Кровь и дурман - Наиль Эдуардович Выборнов

— Обзвони всех, кто был на встрече, пусть усиливают охрану. И сам тоже побеспокойся об этом — если убрали китайцев, то могут попытаться добраться и до кого-нибудь из нас. Судя по всему, у нас война идет, Фрэнк.

— Опять, — сказал он.

— Опять, — подтвердил я. — Только теперь мы даже не знаем, с кем воюем, и кто наш враг. Все, Фрэнк, будь осторожен.

— Ты тоже, — ответил он.

Мы попрощались, я положил трубку на рычаг, в последний раз затянулся сигаретой и затушил ее в пепельнице. Допил остаток виски.

Взял блокнот и принялся черкать в нем — излить свои мысли на бумагу — хороший вариант для того, чтобы структурировать их. Ну и, конечно, мой обычный шифр — пишу на русском, только латиницей, чтобы не так просто было прочитать, если эти записи когда-нибудь попадут в чужие руки.

Написал — Синг Ки и Эдди Гонг — поставил крестики, хотя на их могилах крестов, я подозреваю, не будет. Написал несколько вариантов. А в конце добавил «новый босс в Чайнатауне». И нарисовал силуэт. Сам не знаю почему, но дорисовал ему узкие глаза.

Нет, хватит, так я ничего не решу. Надо поговорить с Анслингером, может быть он что-нибудь знает.

Я вышел в гостиную и обнаружил, что книга лежит на диванной подушке, а женщин больше нет — по-видимому, ушли спать. Исчез и мой пиджак, и подозреваю, что утром я найду его на вешалке.

Пошел в спальню, тихо разделся в темноте и лег рядом с женой. Она во сне обняла меня, а я какое-то время еще лежал и смотрел в потолок. Снова война. Снова война, мать ее.

Поместье Бронфмана в Монреале, на холме над городом, встречало гостей огнями во всех окнах. Вдоль подъездной аллеи выстроилась вереница автомобилей. Капоне вышел из своей машины, поправил галстук, оглядел особняк — он был из настоящего камня, основательный такой, с колоннами у входа. Сразу было ясно, что тут живет действительно богатый человек.

Доны таких пока не строят, предпочитая селиться в отелях или съемных квартирах. А вот Бронфман с точки зрения закона — легальный бизнесмен, так что ему вполне впору. Но с другой стороны, даже несмотря на небольшие проблемы с законом, Аль — тоже легальный бизнесмен, алкогольный магнат, владелец четверти алкогольного производства Канады.

Луи Кампанья, который исполнял роль телохранителя, держался чуть позади. Оружие было при нем, а вот у Капоне его не было — нельзя было, чтобы его взяли со стволом. Нет, все-таки какие же дурацкие здесь законы. Почему нельзя было сделать все как в США?

Хотя… Это ведь все еще часть империи, пусть и номинально.

— Веди себя прилично, — сказал Капоне Луи. — Тут не Чикаго.

— Всегда веду себя прилично, босс, — усмехнулся Луи.

Бронфман пригласил Аля на благотворительный прием, причина которого была вполне благородной — сбор средств в пользу монреальских безработных, которых становилось все больше и больше, пусть и не так много, как в Штатах. На самом же деле он хотел ввести Капоне в высшее общество и познакомить с новыми людьми. Это было необходимо, если Аль собирался вести тут бизнес.

Именно поэтому Капоне пришлось проделать немалый путь, приехать в Монреаль. Он, впрочем, не отказался — в свое время Сэм точно так же приехал к нему в Торонто для того, чтобы встретиться.

А прием проходил с размахом. Бронфман объявил об этом широко, пригласил репортеров. Он вообще умел играть на публику.

Они двинулись вверх по ступеням, кто-то из прислуги открыл им дверь. В зале уже было людно, официанты в белых перчатках разносили шампанское — тут это было легально, тут ведь не Штаты. Гости собирались небольшими группами, разговаривали. Капоне, как человек деловой, подозревал, что помимо банального обмена любезностями тут заключаются и самые настоящие сделки.

Сэм Бронфман нашел его почти сразу, едва Капоне переступил через порог зала. Он появился будто из ниоткуда, пожал Алю руку.

— Рад, что ты приехал! — сказал он. — Очень сильно рад увидеться.

— Взаимно, Сэм, — кивнул ему Капоне.

— Пойдем. Я тебя кое с кем познакомлю.

И они двинулись через зал, прямо к горящему камину, около которого собралась небольшая компания.

— Господин мэр, — тут же начал Бронфман. — Позвольте представить моего нового делового партнера, Альфонсо Капоне. Он недавно в наших краях, но уже вложил немало денег в местный бизнес. Аль — это Камийен Уд, мэр Монреаля.

Уд протянул руку, и Капоне пожал ее. Взгляд у мэра был цепким, он быстро провел им по Капоне, оценив дорогой костюм, после чего приветливо кивнул.

— Наслышан о вас, мистер Капоне, — сказал Уд, улыбнувшись. — Наша страна переживает не лучшие времена, и любой, кто готов вкладывать деньги в наши предприятия, а не выводить капитал за океан — желанный гость.

— Думаю, с такими людьми у руля, как вы, страна справится с кризисом, — отвесил Капоне ответный комплимент. Он сам не понял, как у него это вырвалось, но Аль был умен, и до него сразу дошло, что браваде уличного парня здесь не место, и вести себя надо сдержанно и с достоинством. — Я вложил немало денег в свой холдинг, и намерен вкладывать дальше. Верю в будущее этой страны.

— Похвальная позиция! — кивнул Уд, улыбнувшись еще шире. — Особенно сейчас, многие предпочитают придержать деньги до окончания кризиса.

— Мой старый друг, Лак… Чарльз Лучано, считает, что кризис — это лучшее время для вложения денег. Экономику надо спасать, а своей работой мы организуем рабочие места, даем людям хлеб.

— Насчет хлеба, — проговорил Уд. — Как обстоят дела в ваших суповых кухнях? Я слышал, что вы открыли несколько таких в Чикаго.

— Неплохо, — кивнул Аль, а потом поправился. — Ну хотя как сказать. Очередей за бесплатным супом все больше и больше, людям трудно. Но мы стараемся помочь, чем можем.

— Мы тоже стараемся, — кивнул мэр. — Начали несколько строительных проектов, пытаемся занять хоть часть свободных рук. Хотя выбить финансирование из бюджета достаточно сложно, как ни крути.

Они поговорили еще немного, причем мэр сыпал именами, которые Капоне старался запоминать. Ему это очень быстро начало напоминать игру, правда она давалась сложнее, чем те же игры в бандита. Но он понимал ее важность и старался