Варвар из стриптиз-клуба - Валерий Сопов

Побег попятился к остальным листьям.

Свен не был уверен, что куст понял хоть слово. Возможно, растение просто отреагировало на громкий голос. Возможно, потеряло интерес к добыче. Но отступление выглядело достаточно осмысленным.

— Отныне нарекаю тебя Моней, — торжественно объявил Свен. — Был у меня знакомый с таким именем. Тоже жрал всё, что плохо лежит. Правда, до насекомых, кажется, не опускался.

Куст шелестнул листьями.

— Значит, нравится.

Командор возмущённо мяукнул.

— Не ревнуй. Ты питомец. А он сантехника.

Котёнок продолжал смотреть на Моню с глубочайшим подозрением.

Свен ещё раз показал кусту на Командора, а затем на всякий случай провёл пальцем поперёк горла. Растению жест мог значить что угодно, но человеку стало спокойнее.

Следующим пунктом плана было оружие.

Свен устроился под навесом, достал посох и положил на колени. Длинная твёрдая ветка не раз выручала его в дороге и спасла в битве с Клыком-Щекотуном. Портить её было жалко.

Но таскать по лесу и посох, и копьё он не сможет. Особенно если вторая рука понадобится для бумеранга, ножа, Командора или панического размахивания.

Решение нашлось простое: заострить только один конец. Тогда другой останется тупым, и копьё по-прежнему можно будет использовать при ходьбе.

— Многофункциональность, — объяснил Свен. — Главный принцип современной архитектуры.

Командор снова улёгся под навесом, но теперь так, чтобы видеть Моню.

Свен взял нож и начал снимать с конца посоха тонкие полосы древесины. Первые срезы вышли кривыми. Один оказался слишком глубоким, и на боку будущего наконечника появилась выемка.

— Это аэродинамический канал, — сообщил Свен.

Командор моргнул.

— Улучшает… что-нибудь.

Он повернул посох и продолжил. Постепенно конец обрёл форму грубого острия. Не идеального, не симметричного, но достаточно опасного, чтобы проколоть мягкое брюхо. Проверять на собственном пальце Свен не стал. После знакомства с местной медициной он начал ценить целую кожу.

Из памяти всплыло: деревянный наконечник нужно обжечь, чтобы он стал твёрже.

Откуда он это знал, Свен не помнил. Может, из фильма про первобытных людей. Может, из передачи о выживании. А может, из той же части сознания, где хранились сведения об австралийских бушменах и пищевых привычках пантер.

Оставалась мелочь — развести огонь.

Свен посмотрел на свои руки.

Руки огня не предлагали.

Он оглядел шалаш. Сухих веток вокруг хватало, но ни спичек, ни зажигалки не было. Тереть две палочки можно было до следующей ярмарки, о существовании которой Свен пока не знал.

Кнут Поэтического Гнева огня не давал. Каска Вдохновения — тоже. Пустой зловещий свиток выглядел так, будто с удовольствием сгорит, но заменить костёр одним коротким пожаром не мог.

Система снова промолчала.

— Вот сейчас пригодилась бы магия, — сказал Свен. — Маленькое заклинание. Искра. Огненный шар размером со спичечную головку. Ничего чрезмерного не прошу.

Никакого шара не появилось.

— Зато в миньоны взяли без собеседования.

Он ещё раз оглядел копьё. Острие получилось настолько хорошим, насколько позволяли нож и терпение. Оружием его можно было назвать только после проверки, а проверять следовало не на себе.

Свен отложил заготовку.

— Итак, у нас есть дом, канализация, сомнительный водопровод и копьё без огня. Не хватает еды. И огня. Но в первую очередь еды, потому что копьё жарить невкусно.

Командор поднял голову.

— Даже не думай, — сказал ему Свен.

В этот момент со стороны поселения послышались шаги.

Свен схватил копьё и вскочил. Резкое движение отозвалось болью в натруженных мышцах. Из-за кустов вышла молодая женщина с плетёной корзиной в руке.

