Черный прилив - Александр Евгеньевич Сухов
Поначалу я не понял причин столь явной метаморфозы, но, присмотревшись особым зрением и «принюхавшись», обнаружил витающую вокруг структурированную в виде достаточно сложного конструкта магическую энергию. Суть заклинания заключается в значительном смягчении пагубных последствий от воздействия сил природы.
Мне стало интересно, и я тут же решил воспользоваться моментом и наконец-то осмотреть жилища аборигенов.
Зашел в одно из зданий. Оказался на лестничном проеме, здорово напомнивший мне лестничную клетку какой-нибудь типовой советской хрущёвки. Поднялся по каменной, или бетонной лестнице на второй этаж, заглянул в одну из квартир. К моему сожалению, заклинание сохранившее стены и крыши зданий, оказалось бессильным перед деструктивной мощью грызунов, насекомых и плесневых грибков, напрочь уничтоживших практически все предметы быта. К великому моему сожалению, ни книг, ни картин, ни каких-нибудь предметов мебели я здесь не обнаружил. Впрочем, многое из металлической утвари в доме всё-таки сохранилось. М-да, окажись неподалеку пункт приема цветмета, я бы точно обогатился на сдаче медной, бронзовой, латунной, даже серебряной посуды. Удивительно, но все эти кружки, ложки, плошки, здоровенные казаны с кастрюлями и прочая подобная утварь практически не отличались от привычного стандартного кухонного набора среднестатистической семьи обеих моих реальностей. Данное наблюдение позволило мне выдвинуть предположение, что здешними обитателями были обыкновенные люди.
Осмотр еще трех квартир не принес мне никаких дополнительных знаний, кроме, найденной в одной из них отлитой из серебра фигурки какого-то забавного зверька, похожего на лисицу. В тело статуэтки было внедрено магическое заклинание, суть которого для меня оказалась непонятной. Убрал находку в рюкзак, после с этим разберусь. После чего покинул дом.
Выйдя на улицу, обнаружил, что небеса над головой начали постепенно разъясниваться. Сквозь поредевшие тучи время просматривался тусклый лик, по всей видимости, местного ночного светила. Всё это сделало окружающую картину чуть более живой, однако от магического зрения отказываться я не стал. Вот взойдет дневное светило (если, конечно, оно взойдет) вот тогда у меня и появится возможность оценить этот престранный мир обычным взглядом.
Впрочем, чего это я тут начинаю судить, да рядить со своей колокольни. Ничего здесь особо странного, кроме полного отсутствия зеленых насаждений. А так обычный город с довольно широкими улицами, мощенными тщательно обтесанным камнем. Здесь даже специальные канализационные решетки для приема избыточной дождевой влаги предусмотрены. А еще помимо жилых зданий, мой взгляд начал вычленять строения утилитарного назначения: магазины, мастерские и прочее-прочее, без чего город не может существовать.
В одном из таких зданий, я заметил пруты и еще какие-то металлические заготовки. Там же на верстаке увидел практически законченную рогатину копья. Осталось лишь насадить на древко и начать крушить супостата. Пожалуй, это до сих пор наиболее примечательная для меня находка, позволяющая установить уровень технологического развития цивилизации аборигенов, где-то на уровне позднего средневековья.
Единственное, что мне показалось странным в мастерской, полное отсутствие каких-либо кузнечных приспособлений. Если это место работы кузнеца, по моим понятиям, здесь должны быть горн, наковальни, молоты, клещи, тиски и еще куча всякого оборудования. Однако, ничего подобного я не увидел. Получается, местные мастера кузнечного дела пользовались какими-то иными технологиями обработки металлов. Так что, мое предположение о здешнем средневековье вполне может оказаться ошибочным.
Дальше по улице шел, практически не останавливаясь.
На одном из перекрестков, представляющем собой небольшую площадь, я еще издалека заприметил стоящую на постаменте антропоморфную фигуру. Подробностей не разобрать, из-за отсутствия головы и рук. Всё остальное, включая ноги, туловище и шею вполне могли принадлежать человеку. Интересно, куда могли деться недостающие детали скульптуры? У подножия постамента никаких обломков, только брусчатка, как будто тщательно выметенная поутру заботливым дворником.
На самом постаменте, представлявшем из себя цилиндр, высотой полтора метра и диаметром метр были вытесаны барельефные знаки, вполне уцелевшие. Скорее всего, здесь начертано имя героя, в честь которого и воздвигнут этот монумент, но прочитать надписи, по понятным причинам, у меня не было возможности.
Стоит отметить, что дальше подобные рельефные и горельефные символы разной степени сохранности стали мне попадаться на стенах зданий всё чаще и чаще. А вот изображений фигурок аборигенов среди этих знаков не было. Так что внешний облик здешних обитателей до сих пор оставался для меня тайной за семью печатями.
То, что я наконец-то оказался в центре данного поселения, несложно было догадаться из-за наличия довольно широкого пространства, посреди которого возвышалось монументальное здание. То ли дворец, то ли храм, то ли еще что-то, мне пока непонятно.
А вот тут местные архитекторы полностью отыгрались за всю украшательскую убогость виденных мной ранее строений.
По форме здание представляло собой нечто ажурно-куполообразно-ступенчатое с многочисленными башенками по периметру и тонким шпилем наверху. Высота сооружения более сотни, диаметр в основании двести метров. Ступени буквально утыканы отлично сохранившимися статуями. Это были, по большей части, какие-то твари, наподобие горгулий, защищавшие европейские здания в эпоху Средневековья от нечистой силы. Впрочем, фантазия здешних скульпторов в плане видового разнообразия монстров значительно превосходила воображение их земных коллег. Подозреваю, что здешним ваятелям и мозги особо напрягать не приходилось, ибо образцов для копирования шастало вокруг крепости предостаточно.
Помимо диких тварей, сооружение украшали скульптурные и барельефные изображения местных обитателей. Строением тел аборигены были похожи на людей. Впрочем, имелись и отличие в виде пары небольших рожек на головах и заостренных кверху ушей без мочек, значительно превосходящих размерами человеческие. Носы крупные, крючковатые. Глаза небольшие глубоко посаженные, что у мужчин, что и у представительниц противоположного пола. Губы тонкие. Нижняя челюсть острая, заметно выступает вперед. Длинные волосы на голове характерны только для женщин, мужики же были поголовно лысыми с бугристыми черепами. Так что, с точки зрения человеческой эстетики, красавцами представителей этой расы назвать сложно. В остальном же люди как люди, хоть с рогами, но без хвостов. У женщин даже вторичные половые признаки в наличии, да еще какие, многим нашим дамам на зависть. Мужчины, как и полагается представителям сильного пола, были намного выше и массивнее дам. Женщины были заняты сбором каких-то плодов или хлопотами по хозяйству. Мужики, как водится, либо воевали с другими представителями своей расы, либо занимались охотой на монстров. И еще один момент, все положительные, с точки зрения скульпторов, персонажи высечены из белого камня, или отлиты из какого-то светлого сплава, а отрицательные были сплошь черного цвета. То есть своего рода цветовая дифференциация по признакам: свой или чужой, плохой или хороший.
В пределах площади никакой живности не наблюдается. Даже стай вездесущих крылатых рептилий, сопровождавших меня на всем пути от ворот до центра крепости, здесь не было. Тишина и