Внутренняя империя - Владимир Владимирович Козлов
— Короче, ребята, если не хотите проблем, то все деньги — сюда, — сказал Вася. — Компенсация за ущерб.
— А что вы его били, это нормально? — сказала блондинка.
— Тихо ты, — шикнула брюнетка, посмотрела на Васю. — Может, вы скажете сумму? Мы же не можем отдать вам все деньги. У нас ничего не останется…
— Это нас не волнует, — сказал Саша. — Сами смотрите. Или компенсация, или мы вызываем ментов — и вас закрывают. Злостное хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Много не дадут, но год на зоне обеспечен. Хотите?
Саша — в синих спортивных штанах "adidas", в белой майке, с золотой цепочкой — зашел в дверь под вывеской "Видеопрокат".
— Привет, — сказал он девушке за прилавком.
Положил перед ней видеокассету в белом футляре с надписью "Konica E180 Super SR". Сбоку на наклейке было написано от руки: "Скала" (боевик)/"Мафии вопреки" (боевик).
Девушка достала кассету из коробки, вставила в видеомагнитофон "Funai".
— Можешь не проверять. — Саша улыбнулся. — Я всегда перематываю.
— Я знаю. Но проверить все равно должна. Чтобы, если что, самой не платить штраф за неперемотку.
Саша посмотрел на наклейки на кассетах в витрине за стеклом.
"Миссия невозможна" (боевик). "Неистребимый шпион" (комедия). "Двое: я и моя тень" (комедия). "Крикуны" (фантастика + боевик). "Первый удар" (боевик). "Стальной кулак" (боевик). "Последний танец" (триллер + драма).
— Что-нибудь из нового смотрела? — спросил Саша.
— Нет. Но я ж боевики и ужастики не люблю. Только комедии. — Она вложила кассету в коробку. — Ты слышал, что Мэню убили?
— Нет. Он же в Польше давно уже вроде жил. Или нет? На Рабочем я его года два не видел.
— Да, в Польше. Но иногда приезжал. Сначала они там рэкетом занимались, потом группы ездить перестали, и он перешел на машины. Угоняли их, перегоняли через границу, а здесь номера меняли или что-то там такое, я в этом не особо разбираюсь. А потом, говорят, они угнали машину советника президента, и за ними гналась полиция… И почти у самой границы уже стали стрелять. Его — сразу насмерть…
Саша вышел из видеопроката с двумя кассетами в руке, подошел к ларьку.
— Пачку "L&M". — Он просунул в окошко несколько купюр, взял сигареты.
От мини-рынка, где старухи торговали картошкой, клубникой и огурцами, шел Батон. Он помахал Саше рукой. Саша остановился. Батон подошел. Они поздоровались за руку.
— Выручишь, а? — сказал Батон нетрезвым голосом.
Придерживая кассеты под мышкой, Саша сунул руку в карман штанов, вынул сложенные пополам купюры, дал Батону три тысячных.
— Спасибо. Вот что значит — свой пацан.
— Ты слышал, что Мэню ебнули в Польше?
— Не, не слышал… Я его уже хуй знает, сколько лет не видел… Он же вроде у пшеков жил, тачки оттуда гонял… А когда-то вместе за Рабочий лазили… Бля, жизнь стала — пиздец. Никаких тебе сборов, за район никто не лазит. Ну, мы уже старые пацаны… Нам, само собой, не до этого. А молодые, блядь, где пацаны? Им это, на хуй не надо… Все только бабки, бля, зарабатывают. Кто — в ларьках, кто — на "Спартаке". Вот, бля, жизнь. Вот ты за Рабочий ездил?
— Ездил. Ты что, не помнишь? Совсем мозги отпил? Вместе ж ездили — когда я первый раз…
— Ну во, видишь? Все нормальные пацаны за Рабочий ездили. А сейчас что? Только смотрят свой видик. И ты тоже? — Он кивнул на кассеты под мышкой у Саши.
— И я тоже.
Саша и Оля шли по мосту через Днепр. Из зелени деревьев торчали пятиэтажки. Над ними дымили трубы завода Куйбышева. На "детском" пляже гонялись друг за другом три пацана в семейных трусах. На лавке сидели два мужика. Между ними стояла бутылка водки.
— …хочу, чтобы было три машины, — говорила Оля. — Обязательно один "мерседес" и одна "БМВ". Белые. А третья — тоже "мерседес" или "БМВ". В крайнем случае — "Ауди"…
— А если не белые? — спросил Саша.
— А какие?
— Ну, черные, например. Или серые…
— Не, ты что, какие черные? Это ж не похороны, это — свадьба. Скажешь тоже — черные… — Оля засмеялась. — А в свадебное путешествие я знаешь куда хочу, чтобы мы поехали? В Прагу. Лучше было бы в Париж, конечно, но туда очень дорого. А в Прагу — нормально. Ленка Колосова выходила замуж в мае — так они в Прагу ездили. Купили путевки в турфирме — "Алатан-авиатур". Приехала — вся в восторге. А свидетельницей у меня знаешь, кто будет? Наташка Ермолович. А ты уже решил, кто у тебя?
— Еще не думал про это.
— Возьми кого-нибудь из друзей. Главное, чтобы был неженатый. Может, Андрея?
— Ну, он, по типу, женат — неофициально. Или это не считается?
— Да? Я не знала…
— Он живет с девушкой.
— Не, если неофициально, то, наверно, не считается.
Оля и Саша перешли улицу, начали подниматься по ступенькам, выложенным плиткой. Плитка во многих местах отвалилась.
— Что, давай, может, решим, на какую дату назначить свадьбу? — спросила Оля. — Например, шестое сентября. Шестое девятого девяносто шестого — как тебе?
— Давай не торопиться. Сначала надо квартиру купить. Я не хочу, чтобы мы жили ни с моей, ни с твоими.
— А что ты так сразу — не хочу? А вдруг бы все нормально было?
— Я не хочу, чтобы вдруг. Я хочу, чтобы все сразу было хорошо.
— Тогда не покупай машину, лучше отложи деньги, чтобы сразу квартиру.
— Нет. Сначала машину, потом — квартиру. Квартиру — на будущий год. Тогда и свадьбу. Ладно?
— Ладно. Тогда можно, знаешь как? Девятого июля. Девятое седьмого девяносто седьмого. Тоже красиво. — Оля улыбнулась. — Ты когда поедешь за машиной?
— В четверг. В пятницу утром — там, к вечеру — дома.
На Советской площади у вечного