Все цвета Африки. История, политика и жизнь континента - Семён Геннадьевич Павлюк

Одновременно с десяток независимых африканских государств были крупнее по территории, чем любая европейская колония континента. В будущей центральной и северной Нигерии, а также в центральном Камеруне раскинулся халифат Сокото народа фулани. Обширные территории вокруг озера Чад (части современных Чада, Камеруна, Нигера и Нигерии) занимала империя Борну. Вдоль среднего течения Нигера (современная Мали) тянулась империя народа тукулер. С запада с ним соседствовал имамат Фута-Джалон, занимавший одноименное нагорье (современная Гвинея). В Центральной Африке на стыке Анголы и ДРК на тысячи километров протянулось королевство народа лунда. Совсем не та карта колониальной Африки, к которой мы привыкли в школьных учебниках.

1870-е – декада прорывных европейских исследований внутренних областей Африки: решена загадка истока Нила, окончательно установлены контуры Великих Африканских озер, исследован бассейн Конго. В 1873 году Занзибарский султанат последним на континенте формально отменяет рабство: для континента начинается новая экономическая эпоха, в которой эхом звучат слова Адама Смита: «Труд свободного человека дешевле и продуктивнее». Африка перестает быть континентом бесплатной рабочей силы и превращается в континент дешевого минерального и сельскохозяйственного сырья. А контроль за сырьем к концу XIX века становится ключевым элементом стабильности европейских государств, которые на глазах превращаются в империи.

В 1873 году в Европе и США начинается затяжной период экономической депрессии. Сегодня ее принято называть Долгой, но в конце XIX века ее именовали Великой: продолжалась она более двадцати лет, до 1896 года. Сокращение промышленного производства вынуждает ключевые экономики мира либо отказаться от политики свободной торговли, либо как минимум ввести ряд протекционистских мер. Между странами начинаются торговые войны, что ставит под угрозу и без того шаткий мир в Европе: совсем недавно закончилась франко-прусская война (1870–1871), и Франция жаждала вернуть Эльзас и Лотарингию «в родную гавань».

В европейских столицах растет понимание, что необходимо установить полный контроль над заморскими территориями: ведь это ресурсы и рабочая сила как во время экономической депрессии, так и на случай затяжного военного конфликта. Зарождается эпоха, которую британский экономист Джон Гобсон в 1902 году назовет «империализмом», а Владимир Ленин в 1916-м популяризует термин статьей «Империализм как высшая стадия капитализма». Вместо идеи национального государства в Старом Свете на первый план выходит идея колониальной империи.

В 1882 году французский путешественник итальянского происхождения Пьер Саворньян де Бразза вернулся в Европу после трех лет путешествия по Экваториальной Африке. Он исследовал юго-восток современного Габона и 3 октября 1880 года добрался до Стэнли-пулс, широкого плеса в нижнем течении Конго, откуда река становится судоходной на тысячу километров вглубь материка. Здесь он заключил договор с королем народа батеке Макоко[41], который передавал свои земли по обеим берегам низовья Конго под протекторат Франции (см. ч. 3.4). Торговый пост, заложенный де Бразза на северном берегу реки, впоследствии назовут Браззавилем. Сегодня это столица Республики Конго.

Де Бразза вернулся из Африки на попутном пароходе в британский Портсмут без гроша в кармане. Французскому консулу пришлось запрашивать Париж, стоит ли ему оплачивать проезд путешественника домой, на что был получен ответ: отправляйте, но «самым экономным путем» – не совсем тот прием, который ожидал покоритель новых территорий. Полгода он доказывал необходимость ратификации договора с Макоко французским парламентом. Многие политики сомневались в целесообразности подобного шага. Но времена изменились: Африка на глазах становилась приоритетом внешней политики.

«Когда я уходил с поста министра иностранных дел в 1880 году, никто и не думал об Африке. Когда я вернулся на этот пост в 1885-м, государства Европы едва ли не дрались друг с другом за разные ее части». Это слова лорда Солсбери, чье имя спустя несколько лет также отпечатается на Африканском континенте: в 1890 году в его честь (уже как премьер-министра Великобритании) назовут столицу новой британской колонии Южная Родезия (сегодня это столица Зимбабве Хараре). Пятилетку взрывного роста интереса к Африке лорд Солсбери определил очень точно.

На мирной конференции по итогам русско-турецкой войны 1877–1878 годов британцы предлагают французам оккупировать Тунис, формально все еще часть Османской империи. То, что французы не решаются на ввод войск в течение трех лет, красноречиво свидетельствует о сомнениях в правительстве Третьей республики: стоит ли ввязываться в африканские авантюры? В 1881 году Франция все же устанавливает протекторат над Тунисом к возмущению Италии: в этой части Северной Африки много итальянских мигрантов (см. ч. 5.3).

Более того, французы открывают торговую колонию в Обоке (современный Джибути) на африканском берегу Баб-эль-Мандебского пролива. В ответ итальянское правительство в 1882 году аннексирует соседний порт Ассаб на побережье Красного моря и начинает захват Эритреи (полностью он завершится к 1895 году). В том же 1882-м британцы вводят войска в Египет: формально для подавления восстания против египетского хедива (правителя), но фактически государство переходит под их полный контроль. В 1883 году французы устанавливают протекторат Порто-Ново (современный Бенин), а также после марш-броска от побережья Атлантики до бассейна реки Нигер основывают форт Бамако, плацдарм для дальнейшего покорения Мали.

В 1884 году в игру неожиданно вступает Германия. Казалось бы, еще вчера Бисмарк говорил, показывая на карту Центральной Европы: «Вот моя Африка». Мол, взаимодействие с Россией и Францией меня волнует куда сильнее, чем попытки выгодно ухватить колонии на африканской распродаже. И вдруг канцлер посылает известного немецкого путешественника Густава Нахтигаля, исследователя труднодоступных уголков озера Чад и нагорья Тибести, на борту канонерской лодки «Чайка» в вояж вдоль западного берега Африки с приказом взять под государственный контроль немецкие торговые фактории. За несколько месяцев германскими колониями становятся Того, Камерун и Юго-Западная Африка (Намибия): причем в случае с Камеруном Нахтигаль лишь на пять дней опережает британского консула Хьюита, который приплыл к местным властителям с собственным предложением протектората. Хьюиту приходится довольствоваться договором о протекторате с народами дельты Нигера (юго-восток Нигерии).

Но главная интрига крутится вокруг низовьев реки Конго. Договор де Браззы с Макоко, который в ноябре 1882 года ратифицировал французский парламент, нарушил планы тогдашнего африканского путешественника номер один – Генри Стэнли. В 1877 году он триумфально завершил трансафриканскую экспедицию, пройдя по руслу Конго вплоть до впадения реки в Атлантический океан. Но Европу тогда еще не интересовало освоение земель Черного континента: британские власти холодно встретили его предложение основать торговые фактории на Конго. Зато к Стэнли прислушался бельгийский король Леопольд II, который задумался о колонизации внутренней Африки до того, как это стало мейнстримом. В 1879 году Стэнли вернулся в низовья Конго, чтобы основать цепочку торговых факторий для бельгийского монарха, пусть и нехотя