Бригада Некрасова. "Код красный" - Сергей Баранников

— Удивительно это слышать. От него я подобной оценки не ожидал.

— Ещё бы он тебе об этом говорил! Бурый не из тех, кто способен на неприкрытую похвалу. Да и мне не стоило тебе говорить об этом, просто я очень рад, что на новом месте у тебя всё складывается удачно.

Удачно? Я бы поспорил. Всего за месяц пережито столько происшествий, что некоторые и за год не видят. С другой стороны, я относительно удачно выбирался из каждой передряги, так что мне вообще стыдно жаловаться.

— Тим, ты ведь не надумал возвращаться? — поинтересовалась Лиза, вернувшись в гостиную.

— Пока наслаждаюсь свободой и не собираюсь ничего менять, — ответил я. — А есть какие-то предложения?

— Можно Дениска поживёт в твоей комнате? Когда родится второй ребёнок, ему будет тяжело с ним в одной комнате, а так хотя бы выспится.

Отдать свою комнату, которая была моим оплотом в этом доме? Не очень хочется, но для такого дела мне не жалко. Возможно, прежний Тим начал бы упрямиться, но я понимал, что так будет лучше.

— Бери, — кивнул я.

— Спасибо! Ты лучший брат на свете! — просияла Лиза. Ей и так выпали непростые испытания, ни к чему создавать сестре проблемы. Быть может, у нас наладятся отношения, и на радость родителям мы перестанем цапаться.

К Морозовым я так и не попал. Заглянул к ним после гостей, но охрана меня и на порог не пустила, заявив, что сегодня хозяева гостей не принимают. Яр не отвечал на звонок. Может, ещё находился в полицейском участке? Домой я решил возвращаться на автобусе, чтобы не беспокоить Анатолия в такое позднее время. Тут всего минут пятнадцать пути до остановки, минут через сорок буду уже в своей уютной квартирке.

Я даже моргнуть не успел, когда выскочившая из-за поворота машина направилась в мою сторону. Успел лишь сгруппироваться в последний момент, прежде чем мир закружился перед глазами. За какие-то доли секунды уже попрощался с этой жизнью, которую толком и не успел пожить.

Но всё обошлось. Короткое ощущение полёта закончилось быстрым и ощутимым приземлением на капот. Придя в себя, я активировал внутреннее зрение, чтобы оценить повреждения. Лёгкий ушиб мягких тканей лица. Будет гематома, если не вмешаться, но даром я что ли целитель? Сотрясения мозга, к счастью, нет. Кости тоже целы. Я сполз с капота и уселся на дороге, пытаясь прийти в себя.

— Эй, ты как? — послышался рядом встревоженный женский голос. — Ты меня слышишь?

— Что? — я повернулся на голос и увидел симпатичную светловолосую девушку, которая склонилась надо мной.

— Ты вообще как? — поинтересовалась она.

— Жить буду, — отозвался я, пытаясь подняться.

— Садись, отвезу тебя в больницу.

— Обойдусь.

— Боишься, что отвезу в тёмный лес и закопаю там, чтобы ты не сдал меня стражам порядка? — заулыбалась незнакомка.

— Я не боюсь, я уверен, что ты так и поступишь. У тебя ведь это на лице написано.

— Чего? — возмутила она. — Да шёл бы ты…

— Попытаюсь! — я решительно поднялся и опёрся рукой о капот машины, чтобы удержать равновесие. — Кажется, стоять у меня получается, а вот насчёт идти я пока не уверен.

Прохожие останавливались и бросали на нас удивлённые взгляды, но не спешили подходить на помощь. То ли их останавливало моё состояние, то ли крутость машины, то ли номера.

«А111А» — такие номера стоят около двух миллионов, а может, и выше.

Только сейчас я заметил, что автомобильные номера в этом мире отличались от тех, что я привык видеть у нас. И как я раньше не обращал на это внимание? Ещё автолюбитель, называется. Хотя, в последнее время мне явно было не до этого.

— Нравится машинка? — поинтересовалась девушка.

— Чёрный «Мрак» серии «А», полный привод, пятьсот тридцать семь лошадиных сил, бронированные стёкла и укреплённый каркас, обеспечивающий максимальную безопасность пассажира. Куплена максимум в позапрошлом году, потому как комплектация новая. Может ли такая машина не нравиться?

— Вау, откуда такие познания? — удивилась девушка.

— Катался раньше на такой, пока не разбил.

— Ага, расскажи! — рассмеялась девушка. — А ходишь ты пешком, потому что это полезно для здоровья? У тебя денег даже на руль от такой машины не хватит.

— Проверим? — поинтересовался я.

— Садись, отъедем подальше, — пригласила девушка. — На нас уже пялиться начинают, а мне не хотелось бы получить проблемы со стражами порядка.

Я устроился на пассажирском сидении рядом с девушкой, и мы сорвались с места, словно за нами кто-то гнался.

— Полина, — представилась девушка, когда мы отъехали в сторону. — Полина Самойлова.

— Тим Некрасов, — ответил я, когда настала моя очередь представиться.

— Слушай! Я ведь тебя помню! Мы пересекались на вечеринке у Морозовых.

— Да, припоминаю, — нахмурился я, делая вид, что вспомнил девушку. На самом деле, её фамилия говорила больше, чем она сама.

Самойловы были местными партнёрами корпорации «Диадема», специализирующейся на добыче лекарственных трав, изготовлении и продаже медицинских отваров и настоек. Эти дельцы придумали довольно хитрый подход — в каждом крупном городе нашли влиятельных людей, которым предложили партнёрство, и возложили на них обязанности по организации сбора, переработки и поставок лекарственных материалов в больницы и аптеки. Таким образом, они отхватили практически весь рынок, практически вытеснив многочисленных травников.

— Что молчишь? — заволновалась девушка. — Ты вообще немногословный, как я посмотрю.

— Дай мне хотя бы прийти в себя! Сбила с ног, теперь ещё навалилась с вопросами. И так голова кругом.

— Может, всё-таки сотрясение? Давай я всё-таки отвезу тебя в больницу…

— Без больницы обойдёмся, — парировал я, принявшись массировать виски.

— Слушай, я бы хотела загладить свою вину…

— И поэтому мы едем в безлюдное место, чтобы предаться любовным утехам? — заулыбался я.

— А ты явно головой ударился при падении, — ответила девушка, бросив на меня строгий взгляд. — С чего ты взял, что тебе что-то светит? Мне нужен мужчина рядом, который будет соответствовать.

— Чему? Капиталу твоего отца?

Девушка резко затормозила и свернула на парковку. Только когда машина остановилась, она посмотрела на меня.

— С чего ты взял, что я трачу деньги отца? Это мои собственные деньги, я всего добилась сама.

— Дай-ка подумать, мы