Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон
Кэтрин не верила, что костяная банда убралась насовсем. Рано или поздно они вернутся, но, возможно, не этой ночью. В конце концов, дорога здесь всего одна, остальное — густой лес, через который никому не пройти. Так что нет, ничего не закончилось, всё только начиналось.
Кэтрин вернулась в хижину, где Мириам послушно ждала её за столом.
— Я всё слышала, — пробормотала женщина. — Думаете, они вернутся сегодня?
— Сегодня вряд ли, — ответила Кэтрин, опускаясь на свой стул. — И всё же я побуду здесь ещё некоторое время и подежурю, а вы ложитесь спать.
— Вам не было страшно?
— Каждую секунду, — призналась Кэтрин. — Но это часть моей работы.
— Бояться?
— Преодолевать страх. И вы вовсе не обязаны платить за то, что живёте на этой земле. Разрушенная хижина никому не принадлежала. Вы со Стефаном восстановили её, посадили фруктовый сад. Вы вкладываете в это место свои сердце и душу. Вы свободная женщина и имеете право жить свободно.
— Да, мэм… то есть, Кэтрин. Но ведь всё это может исчезнуть в один миг, как ферма Джеспера Сэллоу.
— Я здесь для того, чтобы этого не произошло. И я намереваюсь выяснить всё об этой преступной банде.
Мириам кивнула. На мгновение Кэтрин показалось, что её глаза заблестели от слёз, но Мириам тут же сморгнула их.
— Я перемешала карты. Сыграем ещё партию, пока свет не погас?
— Конечно. Давайте… — Кэтрин осеклась. Слова о свете вдруг навели её на воспоминания о старой статье в газете. Ну, конечно! Она даже ахнула. — Фосфор!
— Простите?
— Вот, что заставляет краску на их костюмах светиться, — пояснила Кэтрин. — Все эти черепа и кости. Думаю, что в краску добавили фосфор. — Она не стала вдаваться в подробности, но вспомнила, что фосфор был открыт немецким алхимиком, который работал над выпариванием человеческой мочи до солей. Как раз из-за этой причуды Кэтрин и запомнила ту статью. Алхимик верил, что загустевшую мочу удастся сконденсировать в золото[62]. Он придумал воскообразное белое вещество, которое светилось в темноте и ярко горело. Совсем недавно, в 1630 году (это было основным предметом той статьи) лондонский учёный по имени Роберт Бойл[63] воссоздал это вещество и начал продавать его для поджигания небольших деревянных палочек с серными наконечниками, которые ещё не завоевали популярность, но могли найти широкое применение в далёком будущем.
— Расскажите поподробнее о местных поселениях, — попросила Кэтрин, видя озадаченное лицо Мириам. Они уже затрагивали эту тему сегодня по верхам, однако осознание того, что в краске использовался фосфор Бойла, имевший довольно высокую стоимость, сильно меняло дело. — Начнём с Эденборо.
— Да особо нечего рассказывать. Несколько лет назад, ещё до того, как мы со Стефаном сюда приехали, я слышала, что один человек из Эденборо застрелил индейца, который оказался сыном вождя. Индейцы пришли мстить, и бой был очень жестоким. В итоге большая часть хижин сгорела, погибло много людей. Мне кажется сейчас от Эденборо осталось одно название.
— Эта деревня находится в четырёх или пяти милях к западу?
— Кажется, да.
— Хорошо. Продолжайте, пожалуйста. Что насчёт Суйландта?
— Голландский городок. Большинство жителей — голландцы, и они вывешивают свои флаги на фасадах. Там всего несколько домов и небольшой магазин.
— И этот городок — где-то в пяти милях к северу?
— В пяти или шести, да… — Мириам поколебалась, и не без труда назвала её имя, — Кэтрин.
— И Чемберленс-Кроссинг. Он в трёх милях к востоку, верно?
— Примерно. Что ж, Чемберленс-Кроссинг — довольно большой город. Там проживает более ста человек. Есть две церкви и даже школа. Там строят новые дома. Ну, я бы назвала их домами, потому что они гораздо прочнее той хижины, что есть у меня. Я бы сказала, что тамошние дома… как бы их описать… они более…
— Добротные? — подсказала Кэтрин.
— Пожалуй, так.
— А в Чемберленс-Кроссинг есть представители закона?
— О, да. У них есть шериф.
— Хм, — задумалась Кэтрин. — А вы не рассказывали ему о своей ситуации?
— Рассказывала. И не я одна. Он говорил, что займётся этим вопросом, но костяную банду тяжело поймать.
— Не тяжело, если плотно взяться за дело. И как зовут этого так называемого шерифа?
— Мистер Догетт. То есть… шериф Догетт. Эйбл Догетт, если мне не изменяет память.
— Ясно. Я полагаю, городок получил своё название в честь моста, который мы вчера пересекли?
Кэтрин прибыла сюда вместе с Мириам из Нью-Йорка. Она ехала верхом, а Мириам правила своей лошадью, которая тянула небольшую повозку. Они пересекли реку Помптон по открытому мосту, который выглядел недавно обновлённым. После того, как его построили, речной перевозчик, каким бы трудолюбивым он ни был, оказался не у дел.
— Верно. И этот мост — божье дарование, — сказала Мириам. — Теперь мне и остальным, кто проживает на западном берегу Помптон-Ривер больше не придётся платить лодочнику, чтобы добраться до магазина на востоке. Мистер Хатчесон, владелец магазина, знаете ли, покупает у меня сидр и другие товары. То есть, раньше покупал. Примерно два месяца назад он сказал, что последняя партия сидра была испорчена, хотя это неправда! Но я отвлеклась. Город раньше назывался Гринфилдс, пока сюда не приехал мистер Бартон Чемберлен. Думаю, прежнее название было дано городу в честь зелёных лугов и полей[64]. А после того, как построили мост, город переименовали.