Кавказ. Выпуск XXIV. Легенды и предания - Автор Неизвестен -- Мифы. Легенды. Эпос. Сказания

своему ужасу заметил Занэ, наблюдавший со стороны за исходом борьбы, что его жена как будто изнывает в неравной борьбе. Не долго думая, он бросается в свалку. Вдвоем они совершают чудеса храбрости. Видит богатырь-женщина, что другой витязь, могучее еще ее, выручает ее из беды, и невольно она удивляется его несокрушимой силе и геройской отваге. Вдруг она заметила, что с руки незнакомца струится кровь: его ранила вражеская стрела в том месте, где наручник сходится с перчаткой. С быстротою молнии она очутилась возле него и обвязала руку своим шелковым платком. Борьба пришла к концу: враги отступили, и грабители разъехались по домам с богатой добычей.

Когда еще грабители делили свою добычу, Занэ вскочил на своего коня и был таков… Богатырь-женщина искала глазами своего спасителя, но его и след простыл. Тогда и она бросилась на своего коня и помчалась по направлению к своему терему. Еще не брезжил свет, когда она очутилась в постели, рядом со своим мужем: Занэ притворился спящим. Поднимая одеяло, она заметила, что рука ее супруга обвязана шелковым платком. Тотчас она узнала свой платок и, конечно, догадалась, в чем дело. Изумление перешло в стремительный порыв страсти: она бросилась на грудь Занэ с следующими словами:

— Знай, дорогой Занэ, что до сих пор я не была похожа на других женщин: по ночам я выезжала тайно от всех, чтобы принимать участие в набегах, и пропадала по целым неделям и месяцам, совершая в разных местах геройские подвиги. Однажды я, переодетая мужчиной, встретила в открытом море рыцаря, ищущего своей жены, и помогла ему ее разыскать. Вооруженною рукою мы ее взяли, но затем я разрубила неверную женщину пополам и бросила туловище в море…

Теперь настала очередь удивления для Занэ: в чертах лица своей дорогой жены он узнал верного хусэ. В избытке чувств он хотел броситься в объятия своей жены, но она, отстранив его рукою, сказала:

— До сих пор я была богатырь-женщиной; но, найдя богатыря-мужчину, превосходящего меня своей силою, я покоряюсь ему, бросаю свои прежние привычки и возвращаюсь к занятиям, свойственным другим женщинам: домашнему хозяйству, пряже и рукоделиям. Я хочу быть слабой женщиной; так будет лучше как для тебя, так и для меня!

На следующее утро чудесное превращение богатырь-женщины сделалось известным всем жителям. Радовались не только братья Барахуновы, но и их подданные. Все спешили в терем, чтобы поздравить Карабатыря-Занэ, сильного мужчину, и его несравненную жену, слабую женщину. Среди пиршеств и увеселений протекло несколько дней, а затем счастливая чета, богато одаренная семью братьями Барахуновыми, уселась на корабль и отплыла, при попутном ветре, в родной кале.

А жаль, что кабардинский[67] (балкарский. — Сост.) язык не имеет письмен для передачи своей речи. Что за богатая поэзия появилась бы на свет! Какая колоссальная фантазия, какие описания природы, какие величественные типы!.. Из легенд их, кроме поэтической стороны, можно было бы узнать все их религиозные и нравственные идеалы, обыденную жизнь, историю, с мифических времен до наших дней, потому что нет того выдающегося в их жизни события, нет того мало-мальски замечательного лица, которое не было бы воспето своим Гомером и песня последнего не переходила из рода в род. Нынешняя обстановка края скоро истребит эти песни, памятники народного творчества и, если не найдется своего Рыбникова или Гильфердинга для Кабарды (Балкарии. — Сост.), то литература и поэзия навсегда потеряют истинные перлы. Уже и теперь здешние певцы так же редки, как у нас певцы былин, тогда как старожилы помнят то время, когда никакой общественный и даже семейный праздник не обходился без певца. Под звуки дудки, зурны, а то и просто под мерные удары палочек, такой певец услаждал все общество любимыми былинами, а иногда и прямо импровизировал новые песни в честь торжества или события, послужившего поводом к празднику. Ни один набег не производился без того, чтобы в нем не участвовал такой певец. Ему отводилось удобное и безопасное место для наблюдений, и он был, вместо всяких реляций, историком, критиком события, раздатчиком наград храбрым и всегда карателем трусов. Со званием певца соединялась идея справедливости, и певцом мог быть только безукоризненно честный человек. Я имел возможность встретить такого певца. Старик со смуглым открытым лицом, одет весьма бедно; но нужно видеть, с каким почтением относятся к нему окружающие, чуть не боготворят его.

Остряков. П. Народная литература кабардинцев и ее образцы. Вестник Европы. 1879. Кн. 8. Август.

У многих народностей распространен взгляд на женщину, как на существо нечистое… Столкновения героев с женщиной в народных сказках, песнях, былинах ослабляют его физические и умственные силы. Отвага, смелость, беззаветная храбрость, вечное желание подвигов и славы — меняется на другие качества: робость, нерешительность, желание покоя, а в случае неудачи — бесконечная злоба и месть охватывают душу героя. Известно также немало легенд, преданий и рассказов о коварстве, лживости и других отрицательных свойствах женщины…

С другой стороны, та же женщина, как мать, рисуется совсем другой в народных песнях. Сколько беспредельного чувства, искренней, бескорыстной привязанности, способности к самопожертвованию высказывает в народных песнях мать к своему ребенку. Чудные, поэтически трогательные обращения матери к сыну или дочери в народных песнях всякому знакомы…

Близко знакомые с этнографическими материалами могут найти немало указаний относительно «двойного», дуалистического взгляда народа на женщину. С одной стороны, «она вместилище всякой скверны», с другой — она нежная, глубоко любящая мать, готовая бескорыстно жертвовать собой для блага и счастья своих детей. Единственная награда для нее — это память о ней в детях.

«Да готовясь в бой опасный, помни мать свою», — поет она, убаюкивая своего дорогого сына, будущего героя… Наконец, народная мысль высоко ставит ее в жизни детей: «Материнское благословение ни в огне не горит, ни в воде не тонет», — образно выражается распространенная русская поговорка.

Предлагаемая горская легенда, которую мне рассказал один старец, дает некоторое обоснование дуалистическому взгляду на женщину, женщина по этой легенде — творение двух сил: зла и добра.

Взгляд на творение мира, какой проявился в этой легенде, свойственен многим народам… Все древние сказания, так или иначе, указывают на участие в творении мира двух начал: зла и добра.

В далекую прошлую пору, когда еще только начинался свет, Творец мира — Аллах сотворил весь видимый мир, наконец, в последний день