Невысокая, крепкая, с тёмными волосами, собранными в толстую косу. Простое зелёное платье перехватывал широкий пояс с подвешенными мешочками. Женщина остановилась и оглядела копьё, шалаш и Командора.

— Если собираешься меня пронзить, сначала поставь ноги шире, — сказала она. — Иначе сам упадёшь.

Свен опустил оружие.

— Я не собирался. Просто проверял готовность.

— Проверил?

— Не до конца.

Женщина улыбнулась.

— Я Кира. Хочу тебе помочь.

Несколько секунд Свен молча смотрел на неё. Потом машинально расправил плечи.

Вот оно.

Пусть Обаяние у него всего два, но профессия не пропьёшь. Даже в шалаше, после бессонной ночи, с землёй под ногтями и вонючей каской у входа он оставался Свеном — звездой женских вечеров клуба «Ника».

Возможно, она заметила его ещё в поселении. Возможно, расспросила соседей. Возможно, нарочно дожидалась, пока он останется один.

— Очень приятно, — сказал Свен, придав голосу бархатную глубину, которая неплохо работала перед выходом на сцену. — Я Свен.

— Знаю.

— Конечно.

Кира перевела взгляд на покосившийся навес.

— Я четвёртая жена Грона.

Бархатная глубина пропала.

— Четвёртая?

— А что тебя удивляет? Разве Леса не рассказывала о жёнах вождя?

— Рассказывала. Но я как-то не составлял список с портретами.

— Зря. Скоро пригодится.

— Почему это?

Кира поставила корзину на землю.

— Я дружила с Мари. С первой женой Грона. Матерью Лесы.

Имя ничего Свену не говорило, но он кивнул с видом человека, которому прекрасно известна вся местная генеалогия.

— Со второй у нас отношения плохие, — продолжила Кира. — С третьей не лучше.

— А с Гроном?

— С Гроном я замужем.

— Это не всегда ответ на вопрос.

Кира внимательно посмотрела на него, затем коротко рассмеялась.

— Может, Леса выбрала не самого безнадёжного.

Свен насторожился.

— В каком смысле выбрала?

— В обычном. Будущий муж дочери моей подруги поселился возле стойбища. Ему нужна помощь. Я принесла.

Свен вдруг ясно почувствовал, что стоит не просто перед доброй самаритянкой. Подарок мог оказаться чьим-то ходом в игре, правил которой ему никто не объяснял.

— Стоп. Никакой свадьбы не будет.

— Конечно.

— И я не будущий муж Лесы.

— Разумеется.

— Мы с ней знакомы два дня.

— Тогда у тебя ещё есть время подготовиться.

— Кира, я говорю серьёзно.

— Я тоже.

Она присела возле корзины и принялась выкладывать содержимое на траву. Сначала появился завёрнутый в широкие листья кусок красного мяса. Следом — небольшой мешочек соли, связка сухой травы, комок волокнистого трута и маленький глиняный котелок с крышкой.

Последними Кира достала кремень и металлическую пластину.

Про свадьбу Свен временно забыл.

— Это всё мне?

— Нет. Мясо — Командору. Соль — кусту. Котелок — мне.

Свен посмотрел на неё.

— Шучу, — сказала Кира. — Всё тебе. Кроме корзины.

Командор уже стоял у мяса и пытался просунуть нос под листья.

— Отойди, — велел Свен.

Котёнок не отреагировал.

— Это приказ хозяина.

Командор потянул листья на себя.

Кира щёлкнула пальцами. Котёнок поднял голову.

— Сядь.

Командор сел.

Свен почувствовал себя преданным.

— Почему меня он не слушает?

— Ты слишком много объясняешь.

— Я развиваю в нём интеллект.

— Сначала накорми.

Возразить было нечего.

Кира прошла к площадке перед шалашом, осмотрела землю и указала место в стороне от сухой крыши.

— Костёр