Эфиоп Ивана Грозного - Эдуард Тен

— А что годится, — наконец успокоился Бронислав.

На следующий день после утренней зарядки я повёл Тита в казарму жильцов. По договорённости с Брониславом тот пока не менял ничего в жизни жильцов и детей боярских — всё шло обычным порядком.

Мы шли вдоль казармы не спеша. Я хотел, чтобы Тит увидел всё сам — без прикрас и без моих подсказок.

Картина открывалась неприглядная. У дальней стены трое жильцов резались в зернь; проигравшийся парень с руганью швырнул кости и полез за кошелём. Чуть поодаль храпел детина в расстёгнутом кафтане, из-под которого выглядывала грязная рубаха. На лавке двое боярских сынков, развалясь, о чём-то шептались и лениво посмеивались. Кто-то спал прямо на полу, подложив под голову седло. Оружие на стенах висело как попало — сабли и колчаны со стрелами, луки в чехлах покрылись пылью, будто их не брали в руки месяцами.

— Смотри внимательно, Тит, — тихо говорил я. — Вот так выглядит служба, которую неисполняют как положено. Государь за стенами, а они…

Договорить я не успел: из-за угла грянул пьяный смех, и один из жильцов, пошатываясь, побрёл к выходу. На посту у ворот, как я заприметил ещё утром, стоял мальчишка лет пятнадцати и двое постарше. Все откровенно клевали носами.

И только на дальнем краю двора мои шесть новобранцев под командой Антона, в поте лица отрабатывали стойки и удары, которые я показал. На фоне запущенной казармы они выглядели как чужеродное пятно — единственный островок порядка в этом бедламе.

Тит молчал, но я видел, как он хмурится. Он запоминал. Именно этого я и добивался.

— Запомни это, Тит, — сказал я. — Так не должно быть. Никогда.

Он кивнул. Сомнений не оставалось. Тит был впечатлён. Осталось направить его в направление нужное мне. Назначить меня начальником службы охраны.

Нельзя сказать, что всё обстояло так уж плохо. Бронислав пытался поддерживать порядок, и жильцы несли службу, тренируясь. Однако присутствие в отряде привилегированных детей боярских вносило разлад. Они ни во что не ставили Бронислава, подчёркивали своё высокородное положение и соглашались стоять на посту лишь в самом тереме.

Вчера Бронислав и наставник по сабельному бою Терехов, старый сотник, уехали по делам в Москву. Оставленный за старшего Степан Курбский устроил выходной. Я привёл Тита в самый разгар праздного времяпрепровождения охранного отряда.

Отъезд Бронислава с наставником мы оговорили заранее. И Курбского поставили старшим не случайно — Бронислав ни на миг не сомневался, как тот себя поведёт. В итоге мы получили именно то, чего добивались.

Весь день Тит ходил задумчивый. После обеда, когда мы сидели в комнате для занятий, он раскрыл книгу и тут же захлопнул её.

— Искандер, зачем ты показал мне охранный отряд?

Я посмотрел на Тита и жестами показал на глаза, ухо и постучал по голове.

— Смотреть, слушать и думать… — задумчиво протянул Тит. — О моей охране должна заботиться дума. И в охрану набирают они. Я прикажу им сменить охранников, и они пришлют других. — Он вопросительно посмотрел на меня.

Я ещё раз постучал по голове.

— Думай, Тит. О чём мы говорили с тобой о твоём окружении? Твоя охрана очень важна для тебя. Напади сейчас бунтовщики или заговорщики — ты думаешь, эти смогут тебя защитить? Пришлют тебе других. Может быть, они будут лучше прежних, но кто тебе сказал, что они выполнят твой приказ? Шуйские или кто другой прикажет им — и они сдадут тебя.

Тит опять задумался.

— Так что же делать, Искандер? — Тит совсем растерялся.

— Самое главное — тебе нужны люди, преданные лично тебе, Тит. Верные и надёжные.

— А где я их найду? Я ещё маленький, и меня не послушают в думе, — вздохнул Тит.

— А ты их сам сделай и воспитывай.

— Это как, воспитывай? — удивился Тит.

— Даже те, что есть, — они-то хотят служить тебе, но служат так, что ни в какие ворота не лезет. Назначь начальника охраны — преданного тебе человека. Вот пусть он тренирует их до седьмого пота, чтобы они стали верными и умелыми. Ты приказал — они выполнили. Не спрашивая и не рассуждая. Твой приказ — это закон. А потом, Тит, я бы посоветовал тебе создать свой государев полк и держать его при себе. Рядом, чтобы в случае чего он был всегда под твоей рукой. Снаряжённый, обученный и преданный лично тебе.

— Целый полк? — ещё больше удивился Тит.

— Да, Тит, целый полк. И это только для начала. Нового образца — со своим снаряжением и вооружением. Показать всем, насколько он хорош, а дальше создать новую армию и надавать татарам так, чтобы они думали, прежде чем идти на Русь грабить и убивать. И не только татары — других хватает. Те же ливонцы, литовцы и прочие шакалы.

— А кто такие шакалы? — спросил Тит.

— Это мелкие шавки, на собак похожие. Хитрые и трусливые. Падалью питаются.

— А давай, Искандер, я велю назначить тебя начальником охраны. Ты верный мне человек. Знаешь, как обучать, и наверняка справишься. Ты же для этого показал мне, как живут жильцы? — хитро посмотрел на меня Тит.

«Смотри-ка, просчитал меня», — подумал я, глядя на Тита честными глазами.

— По правде говоря, я не думал становиться начальником охраны. У меня совсем другие планы. Я же рассказывал тебе о них. Чтобы их исполнить, потребуется много сил и денег. Поэтому я хочу как можно быстрее запустить дело, чтобы у меня были средства на другие задумки.

— Значит, ты не хочешь помочь мне, и меня убьют. — Разочарованно произнёс Тит.

— Ого, да тут манипуляция, давление на жалость? — в свою очередь удивился я. — Научил на свою голову.

— Ладно, Тит, не надо давить на меня. Конечно, я помогу тебе, но и ты должен помогать мне.

— Хорошо, Искандер, я сделаю так, как ты скажешь. — Улыбнулся хитрый манипулятор.

— Завтра объявишь общее построение всего охранного отряда и внимательно осмотришь всех: как строятся, кто как снаряжён. И при всех Гаврила зачитает приказ о назначении меня начальником отряда со всеми полномочиями. Дальше я сам. Стоишь и смотришь, как я буду говорить и распоряжаться. Больше ни во что не вмешиваешься. В последующем на первых тренировках будешь присутствовать