэлла Лопез

— И не принято болеть, — проворчал Албиери. — Правильно. Однако вы все равно болеете. Живые люди...

Он прослушал легкие больного, осмотрел кожу его тела и лица, веки, белки... Ясир светил ему фонариком.

— А что он вчера ел? — спросил ученый.

Ясир пожал плечами.

— То же, что и все. Не знаю... Мы не следим друг за другом. Вообще, по-моему, он так плохо себя чувствовал, что не ел вовсе. Не помню...

— Похоже, у него брюшной тиф, — пробормотал профессор. — Это заразное заболевание.

Ясир снова пожал плечами.

— Все болезни заразные. И мы не можем его ни изолировать, ни бросить.

— Но ведь он не в силах будет завтра идти дальше! — возразил Аугусто. — Даже если придет в себя... Я попробую помочь, но у меня нет средств для длительного лечения этой болезни.

— Значит, он умрет, — равнодушно сказал Ясир. — Пустыня, доктор, убирает слабых. Она их не терпит.

— Но как же так?.. — растерянно прошептал ученый. — Я не понимаю... Разве нет возможности отправить его назад со встречным караваном? Ведь караваны идут в обе стороны...

— Э-э, кто знает, когда он пройдет! — махнул рукой Ясир. — Его можно ждать долго и не дождаться. Так что надежда на это плоха. Все дело случая... У нас тут нет расписания, как в аэропорту. Придет — хорошо, нет... Чаще нет.

— А долго нам еще идти до океана? — спросил профессор.

— Долго. Он не выдержит. У нас всегда далекий путь.

— Так как же?.. — повторил Албиери.

— Да никак! Как получится. Сделай ему укол, если можешь. И дай таблетку. Тебе виднее... Утром посмотрим.

Аугусто попробовал справиться своими средствами и силами. Больной дышал все так же тяжело и часто.

Когда ученый выбрался из палатки, то увидел возле нее темную фигуру тихо плачущего человека.

— Сын Акрама, — безразлично объяснил Ясир и повторил свое: — Пустыня не терпит больных и слабых. Это ее закон, мы тут не властны. Спасибо тебе, доктор. Отдыхай. Утром увидим...

Расстроенный Албиери побрел к себе в палатку. Возле нее его ожидало совершенно неожиданное зрелище: Лео нежно целовал девушку-бедуинку, прощаясь с ней.

Увидев профессора, она тотчас исчезла, растворившись в темноте.

— Сынок... — в замешательстве пробормотал Аугусто. — Как же так, сынок... Зачем тебе эта девушка?.. Что ты надумал?..

Лео точно так же, как Ясир, равнодушно пожал плечами.

— Отец, ты задаешь странные вопросы. Ну что ты, как ребенок? Неужели в своем возрасте ты не знаешь, для чего мужчине нужна женщина?

— Но ведь ты не любишь ее... — прошептал профессор. — Это пустое развлечение на время. Ты просто морочишь ей голову. И потом... Я не знаю, каковы законы у бедуинов. Как бы нам не обошлось любовное приключение слишком дорого...

— Ерунда! — бросил Лео. — У них такие же законы, как у всех остальных. И я не тащил Марьям к себе насильно, она сама пошла. Кроме того, она знает о моей любви к Жади. Я ей рассказал, чтобы была в курсе. Действительно, зачем человеку обольщаться напрасно?

Лео вспомнил, как совсем недавно Марьям, прежде чем отдаться ему, вдруг прошептала:

— Зачем я тебе? Ты же любишь другую...

Лео ничего не ответил. А что отвечать? Глупости все это: выяснения отношений, исследования своей и чужой души, разбор поступков и их мотивов... Лео терпеть не мог таких непродуктивных, на его взгляд, занятий. Жизнь должна быть практичной и рациональной. А это... Как там бьется твое сердце... Кому это нужно?..

— Я боюсь за тебя, — печально признался Албиери.

— А ты не бойся, — буркнул Лео. — Бояться за меня уже поздно.

Он был абсолютно прав.

Деуза не оставляла своих попыток отыскать следы пропавших Лео и Аугусто. Эдна пыталась ей помочь, но толку от нее было мало. Она так упала духом, так отчаялась, так болезненно переживала свою вину перед мужем, казнила себя за глупую ревность, за непонимание человека, живущего рядом с ней, что теперь впала в настоящую депрессию. И Деуза никак не могла изменить ее состояние, как ни старалась. К поиску пропавших подключился и Эдвалду, за что жена была ему очень благодарна.

Правда, пока их старания ничем не увенчались, но Деуза и Эд не оставляли попыток. Зная, что в Рио живет немало марокканцев, портной стал выискивать их среди своих заказчиков или знакомых заказчиков. И однажды ему повезло. Пришла молодая женщина, которая хотела заказать костюм. Приглядевшись к ней, Эдвалду спросил:

— Вы ведь приезжая? И как вам наш город? Вы давно здесь?

— Я уже привыкла к Рио, хотя вначале он казался мне страшным, очень пугал, — улыбнулась незнакомка. — Мы здесь не первый год. Сейчас мне здесь нравится. Хотя... — она слегка вздохнула, — хотя я все равно порой скучаю по дому...

— А он далеко? — осторожно поинтересовался Эд.

— Далеко, — снова вздохнула заказчица. — В Марокко.

Эдвалду возликовал, но постарался этого не выдать.

— Я наслышан об этой стране, — сказал он. — Говорят, она очень красивая...

— Необыкновенная! — отозвалась женщина. — Незабываемая...

— Но там пропадают люди, — добавил Эд.

— Люди? — заказчица пристально глянула на портного. — Каким это образом? Никогда не слышала об этом...

Тут в ателье вошла другая молодая женщина.

— Рания, — обратилась к ней заказчица, — а в Рио, оказывается, уже ходят слухи, что в Марокко пропадают люди... Ты знаешь об этом?

Та, которую назвали Ранней, слегка смутилась.

— Вы лично это слышали? — обратилась она к Эдвалду.

— Я хорошо знаю двух женщин, у которых в Марокко не так давно сгинули без следа сын и муж. И найти их никак не могут.

Рания вздохнула облегченно.

— Ах, сын и муж?.. А мы-то подумали... — и переглянулась с заказчицей.

— Что? — спросил портной.

— Да так, ничего... Ты уже заказала все, что хотела?

И женщина по имени Рания крепко схватила заказчицу за руку и потащила на улицу. Когда они проходили под окном ателье, Эдвалду ясно расслышал обрывок фразы Рании:

— Так волноваться... Жади никто никогда не найдет, даже если...

Женщины прошли мимо.

Дома Эдвалду все подробно пересказал жене.

Шанди приехал домой на взводе.

— Что случилось? — сразу заметила его настроение