Плохиш и красотка - Фэя Моран

Я уставился на нее, тяжело дыша.

— Ты буквально целуешь меня и требуешь не двигаться. Это уже тянет на международное преступление.

— И все же ты послушаешься меня.

О да.

Черт бы ее побрал, она всегда становилась невыносимо права именно в те моменты, когда мне особенно сильно хотелось ей подчиняться.

Я выдохнул и замер.

— Вот так, — тихо сказала она.

Потом снова поцеловала.

На этот раз медленнее. Словно наслаждалась тем, как я вынужден принимать ее инициативу. Ее правила. А еще ее руку у меня на затылке, которая не давала забыть, кто из нас сейчас сверху во всех смыслах.

Когда она отстранилась, у меня уже горела кожа.

— Скажи, чего ты хочешь, — велела Тиган.

Я открыл глаза и посмотрел на нее.

— Хочу, чтобы ты трахнула меня.

Ее пальцы скользнули к моему ремню, но почти сразу остановились.

Я прикрыл глаза и тихо выругался.

— Боже, Тиган, ты ужасна!

— Конкретнее, Дино.

Я открыл глаза и почти заскулил:

— Пожалуйста, делай со мной все, что хочешь.

Тиган посмотрела на меня так, что у меня внутри что-то просто оборвалось.

— Все, что захочу? — переспросила она.

Тут я немного замялся и быстро выдал:

— Ну, почти. Есть только одно единственное правило: в меня ничего не засовывать! Моя задница — священное место, не предназначенное для чужеродных вторжений.

Тиган издала смешок и медленно расстегнула мой ремень. Потом пуговицу. Затем молнию.

И от одного только этого возбуждение стало почти болезненным.

Я громко выдохнул и уронил голову назад.

— Черт.

Она скользнула ладонью по моему бедру, крепко удерживая на месте, когда я инстинктивно попытался податься навстречу.

— Я не разрешала.

У меня перехватило дыхание.

— Да, мэм, — сказал я прежде, чем успел подумать.

Я лежал на кровати, связанный, с расстегнутой рубашкой, с гудящей тяжестью во всем теле, а Тиган залезла на кровать и встала надо мной, в короткой юбочке, позволяя мне видеть все, что у нее находится под ней.

Я сглотнул, мечтая о том, чтобы она села мне на лицо.

— Нравится вид? — спросила она, прекрасно зная ответ.

— Ты издеваешься…

Тиган вдруг резко опустилась и села сверху, и мир на секунду вспыхнул белым шумом. Ее чудесная попа приземлилась прямо на мой твердеющий член. Этот контакт послал по моим оголенным нервам острую волну блаженства.

— Тебе нравится, когда я сверху? — шепнула она.

— Тиган, если ты еще хоть раз задашь вопрос, на который и так знаешь ответ, я умру оскорбленно и очень возбужденным.

— Скажи, кто здесь главный, — тихо потребовала Тиган.

— Ты, — выдохнул я. — Господи, точно ты.

Она слезла с меня, отстранилась и сняла с себя одежду. Я дернул головой, пытаясь убрать со лба прядь волос, которая лезла в глаза.

Теперь Тиган стояла в одних кружевных трусиках и лифчике, и поигрывала… хлыстом, от вида которого мое дыхание, могу поклясться, на хрен остановилось!

— Откуда… — начал я.

— Неважно. Не говори, что теперь передумал.

— Передумал? — переспросил я и, не удержавшись, фыркнул. — Ты серьезно? Я полжизни мечтал, чтобы ты меня связала, отхлестала и трахнула. Так что поскорее используй меня. Я весь твой.

Она усмехнулась и щелкнула хлыстом по моему бедру. Удар был легким, но по коже тут же разбежались мурашки. Я дернулся, и член качнулся между ног, ударившись о живот.

— Вот срань… — застонал я. Мне сносило крышу.

Тиган шагнула ближе, встала между моих разведенных ног, наклонилась и провела кончиком хлыста по моей груди — от ключицы вниз, мимо соска, по животу, до самой линии волос на лобке.

Член дернулся сильнее.

— Черт… Тиган...

Она снова усмехнулась, но на этот раз еще более издевательски. Затем опустилась между моих ног и провела языком по стволу.

Я готов был сдохнуть от этого.

Тиган забралась на кровать, не сводя с меня взгляда, и снова села сверху. Член оказался прижат к ее животу, пульсируя в такт сердцу.

Я застонал навзрыд — от желания, от неудовлетворенности, от того, как она медлила.

— Тиган… прошу…

Она шлепнула меня хлыстом по бедру, и я дернулся.

Боже, это было самое охрененно приятное, что я испытывал