Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени

— Уже пытались неоднократно, — философски заметил Кирилл, слегка опираясь на трость. — Как видите, пока счет не в их пользу.

Строганов повернулся к принцу, его глаза были серьезны.

— Ваше Высочество, мы оба знаем, что запасы легкодоступной Пыли истощаются. Через пять, максимум десять лет, за контроль над глубокими аномалиями начнется глобальная бойня. Я предлагаю альтернативу. Испания может стать первой страной в Европе, которая слезет с этой иглы. У вас нет крупных аномалий, но у вас есть выход к морю и возможность для поставок нефти по морю. Я предлагаю вам инфраструктуру, которая сделает вашу промышленность независимой от капризов старых картелей.

Фернандо медленно кивнул, переваривая услышанное. Политические перспективы разворачивались перед ним во всем своем пугающем величии.

— Мой отец был прав, — усмехнулся принц, отрывая взгляд от двигателя и поворачиваясь к Строганову. — Вы действительно не торговец. Вы — архитектор катастроф для наших врагов. Что ж, Кирилл Андреевич… Пойдемте в закрытую зону. Я хочу увидеть цифры, чертежи и графики поставок. Думаю, министерству финансов Испании сегодня придется пересмотреть бюджет на ближайшую пятилетку.

Строганов лишь улыбнулся в ответ.

— Прошу за мной, Ваше Высочество. Уверяю, цифры вам понравятся. Особенно та часть, где мы говорим об эксклюзивных лицензиях на производство двигателей.

Они двинулись вглубь павильона, в сторону закрытых переговорных. Толпа репортеров попыталась броситься следом, но молчаливые бойцы из строгановской гвардии синхронно сомкнули ряды, отсекая прессу от вип-зоны.

Где-то в цифровом пространстве, виртуальная кошкодевочка удовлетворенно потерла лапки, наблюдая за взрывным ростом запросов на акции компаний Строганова. Игра перешла на новый уровень, и правила в ней теперь диктовали они.

Стены зала тайных консисторий в мадридском Королевском дворце помнили времена, когда испанская пехота диктовала свою волю половине земного шара. Но сегодня вековой гранит, укутанный потемневшими гобеленами с выцветшими гербами Габсбургов и Бурбонов, глушил звуки иного толка. Тяжелые створки захлопнулись с коротким металлическим лязгом. Сработали запоры, отсекая зал от внешнего мира толщей кладки и двойным контуром артефактного экранирования.

За длинным столом из черного дуба уже собралась верхушка королевства. В том числе военный министр генерал де Кордоба, адмирал флота Мендоса, бледный, словно залежалый пергамент, министр финансов сеньор Вильялобос, двое высших чиновников Тайной канцелярии и командующий королевской жандармерией.

Справа от пустующего монаршего кресла сидел старший наследник престола — инфант Карлос, принц Астурийский. Тридцатилетний гигант с тяжелой челюстью и холодными глазами военного моряка. На Карлосе был строгий мундир испанской морской пехоты без наградных колодок, воротник расстегнут, а на массивных костяшках пальцев темнели следы старых ожогов от пылевых разрядов. Карлос был тем самым молотом, который удерживал столицу железной хваткой, пока отец занимался политикой, в том числе за пределами королевства.

Но взгляды министров и генералов были прикованы не к наследному принцу. В дальнем конце стола, небрежно откинувшись на спинку кресла, сидел младший сын короля — инфант Фернандо. И вот его вид вызывал у присутствующих стойкое ощущение сюрреализма.

В Мадриде двадцатидвухлетнего принца знали исключительно как головную боль двора и любимца скандальной хроники. Повеса, завсегдатай закрытых игорных клубов в предместьях Толедо, дуэлянт, певец серенад под балконами замужних герцогинь и главный поставщик поводов для инфарктов у начальника столичной жандармерии. Человек, который на любых официальных мероприятиях демонстративно зевал, листал ленты в личном коммуникаторе или сбегал через черный ход при первой возможности.

Сейчас перед министрами сидел совершенно другой человек.

Никаких шелковых шейных платков, кричащих жилетов или перстней с редкими рубинами. Фернандо был одет в строгий, застегнутый на все пуговицы темно-серый костюм английского кроя. Ткань плотная, лишенная даже намека на блеск. Волосы гладко зачесаны назад и схвачены коротким ремешком на затылке. Пальцы младшего инфанта лежали на полированном дереве стола абсолютно неподвижно. Ни суеты, ни ерзанья в кресле. Ни единого взгляда в коммуникатор, который лежал рядом с его локтем экраном вниз. Взгляд темных глаз принца был собранным и предельно трезвым.

Двойные двери в торце зала с тихим шелестом разошлись. В зал вошел король Альфонсо.

Монарх был в простом адмиральском кителе без золотого шитья. В руке — неизменная трость из темного эбенового дерева. Альфонсо шагал быстро, чуть припадая на правое колено, но в каждом его движении сквозила та самая пружинистая легкость сильного Бета-Кинетика, пережившего десяток покушений.

Присутствующие синхронно поднялись на ноги, склонив головы. Фернандо встал первым. Без театральной спешки, четким армейским движением он обозначил идеальный протокольный поклон отцу, а затем повернулся к старшему брату.

Ладони двух инфантов встретились над дубовой столешницей. Рукопожатие вышло коротким и по-солдатски жестким. Карлос внимательно, с затаенным прищуром оглядел младшего с ног до головы, задержавшись на собранном лице и застегнутом под горло воротнике. На губах наследного принца расплылась редкая и откровенно понимающая улыбка:

— Надо же… Похоже, визит в снежную Россию и прогулки по застенкам Зимнего дворца пошли тебе на пользу, братишка.

Фернандо лишь слабо, одними уголками губ усмехнулся в ответ:

— Климат на берегах Невы бодрит лучше холодного душа, Карлос. Особенно когда видишь, с какой скоростью там закатывают в бетон тех, кто слишком много болтает языком.

— Садитесь, господа, — сухой, надтреснутый голос Альфонсо разрезал воздух, заставив всех мгновенно занять свои места.

Король опустился в центральное кресло, положил трость на специальные пазы подлокотника и сцепил узловатые пальцы в замок перед собой. Напряжение в зале стало осязаемым. Министр финансов торопливо поправил пенсне, нервно сглотнув ком в горле.

Альфонсо не стал тратить время на светские прелюдии. Взгляд монарха, тяжелый и лишенный возраста, медленно прошелся по лицам высших сановников:

— Повестка сегодняшнего заседания предельно конкретна. Мы собрались здесь, чтобы поговорить о Пыли. О том ресурсе, на котором последние полтора века держалась наша экономика, наш флот и само право династии занимать этот дворец. Точнее — о том, что этого ресурса у нас больше нет.

Министры переглянулись, но никто не посмел вставить слово.

— Внутренние поставки рухнули на сорок восемь процентов за последние три квартала, — продолжил король ровным голосом. — Зарубежные поставщики из «нейтральных» синдикатов взвинтили цены на боевую и промышленную Пыль почти в четыре раза. Британцы блокируют наши транспортные коридоры в Атлантике, прикрываясь досмотрами на предмет «контрабанды артефактов». Запасы в центральных арсеналах Кадиса и Барселоны тают со скоростью весеннего снега в