Время, вперед! - Артём Март

Она подняла голову. Посмотрела на меня. Глаза у нее блестели. Ресницы слиплись. Губы дрожали. Она коснулась пальцами моего шрама. Провела по щеке. Потом по брови. Там, где до сих пор держались нитки швов.

— Я верю тебе, — проговорила она. — Тогда, в прошлый раз, я не знаю, что на меня нашло. Но я верила всегда… Просто испугалась, наверное. Испугалась, что ты… Что ты уже не тот. Что я тебе больше не нужна. Что между нами что-то изменилось.

Я молчал. Смотрел на нее. На ее мокрое лицо. На ее глаза. Она смотрела на меня. Ждала. Я не знал, что сказать. Вернее, знал. Но слова не шли. Я просто держал ее. И чувствовал, как она дрожит.

— Все в порядке, — сказал я наконец. — Все, все хорошо.

«Ведь ты даже не знаешь, что нужна мне больше, — подумалось мне, — чем нужен тебе я. Но когда-нибудь я все тебе расскажу. Когда-нибудь».

Она всхлипнула. Потом улыбнулась. Улыбнулась немного криво и смешно. Сквозь слезы. Потом потянулась ко мне. Поцеловала, и я ответил. Я обнял ее обеими руками. Прижал к себе.

Дождь стучал по нам. По ее зонту, который валялся в стороне. По чемодану. По мокрому асфальту. Мимо шли люди. Кто-то обходил нас. Кто-то смотрел. Я не обращал на них внимания. Она тоже.

Она отстранилась первой. Вытерла лицо ладонью. Потом засмеялась. Тихо. Сдавленно. Посмотрела на меня. В ее глазах еще стояли слезы. Но уже было и что-то другое. Что-то похожее на облегчение.

— Я тебя дождусь, — сказала она. — Слышишь? Дождусь. Ты только вернись.

Я кивнул.

— Вернусь, — сказал я.

Автобус высадил меня у вокзала. Я вышел. Ноги затекли. Боль в боку отозвалась, когда я спрыгнул на асфальт. Я постоял немного, пережидая, когда одеревеневшие мышцы придут в тонус. Потом поднял чемодан и пошел к зданию.

Вокзал был старый. Приземистый. С высокими окнами и лепниной под карнизом.

Внутри горел тусклый свет. Лампы под потолком мигали. Пахло углем и сыростью.

Я прошел через зал ожидания. Людей было мало. Старуха с узлами дремала, сидя на скамейке. Мужик в телогрейке курил у урны. Молодая пара сидела у стены.

Я нашел свободное место в углу. Сел. Поставил чемодан на пол. Прислонился затылком к холодной стене.

До поезда оставалось два часа. Я закрыл глаза. Подумал о Наташе. О ее мокром лице. О том, как она прижалась ко мне. О том, как сказала, что дождется. И я ей верил.

Я открыл глаза. Посмотрел по сторонам. В зале ничего не изменилось. Старуха спала. Мужик курил. Пара сидела. Я перевел взгляд на платформу. За стеклом темнота. Фонари горят тускло. Рельсы блестят от дождя.

И тут я увидел человека. Он стоял у колонны. Не двигался. Смотрел на вход. Потом переводил взгляд на платформу. Потом снова на вход. Я напрягся. Стал наблюдать.

Человек был высокий. Худой. Стоял слишком прямо. Я сразу узнал военную выправку. Плечи развернуты. Спина ровная. Руки вдоль тела. Он не сутулился. Не переминался с ноги на ногу. Просто стоял. Ждал.

Казалось бы. Ну, военный, ну и что? Стоит ли этому удивляться.

Но чуйка моя затрепыхалась где-то глубоко-глубоко внутри. Затрепыхалась так, будто что-то было неладно.

Одет незнакомец был не по погоде. Легкое пальто. Без шапки. На улице холод. Дождь. Ветер. А он стоял в одном пальто. И не мерз. Или делал вид, что не мерз. Я присмотрелся. Пальто серое. Длинное. На ногах ботинки. Начищенные. Не по погоде. Не по вокзалу.

Человек выглядел как кто-то, кто прибыл не отсюда.

Он смотрел на всех, кто входил. Оценивал. Быстро. Взгляд у него был цепкий. Скользил по лицам. По одежде. По рукам. Потом перепрыгивал на следующего. Я знал такой взгляд. Так смотрят те, кто ищет. Или те, кто проверяет.

Я выпрямился. Боль в боку отозвалась привычным уколом. Я не подал вида.

Просто смотрел на него. Он меня пока не замечал. Стоял у колонны. Ждал. Я думал: следит? За мной? Или за кем-то другим? Я не знал.

«Хватит с меня этих игр с разведками, — подумал я. — Становлюсь параноиком.»

Наконец открылась дверь. Вошла молодая женщина с ребенком на руках. Ребенок спал. Женщина явно устала. Она шла медленно. Сумка оттягивала ей плечо. Женщина оглядывалась. Искала кого-то.

Человек у колонны ожил.

Я увидел, как он подобрался. Как шагает навстречу. Как лицо его меняется.

Настороженность моя почти сразу схлынула.

Мужчина подошел к женщине. Обнял ее. Обнял осторожно, чтобы не разбудить ребенка. Потом поцеловал ее в щеку. Женщина улыбнулась. Что-то сказала ему. Он кивнул. Они пошли к выходу.

Я с улыбкой проводил их взглядом. Потом закрыл глаза. Усталость навалилась. Тяжелая. Как мокрое пальто. Боль в боку пульсировала ровно. Я почти не замечал ее. Я сидел и ждал. Объявили, что мой поезд прибывает на первый путь. Я открыл глаза. Встал и поднял чемодан. А потом пошел к платформе.

* * *

Газета «Правда»

«Провал провокации: как готовили „Пересмешника“»

В последние дни мировые информационные агентства обсуждают сенсационные подробности операции, которую готовили спецслужбы Пакистана и США. Как стало известно из достоверных источников, операция носила кодовое название «Пересмешник».

Согласно обнародованным данным, пакистанская разведка совместно с Центральным разведывательным управлением США планировала инсценировать нападение советских вооружённых сил на территорию Пакистана. Целью провокации было создание повода для прямого военного вмешательства Пакистана и блока НАТО в афганский конфликт.

Для реализации замысла на территории Афганистана были созданы многочисленные тайники с советским оружием и боеприпасами. По замыслу организаторов, в назначенный день отряды моджахедов и пакистанские пограничники, переодетые в советскую военную форму, должны были нанести удар по пакистанским пограничным постам.

Однако планам организаторов провокации не суждено было сбыться. В результате успешной операции советских спецслужб удалось обнаружить и обезвредить часть тайников, а также захватить ключевого сотрудника ЦРУ, курировавшего логистику операции. В настоящее время он даёт показания и сотрудничает со следствием.

По мнению наблюдателей, разоблачение «Пересмешника» может иметь далеко идущие последствия. Ряд западных стран уже выразил озабоченность в связи с открывшимися обстоятельствами. Ожидается, что вопрос будет поднят на предстоящей сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Как отмечают эксперты, успех советских спецслужб в деле «Пересмешника» может стать поворотным моментом в деле урегулирования афганского конфликта. Если Пакистан будет вынужден свернуть свою поддержку моджахедам, это существенно ослабит их боеспособность и создаст предпосылки для начала мирных переговоров.

Официальные представители СССР пока воздерживаются от комментариев. Однако в дипломатических кругах высказывается осторожная надежда, что разоблачение провокации позволит перевести