Эдера 3 - Мирослав Вячеславович Адамчик

— Да, осталось только затянуть гайки. Страсть — это совсем не то, что любовь, это я знаю по собственному опыту.

— А что такое, по-твоему, страсть? — спросил Андреа Давила, присаживаясь возле орудующего ключами механика.

— Это когда приходишь домой и видишь свою жену в постели с любовником. Достаешь нож и убиваешь их одного за другим.

— Сначала кого — жену или любовника? — поинтересовался Андреа.

— Конечно любовника, — криво усмехнулся механик, — ведь у него тоже может оказаться нож.

И вдруг Андреа понял, что механик рассказывает ему не об абстрактной ситуации, а пересказывает собственную жизнь. И сразу же доброжелательное лицо человека показалось ему ужасным и хищным.

Он несколько брезгливо расплатился за работу и когда Сальвадор занял свое место, резко рванул машину с места.

— Ты что, совсем ошалел?

— Ничего, я спешу к девочкам, успокойся.

Уже опускались сумерки, когда Андреа и его приятель въехали в Римини. Сеньор Маньоли не сразу отыскал нужный адрес, им еще с полчаса пришлось поколесить по узеньким улочкам, пока, наконец, они не завернули в тупик, кончавшийся меловой горой.

— Вот этот дом! — радостно воскликнул Сальвадор, перепрыгивая через закрытую дверцу. — Они, наверное, уже сошли с ума, ведь я им такого наобещал по телефону!

Андреа не спешил выходить вслед за своим другом, он искал, куда бы поставить машину. Кабриолет, конечно, отличная штука, но никогда нет определенности, увидишь ли ты свою машину завтра там, где ее оставил. Любой может забраться в нее.

Когда машина оказалась припаркованной, Андреа посмотрел на Сальвадора, который с растерянным видом возвращался от домика.

— Чего же ты не стучишь?

— Да вот... — сеньор Маньоли держал в руках записку, — они уехали, просят прощения, так и не дождались нас.

— Ну вот, значит, все наши мучения оказались напрасными, — вздохнул Андреа, — и только я решил изменить своей будущей жене, как меня постигло разочарование и, судя по выражению твоего лица, тебя тоже.

— Все можно поправить, — деланно жизнерадостно воскликнул Сальвадор, — Римини — такой город, где я найду пару отличных девочек за пару минут.

— Ищи, — Андреа уселся за руль машины.

Но тупик был как назло пустынным и подкрепить свое обещание действиями Сальвадору не удалось.

— Поехали на побережье, там уж обязательно отыщем то, что нам нужно.

Машина плавно выкатилась на рокаду, идущую вдоль пляжа. Андреа абсолютно безразлично смотрел на хорошеньких девушек, прохаживающихся в купальниках вдоль кромки пляжа, и понимал, что ни одна из них не способна взволновать его. В каждой он находил какой-нибудь изъян, к тому же, обязательно в пользу своей возлюбленной Лауры.

Сальвадор тоже оказался переборчивым. То для него была слишком маленькой грудь, то слишком широкие бедра, то девушка оказывалась суховата, то жилиста. А те, что ему подходили, были уже заняты.

Так, непрерывно обращая внимание друг друга на молодых девиц, Андреа и Сальвадор незаметно для себя добрались до конца рокады. Перед ними высилась стена из побеленных бетонных блоков, а с правой стороны сверкало огнями здание ресторана с претенциозным названием «Звезда».

— Все, дорога кончилась, — сказал Андреа, глуша мотор.

— Поехали назад и присмотрим себе каких-нибудь девочек.

— Нет уж, мы их всех пересмотрели, — твердо сказал Андреа, — и я голоден. Сначала поедим, а потом двинемся на экскурсию.

— В твоих словах, конечно, есть доля правды, но чем ближе к вечеру, тем меньше хороших девочек, а проституток я на дух не переношу. Если женщина любит тебя за деньги, это нельзя назвать даже страстью.

Вышедший из двери вышибала в ярко-малиновом костюме неприязненно посмотрел на приезжих и угрюмо сказал:

— Машины у нас обычно оставляют на заднем дворе ресторана.

Нетрудно было догадаться, что появлению Андреа и Сальвадора здесь не очень-то рады. Скорее всего, здесь была своя постоянная публика и к чужакам относились настороженно.

— Может, поедем отсюда, — предложил Сальвадор, — мне это место не очень-то нравится.

— А мне вполне, — ответил Андреа, ему и в самом деле здесь нравилось куда больше, чем в центре городка.

Отсюда хотя бы не было видно огней рекламы, игорных домов и скалы заслоняли собой высокий параллелепипед отеля «Европа», в котором ему довелось провести далеко не лучшие дни своей жизни. Если бы дорога шла и дальше, то Андреа не задумываясь поехал бы по ней. Но впереди возвышались бетонные глыбы и знак, обозначающий тупик.

— Перегоните машину на стоянку, — Андреа протянул швейцару купюру.

Тот повертел ее в пальцах, как бы раздумывая, брать или нет, а затем принял ключи от кабриолета.

Мужчины зашли внутрь ресторана. Тут же на них пахнуло холодным кондиционированным воздухом. Внутренняя роскошь убранства никак не вязалась со скромным внешним архитектурным обликом. Андреа, как профессионала от архитектуры, это насторожило. Обычно владельцы подобных заведений стремятся придать блестящий внешний вид и меньше заботятся об интерьере, а здесь все было наоборот.

Они уселись за столик и стали ждать, когда же официант принесет меню.

— Тут что, кабаре? — поморщился Сальвадор, глядя на сцену.

К столику подошел официант, которому более под стать был бы револьвер, а не калькулятор в кармане. Он поприветствовал посетителей, положил на стол меню и программу представлений.

— Сеньоры останутся у нас на вечер или только поужинают?

— Сейчас мы это решим,— сказал Сальвадор и развернул программу представления, передав меню своему приятелю.

Чувствуя страшный голод, Андреа заказал вдвое больше, чем мог съесть, и начисто забыл о том, что вдобавок к ужину им предлагают и концертную программу.

— Давай попытаем счастья вечером, — сказал Сальвадор, складывая программу,— я думаю, наши девочки вернутся, и нам даже не придется снимать отель.

— Давай, — безучастно кивнул Андреа, в тайне надеясь, что девицы загуляют до завтрашнего утра.

Узнав, что посетители остаются на вечер, официант принес им только часть заказанного и сказал, что горячие блюда подаются только во время перерывов между номерами.

Постепенно зал ресторана наполнялся публикой и если бы Андреа был более внимателен, то он бы заметил, что посетители «Звезды» сильно отличаются от посетителей других ресторанов Римини. Многие из них казались сделанными на одно лицо: коротко стриженные, в обязательных дорогих костюмах и на удивление немногословные.

Уже перестали сновать между столами официанты, уже гас свет, когда Андреа поднялся из-за стола и двинулся к выходу.

— Куда ты? — окликнул его Сальвадор.

—