Боярский сын. Воин. Часть 3 - Алексей Владимирович Калинин

Завьялов скользил цепким взглядом по сторонам, подмечая каждую мелочь. Богато жил князь Фрол Терентьевич Долгополый, ох богато! Даже по меркам зажравшейся столичной аристократии этот загородный дворец вызывал невольное уважение размахом вложенных средств. Под ногами не скрипнула ни одна половица — подгонка дерева была такой ювелирной, словно пол стелили для самого Императора.

И неудивительно: строительная корпорация приносила в княжескую казну баснословные доходы.

Со стен широкой галереи второго этажа на незваных гостей взирали предки хозяина дома. Масляные портреты в тяжёлых золочёных рамах тянулись бесконечной чередой: спесивые бояре в собольих шубах, генералы прошлых веков с георгиевскими крестами на мундирах, статные вельможи со взглядами сытых удавов. Все как на подбор — с фирменным долгополовским прищуром людей, привыкших брать своё. И неважно как они это брали: силой, хитростью или подкупом. Главное, что брали!

Казалось, нарисованные глаза провожали чужаков в камуфляже с немым укором: мол, как вы смеете топтать наш паркет своими грязными сапожищами, смерды неразумные?

«Ничего-ничего, потерпите, господа хорошие, — подумал Завьялов, встречаясь взглядом с очередным бородатым пращуром. — Если ваш правнучек пригрел в подвале тварь из-за Рубежа, то скоро эти стены сровняют с землёй артиллерийским залпом».

Шутки шутками, а ухо здесь нужно было держать востро. Вся эта музейная роскошь и сонная тишина дворянского гнезда были обманчивы. Полковник прекрасно понимал, в какое осиное гнездо он сунул руку без прямой санкции Императора. Если информация этого шебутного мальчишки, Елисея Ярославского, подтвердится то внизу их ждёт Высший оборотень.

Тварь, которая умудрилась убить и заменить собой матёрого боевого мага — князя Степана Преображенского, пройти сквозь все кордоны столицы и едва не отправить к праотцам двоюродного брата самого государя! И что самое поганое — эта бестия отлично разбиралась в высшей алхимии, травах и боевых эликсирах.

Кто даст гарантию, что загнанный в угол монстр не опрокинет в пасть пару флаконов какой-нибудь дряни? Разгонит метаболизм до запредельных высот, обрастёт костяной бронёй и пойдёт рвать оперативников голыми лапами, как Тузик грелку!

Не сбавляя шага, полковник едва слышно щёлкнул кнопкой ларингофона на шее:

— «Гранит-два», говорит «Первый». Подними в западное крыло второго этажа ещё пятёрку. Полная боевая, бронебойные с серебряным сердечником и парализаторы к бою. Срок две минуты.

В наушнике тут же дважды щёлкнуло в знак подтверждения. Отлично. Пять дополнительных бойцов из штурмового резерва, закованных в мобильный боевой доспех, лишними точно не будут.

Тем временем они свернули за угол коридора и вышли к высоким дверям кабинета князя Долгополого. Княгиня остановилась перед дверьми и обернулась.

На её холёном лице не было и тени страха, лишь лёгкая полуулыбка светской львицы, вынужденной терпеть общество скучных провинциальных ревизоров. Она окинула офицера взглядом с головы до ног и певуче произнесла:

— Господин полковник, я не могу не заметить… вы сегодня что-то ужасно бледны. Уж не нездоровится ли вам?

Завьялов остановился в двух шагах от неё.

— Благодарю за заботу, госпожа Долгополая. Скорее всего, моя нездоровая бледность появилась исключительно из-за того, что я слишком мало нахожусь на свежем воздухе. Всё кабинеты, знаете ли, бункеры да допросные казематы. Специфика службы.

— Ах, как вы себя не бережёте, Валерьян Николаевич! — княгиня картинно всплеснула тонкими руками. — В вашем возрасте так относиться к здоровью преступно! Вам бы определённо не помешали пешие прогулки по сосновому бору. И желательно подальше от столичной суеты, а то ведь так и надорваться можно.

Намёк был прозрачнее горного хрусталя: мол, катись-ка ты, полковник, в отставку на пенсию, пока тебе не помогли лечь в деревянный макинтош.

— Полностью с вами согласен, сударыня, — усмехнулся Завьялов. — Вот как только поймаем оборотня, так сразу же напишу рапорт, возьму законный отпуск и буду гулять по лесу до посинения.

Бровь аристократки едва заметно дёрнулась, но голос остался по-прежнему вежливым:

— Какая похвальная целеустремлённость. Ну, а что же вы будете делать, если никого не поймаете?

— Тогда придётся работать дальше. До тех пор, пока все враги Короны не закончатся, — отрезал офицер, теряя терпение от этой словесной фехтовальной разминки. Он кивнул на резные створки: — Прошу вас, ваше сиятельство. Открывайте же кабинет. У нас мало времени.

Княгиня сделала изящное движение рукой к дверной ручке, но на полпути вдруг замерла, приложила пальчики к виску и вздохнула:

— Ох, какая досада! Совсем голова кругом идёт от вашего внезапного визита… Я ведь совершенно забыла, что кабинет заперт на замок! А ключи от него имеются только в двух экземплярах: один всегда при себе у моего супруга, а второй лежит у меня в спальне, в шкатулке. Сам Фрол Терентьевич, как вам прекрасно известно, сейчас находится на Императорской Арене рядом с государем. Конечно, мы с вами можем расположиться в гостиной, выпить чаю и подождать его возвращения к вечеру, или же…

Она сделала многозначительную паузу и невинно похлопала ресницами.

Внутри у Завьялова сжалось от злости. Неужели тянет время, змея подколодная? В открытую, в лицо смеётся и выигрывает секунды!

Но выбить эту дверь зарядом пластида или боевым плетением сейчас — значит дать адвокатам Долгополого лишний повод орать о беспределе ИСБ!

— Хорошо, — вздохнул полковник. — Чай пить мы не будем. У меня от домашнего чая изжога. Мы подождём здесь, пока вы сходите в спальню за ключом. Лейтенант Филиппов, сержант Гаврилов!

Двое оперативников тут же шагнули вперёд.

— Сопроводите госпожу княгиню до её опочивальни и обратно, — скомандовал Завьялов. — Глаз с объекта не спускать даже за ширмой. Проследите, чтобы её сиятельство взяла из шкатулки только один предмет — ключ от этого кабинета. Никаких средств связи, никаких порошков, флаконов или боевых артефактов. При малейшей попытке атаковать — крутить руки и надевать кандалы подавления. Выполнять!

— Есть! — рявкнули бойцы.

Княгиня Долгополая окинула насупленных спецназовцев презрительным взглядом, а затем перевела глаза на полковника и рассмеялась:

— Господин полковник, фу таким быть! Ну что же вы так опасаетесь слабой и беззащитной женщины в её собственном доме? Право слово, это же не по-рыцарски!

— Ну, кого-кого, а вот вас, госпожа Долгополая, я бы слабой и беззащитной точно не назвал даже под дулом пистолета, — покачал головой Валерьян Николаевич. — Прошу вас, сударыня. Время идёт.

Аристократка одарила его ослепительной улыбкой, развернулась и в сопровождении двух волкодавов, поплыла по коридору в сторону хозяйских покоев.

Оставшись у дверей кабинета