Бригада Некрасова. "Код красный" - Сергей Баранников

— В таком случае, я рад за вас, ведь мы будем валять дурака вместе. Вы же не думали, что я один повезу одного тяжёлого больного и пятерых лёгких?

Пару часов мы действительно проторчали без дела: сначала в больнице, куда отвезли пациентов, а потом на территории станции, пока обрабатывали машину дезраствором.

— Что за дурацкие правила? Зачем целителям проходить проверку? — негодовала Дьячкова.

— Таковы правила, — невозмутимо ответила Таисия. — А правила пишутся кровью. Думаете, в прошлом не было хитрых и безответственных целителей, которые скрывали факт заражения и передавали болезнь своим же пациентам?

— Безумие какое-то, — отозвалась Даша.

— Безумие или нет, но такое реально было, поэтому все целители, контактировавшие с больными, заразными опасными болезнями, проходят обязательную стороннюю проверку.

Это дежурство выдалось поистине безумным. Сначала вспышка менингита в вагоне поезда, а когда мы только выехали на дежурство и отправились на следующий срочный вызов, случилась новая неприятность.

— Держись покрепче! — заорал Кузьмич, выкручивая руль в сторону.

Я далеко не сразу заметил машину, выскочившую на перекрёсток. Внедорожник «Тундра» летел на бешеной скорости прямо в борт нашей машине. Видимо, хотел проскочить на «красный», но не заметил наше появление на дороге. Вой сирен, по всей видимости, он не услышал из-за громкой музыки, игравшей в колонках.

Стоит отдать должное реакции Кузьмича — он почти успел уйти от столкновения. «Тундра» протаранила левый борт, отчего нас занесло в сторону, а машина едва не перевернулась. Мы отделались небольшими синяками, но машине здорово досталось.

— Все целы? — в первую очередь поинтересовалась Артемьева.

— Кажется, да, но я не уверен, — отозвался я, потирая ушибленный локоть.

— Хорошо, хоть пациента в салоне не было. Неизвестно в каком состоянии мы бы его довезли.

Водителю внедорожника здорово повезло, что он врезался именно в машину скорой помощи, потому как эту самую помощь ему оказали практически мгновенно.

— Закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, вывих позвонков нижнего шейного отдела, — поделился я диагностикой, опередив вопрос старшей целительницы.

— Наши действия? — потребовала полного разбора Артемьева.

— Руки ему оторвать, чтобы больше за руль не садился! — в сердцах выпалил Кузьмич.

— Адекватные предложения будут?

— Обезболиваем, снимаем воспаление и отёчность, чтобы избежать отёка мозга, накладываем ворот и транспортируем пострадавшего до ближайшей больницы, готовой его принять. Правда, в нашей ситуации придётся вызывать другую бригаду.

— Почему? — удивилась Артемьева.

— Потому что наша ласточка никуда не поедет, — вмешался Кузьмич. Мой наблюдательный глаз верно подметил, что заднее колесо вывернуло под углом.

— Придётся вызывать эвакуатор, чтобы добраться до станции, а там мы приведём в порядок нашу ласточку.

Пришлось дожидаться хранителей порядка, но выбора у нас всё равно особо не было — машина нуждалась в ремонте, и своим ходом до станции никак бы не дотянула. А через несколько минут после прибытия инспекторов подтянулись и наши коллеги.

— Артемьева, хочешь сказать, мне делать больше нечего, как твоих больных по больницам развозить? — набросился на неё Ефимов. — У меня и своих хватает!

— Борис Борисыч, я бы ни в коем случае не отвлекала вас от дел чрезвычайной важности, но если вы не заметили, наша машина не на ходу. Я передала информацию диспетчерам, и если они посчитали, что вы достаточно свободны, чтобы прийти нам на помощь, значит так оно и было. В любом случае, если вы не согласны с их решением, свои претензии высказывание им, а не мне.

Такой жёсткий ответ заставил Ефимова замолчать. Целитель уже открыл было рот, чтобы выдать очередную гневную тираду, но так и замер, переваривая услышанное.

А ждать эвакуатор нам пришлось до самого вечера.

— Давай-давай, потихоньку! — принялся командовать Кузьмич, помогая водителю, но своими криками только отвлекал того. Наконец, когда манипулятору удалось подхватить машину и затащить её на борт, мы могли спокойно выдохнуть.

На станции нас уже встречал Бурый, который безрадостно отметил потерю машины.

— Всего шесть машин осталось на дежурстве! — выпалил он. — Как тут нормальную работу организовать? Хоть бери и доставай с консервации старые образцы.

Насчёт старых моделей заведующий совершенно не шутил, потому как из гаража нам выкатили старую машинку, напоминавшую знаменитую «буханку».

— Ничего, покатаемся немного на этой машине, а за выходные я нашу ласточку приведу в порядок, и будет как новенькая.

Никто не решился сказать Кузьмичу, что «как новенькая» машина уж точно не может быть, потому как она и раньше была уже ржавая и часто ломалась. Но мне кажется, он и сам это прекрасно понимал.

— Слушайте, да вашу колымагу проще сжечь, — рассмеялся Морозов, заметив как мы толкаем разбитую машину в сторону гаражей.

— Ты давай, рули отсюда, — насупился Кузьмич. — Спасибо скажи, что автомобиль новый дали, а то бы за рулём такой же колымаги сидел!

Надо же, даже Кузьмич уже смирился с тем, что машина уже на ладан дышит!

— Серьёзно, выбросьте вы её уже на мусор, — покачал головой Яр, запрыгнул в машину и театрально проехал перед нами, посигналив на прощание.

— Парни, вы закончили? Я тогда погнал, а то у меня дел невпроворот, — заявил водитель эвакуатора.

— Слушай, брат, есть возможность одну машинку подвинуть? — обратился я к нему.

— Только если недолго.

— Да нет, тут с парковки на её законное место.

Я указал на серый «Мрак», на котором Ярик приехал на работу.

— А хозяин кто? — запереживал мужчина.

— Вон, за рулём «скорой» поехал, — ответил я, кивнув в сторону удаляющейся машины, за рулём которой сидел Морозов.

— Ага, так я и поверил…

— В общем, машина эта стоит тут уже давно и не даёт спокойно жить. Отволоки её на мусорку, где ей самое место.

— Переставить — не проблема. Припаркую рядом с контейнерами, а дальше уже не моё дело.

— Годится!

Купюра в тысячу рублей окончательно развеяла сомнения водителя эвакуатора. Сделав дело, он поспешил удалиться, пока не появился хозяин машины, а я затаился в ожидании Морозова. Ждать долго не пришлось, потому как дело шло к восьми часам вечера, и бригады понемногу возвращались на пересменку.

— Какого лыкуса здесь происходит? Кто это сделал? — завопил Яр, выскочив из машины «скорой».

— Мы всего лишь выполнили твою рекомендацию — оттащить машину на мусорку.

— Эта машина стоит дороже, чем вся ваша станция! — орал он,