Варвар из стриптиз-клуба - Валерий Сопов

Возможно, видение было предупреждением. Возможно — игрой измученного разума. Возможно, Старуха действительно могла поставить его обратно на полку.

Проверять не хотелось.

— Если я соглашусь, — сказал Свен, — что именно считается выполнением?

Леса уловила перемену тона и ответила без насмешки:

— Ты приносишь мне неповреждённые соты из того улья. Не кусок воска без мёда, не мёртвую матку, не обгоревший дуб. Соты.

— Кому отдавать? Лично тебе?

— Лично мне. Я буду ждать у тропы возле ручья, если мы не договоримся об ином.

— Награда останется той же?

— Холщовая рубаха, портки, лапти и то, что названо значительным бонусом.

— И ты всё ещё не скажешь, что это?

— Нет.

— Хотя бы оружие заранее?

— Нет.

— Еду?

— После того как примешь задание, дам совет. Бесплатный. Это почти еда, только не насыщает.

Свен покосился на показатель обаяния, который услужливо всплыл в памяти.

— Ты всегда так торгуешься?

— Нет. Иногда мне попадаются разумные собеседники.

Он медленно поднял палец к светящемуся слову. Коснуться окна физически было невозможно, но Система словно ждала намерения.

— Ладно, друидка, — сказал Свен. — Я согласен. Показывай, где живут твои бешеные пчёлы.

Он выбрал «Принять».

Окно вспыхнуло золотистым светом.

Задание «Мёд для друидки» принято.

Осталось времени: 23 часа 59 минут.

Леса кивнула на едва заметный проход между деревьями.

— Северная опушка там. До старого дуба есть тропа. И первый бесплатный совет: когда увидишь пчелу размером с кулак, не маши руками.

— А второй?

— Второй будет стоить соты.

Мурка поднялась и потянулась, выпустив когти. Свен посмотрел на пантеру, на тёмный проход в лес и на отсчитывающие время цифры.

Ещё недавно у него не было имени, цели и даже направления. Теперь имя нашлось, цель оказалась смертельно опасной, а направление вело к чудовищным пчёлам.

Для начала — сойдёт.

Леса нырнула в узкий проход между кустами так, словно тропа принадлежала ей одной и послушно расступалась перед хозяйкой. Мурка скользнула следом — чёрная, текучая, почти бесшумная. Свен задержался на краю поляны и посмотрел на цифры, мерцавшие в воздухе.

Осталось времени: 23 часа 58 минут.

— Уже минуту украли, — пробормотал он.

— Кто?

— Никто.

— Хорошо, что ты так быстро научился разговаривать с умными собеседниками.

— Я бы и с тобой попробовал, но пока не нашёл.

Леса хмыкнула и скрылась в зелени. Свен перехватил сук поудобнее и пошёл за ней.

За кустами поляна пропала мгновенно, будто её никогда и не было. Тропа сузилась до полоски примятого мха и нырнула под переплетение ветвей. По обе стороны поднимались стволы, слишком толстые для того леса, который знал Свен. Корни выпирали из земли чёрными рёбрами, цеплялись друг за друга и складывались в ступени, на которых легко было сломать ногу. Между деревьями свисали длинные нити серебристого лишайника. Время от времени они сами по себе вздрагивали, хотя воздух стоял неподвижно.

Свен оглянулся. Сквозь листву ещё виднелся светлый клочок поляны, но через несколько шагов зелень сомкнулась. Ни примятой травы, ни следа падения, ни места, где он принял задание. Назад он бы уже не вернулся. Оставалось идти за медными косами Лесы и мелькавшим порой чёрным хвостом Мурки.

— Северная опушка точно там? — спросил он.

Леса, не сбавляя шага, ткнула пальцем вперёд.

— Там.

— Очень убедительно. Компас показать не хочешь?

— Не знаю, что это.

— Штука, которая объясняет людям, куда они идут.

— Я и без штуки знаю.

Свен посмотрел вверх, надеясь хотя бы по небу определить направление. Над кронами лежало ровное сияние — ни солнца, ни единой точки, за которую можно было бы зацепиться взглядом. Даже тени под деревьями падали как попало. Мир отнял у него последний привычный ориентир и взамен предложил довериться девушке, которая ещё недавно держала его под прицелом пантеры.

Первые сто шагов он ещё держался с достоинством. На второй сотне достоинство начало мешать. Под мягкой травой земля оказалась усеяна корнями, шишками и камнями. Каждый второй сучок, казалось, годами лежал в засаде и ждал именно босого человека. Свен дважды ударился пальцами, раз наступил на колючку и вскоре понял назначение обуви куда глубже, чем за все прежние годы.

Прежние годы.

Мысль возникла сама и тут же рассыпалась. На миг почудился гул музыки, белая вспышка прожектора, запах разогретого зала. Потом всплыло другое: деревянная кружка, хмурый Билл и торговец с хорьковыми глазами.

Свен тряхнул головой. Воспоминания не складывались. Они лежали внутри, как обломки двух разных зданий, свалённые в одну яму.

— Ты всегда так ходишь? — спросила Леса, не оборачиваясь.

— Как?

— С таким лицом, будто лес должен тебе денег.

— Лес мог бы хотя бы ковровую дорожку постелить. Я, между прочим, клиент.

— Ты задание принял, а не путёвку на курорт.

— То, что я согласился помочь тебе с сумасшедшими пчёлами, вовсе не значит, что мы обязаны пройти марафон Париж — Дакар.

Название выскочило легко, без усилия, и Свен даже споткнулся. Он знал, что такое Париж. Знал, что такое Дакар и почему между ними когда-то устраивали гонку. Но стоило попытаться вспомнить собственный дом — перед глазами снова возникали полка, Старуха и золотое варево.

— Это два места? — спросила Леса.

— Очень далёких.

— Тогда ты преувеличиваешь. Мы прошли совсем немного.

— Полдня топаем по этому чёртову лесу, и ни одной пчелы на горизонте. Ни одной! А я, в отличие от тебя, босой. Пятки горят, как кострище после шабаша.

Леса остановилась так резко, что Свен едва не налетел на неё.

— Полдня?

— Выражение такое.

— Глупое выражение. Половина светлого времени ещё не прошла.

Свен поднял голову.

Небо по-прежнему светилось ровным голубоватым светом. Солнца не было. Не было и облаков, за которыми оно могло бы прятаться. Но свет уже не казался таким резким, как на поляне: голубизна выцвела, словно кто-то понемногу разбавлял её серой водой.

— Здесь всегда так?

— Как?

— Небо. Оно темнеет само по себе.

— А как ещё ему темнеть?

— Солнце должно садиться.

Леса задрала голову, посмотрела вверх, потом на Свена.

— Куда?

— За горизонт.

— Зачем?

— Чтобы наступила ночь.

— Ночь и без него прекрасно справляется.

Она сказала это с такой уверенностью, будто солнце было лишним чиновником, от которого Эдем давно избавился. Свен хотел объяснить, как движется планета, но обнаружил, что помнит это лишь общими словами. Планета вращается. Земля круглая. Свет идёт от звезды. Всё просто — пока не пытаешься растолковать это девушке, которая живёт под светящимся небом и выгуливает пантеру.

— Сколько