Боярский сын. Воин. Часть 3 - Алексей Владимирович Калинин
Из коридора к нам поспешил пухлый служка в расшитой серебром ливрее. В руках он бережно, словно императорские регалии, сжимал две коробочки, обитые черным бархатом. Добежав до нас, мужичок отвесил глубокий поклон, едва не клюнув носом пол.
— Госпожа Преображенская, господин Ярославский! — пропыхтел он, протягивая нам бархатные футляры. Крышки откинулись с тихим щелчком. — Будьте так любезны… Наденьте это, пожалуйста.
Я прищурился, глядя на содержимое коробочек. Внутри на атласных подушечках лежали два странных артефакта, напоминающих защитные очки лыжников или байкерские «консервы», только выполненные более изящно. Оправа из матового металла, плотные кожаные наглазники, чтобы свет не проникал сбоку, и толстые цветные линзы.
— Это ещё зачем? — Ефросинья покосилась на подношение, не спеша убирать руку с эфеса своего меча. — Какая-то безвкусица…Сейчас такое модницы уже не носят. Зачем нам это нужно?
— Для того, чтобы вы могли пройти испытание, ваша светлость, — вежливо, но твёрдо пояснил служка. — Таковы административные условия второго этапа.
— Ну и что это за ерунда? — я тоже не горел желанием пялить на нос сомнительную оптику, которая напрочь режет периферийный обзор. В бою слепые зоны могут помочь попасть в могилу. — Что это вообще такое по своей сути? Очередная пакость от устроителей?
— Это необходимые ограничения, которые ввели иерархи, чтобы позволить вам пройти Суд Неба, — невозмутимо ответил служитель.
— Глупости какие-то, — буркнул я. — Всю жизнь на своих двоих и со своими глазами испытания проходили, а тут нате вам, окуляры притащили.
— Увы, господин Ярославский, но такова воля Императора, — служка чуть склонил голову. — Без этих артефактов испытание не начнётся, а ваш отказ будет засчитан как признание вины.
Я поднял взгляд и посмотрел сквозь мерцающую плёнку купола в сторону Императорской ложи. Иван Вячеславович сидел на троне, подперев кулаком подбородок, и внимательно наблюдал за нашей заминкой. Поймав мой взгляд, государь неторопливо кивнул. Мол, надевай, боярич, не ломай комедию, всё согласовано на высшем уровне.
Неподалёку от него Фрол Долгополый что-то шептал на ухо бледному Романову, явно недовольный тем, что мы вообще вышли из прошлого испытания живыми. А может быть прознал про штурм своего поместья? Всё может быть…
Ладно, всё это узнается позже, а сейчас… Раз император настаивает, то придётся подчиниться.
Ефросинья вздохнула и первой потянулась к левой коробочке. Там лежали очки с гламурными розовыми линзами. Я же забрал правый экземпляр и мне достались стёкла насыщенного кроваво-красного цвета.
— Как раз в девичий цвет, — хмыкнула княжна и повертела в пальцах артефакт. — Буду смотреть на этот жестокий мир сквозь розовые очки. Всегда мечтала о таком.
— Ну да, — ухмыльнулся я, пристраивая свою обнову на переносицу. — Тебе они, кстати, очень к лицу. Настоящая Стеклянная Стрекоза. В Опасных землях твари от зависти бы удавились.
Только я хотел затянуть ремешок, как служка ловко шагнул нам за спины. Его пальцы оказались на удивление цепкими и быстрыми.
Вжик!
Ремешки натянулись, плотно вжав кожаные ободки в лицо, а затем на затылках щёлкнули миниатюрные замочки. Ух и ловок, стервец! По коже головы пробежал лёгкий разряд, как будто прикоснулись оголённым проводом с минимальным напряжением.
— А это ещё для чего? — недовольно буркнул я, дёрнув головой. Очки сидели как влитые, словно приклеенные к черепу.
— Исключительно для того, чтобы у вас не возникло соблазна снять их в процессе прохождения испытания, — ответил служка, после чего попятился назад и поклонился. — Извините за неудобства, господин Ярославский, но это тоже обязательное условие Ордалии. Желаю вам удачи!
Подхватив пустые коробочки, он припустил к выходу с такой прытью, словно за ним гналась стая Ледяных Гончих. Как будто мы собирались его догонять, чтобы заставить снять очки.
— Ничего себе… Кругом одни сплошные условия да ограничения, — пробормотал я, пробуя поддеть пальцем край оправы.
Бесполезно. Металл намертво сцепился с кожей — тут либо с мясом выдирать, либо тратить кучу времени и живицы на взлом замка. А времени, судя по тому, как загудел воздух вокруг, у нас в запасе не было от слова «совсем». Терять драгоценные секунды на борьбу с собственной экипировкой — верх идиотизма.
Мир вокруг окрасился в тревожные багровые тона, словно я снова вернулся за Рубеж, под кровавое небо Опасных земель. Периферийное зрение и в самом деле ухудшилось. Не очень приятная новость. Я повернул голову к арене.
Там творилось что-то странное. Песок вздыбился, забурлил, и из его глубин с глухим каменным скрежетом начали выползать массивные восьмигранные колонны.
Ефросинья, стоявшая рядом, разминала плечи. Несмотря на дурацкие розовые окуляры на пол-лица, держалась она молодцом.
— Знаете, Елисей Святославович, вся эта подготовка с очками и грядущей ареной напоминает мне вашу недавнюю Командную дуэль в Академии, — неожиданно произнесла она, наблюдая за растущими из песка конструкциями.
Я удивлённо скосил на неё глаза.
— Не знал, что вы любите наблюдать за студенческими Командными дуэлями, госпожа Преображенская.
— Ну, господин Ярославский, вами интересуются не только в Москве, — она лукаво улыбнулась уголками губ. — Ваша слава бежит впереди вас. Мы с отцом за вашими успехами наблюдали ещё из Новосибирска. Записи того боя с Голиафом и ваших тренировок в сети многие пересматривали.
— Вот как? Приятно слышать. Ну, зато теперь у вас появился уникальный шанс не просто смотреть со стороны, а самой поучаствовать в моих безумных авантюрах! — хохотнул я.
Княжна фыркнула и вздёрнула подбородок:
— Это ещё как посмотреть, боярич! Скорее уж это у вас появился шанс поучаствовать в МОИХ авантюрах! — она специально выделила голосом слово «моих», намекая на то, кто именно первым вышел в бальный зал к Императору и бросил перчатку Долгополому.
— Что ж, ваша правда, княжна. Тут один-один, — усмехнулся я.
Девчонка не раскисла после лесных кошмаров, огрызается, шутит… значит, боевой дух в норме. С таким напарником можно и в пекло лезть.
— ДАМЫ И ГОСПОДА! — над Ареной снова раскатился громоподобный голос глашатая. — ВАШЕМУ ВНИМАНИЮ ПРЕДЛАГАЕТСЯ ВТОРОЙ ЭТАП ВЕЛИКОЙ ОРДАЛИИ — ИСПЫТАНИЕ НЕБОМ!
Пока распорядитель нагонял пафос для беснующихся трибун, восьмигранные колонны на арене прекратили расти. По их граням пробежала голубая искра воздушной магии, раздался сухой треск, и от верхушек колонн начали отделяться плоские каменные блины. Сами же колонны пошли вниз. Подхваченные невидимыми потоками ветра, восьмиугольные платформы поплыли вверх и зависли в воздухе в полном беспорядке.
Я быстро оценил габариты этой небесной