Эфиоп Ивана Грозного - Эдуард Тен

Отца и сына Савиных Трофим временно поселил у вдовы Серафимы Никитиной. Вдова с радостью приняла постояльцев за хорошую плату — да и умелые ремесленные руки всегда в хозяйстве нужны.

Я навестил их и сразу выложил на стол свои рисунки. Кузьма, правда, стал ворчать на такой расход пергамента — уж больно дорогой он был. Поэтому я расходовал его с особой бережливостью.

— Никак самострел, — сказал Агап. — Только смотрю, ложе чудное.

— Изготовить сможешь? — спросил я.

— Так чего тут делать? — хмыкнул он.

Борис внимательно изучил рисунок.

— А это спусковой крючок?

— Понял, в чём разница? — спросил я.

— Ну, этот зацеп не так сделан. Получается, когда тетиву ставишь, он крепче держит её. Токмо на крюк сильнее давить надо.

— Всё верно. А этот рисунок разобрать сможешь?

Я положил перед ним рисунок с кремневым замком в разрезе. Борис замолчал, изучая изображение.

— Что тут у тебя? — присоединился к нему Агап.

— По всему видать, приспособа к пищали. Энто вместо фитиля. Верно, Александр Иванович?

— Верно, Борис. Это кремневый замок. Вот четыре детали, крючок спуска. Здесь крепится в зажиме кремень, а это пластина, о которую он бьётся при спуске. Кремень высекает искру, которая зажигает порох на этой полке. Огонь проникает через отверстие в ствол, и происходит выстрел. Это крышка, которая сохраняет порох от ветра и тряски. От дождя, конечно, не очень спасает, а так вещь полезная.

Борис внимательно выслушал меня и стал уточнять непонятные детали.

— Это значит, Александр Иванович, ты по отдельности нарисовал, чтобы понятнее было?

— Молодец, сообразил, — похвалил я Бориса.

— Борька у меня сызмальства во всяких приспособах разбираться начал. Так что не сомневайся, Александр Иванович. Если надобно — изготовим. Токмо негде работу делать. Кузня нужна и место, где работать.

— Трофим, у кого можно будет кузню арендовать?

— Чего рендовать? — не понял Троша.

— На временное пользование за плату кузню взять. Инструмент у них свой.

Троша задумался.

— Лучше у Сысоя Климова. У него кузня больше, и он по мелкому лучше делает. Я ему железное корыто заказал, как вы велели.

— Ну что, возьмётесь изготовить самострелы, как я нарисовал?

— Сделаем, только материал хороший нужон.

— Скажите Трофиму — он достанет. А ты, Борис, над замком подумай, пищаль я принесу.

— Сделаем, Александр Иванович, а то тяжко без работы.

— Размер я указал. Делайте приблизительно под Бориса, чтобы он мог спокойно зарядить с поясного зацепа. Троша, в случае нужды оплати, что попросят для работы. Наконечники для болтов бронебойные, гранёные.

— А чего не сделать колесцовый, Александр Иванович?

— Разбираешься в них?

Борис кивнул.

— И как думаешь, почему? — поинтересовался я.

— Ну, наверно, больно дорого и… долго пружину взводить… О, пружина часто ломается, а пружина дорогая шибко.

— Удивил, Борис. Всё верно. Если часто пользоваться — пружина сломается быстро. Для воя не пойдёт. Да и в ремонте дорого обойдётся. Так что делай, как я указал.

Когда мы вышли от вдовы, я спросил Трошу:

— А что за мастер Сысой? Толковый или так себе?

— Хороший мастер, Александр Иванович. Хоть и молодой, да только умение его проверенное. Селяне за тонкой работой к нему идут.

— Хороший, говоришь…

Изготовление ствола для пищали — дело тонкое и сложное. Сейчас его отливали, что делало пищаль тяжёлой, или сваривали из полос железа, накручивая их на болванку. Сваривали кузнечным способом, сковывали, а потом сверлили дуло. Тут уж всё зависело от мастера и его уровня оснащения. Вроде сверлили вручную: закрепляли заготовку и на направляющих начинали сверлить ручным воротом. Тут можно подумать и придумать привод от водяной мельницы или с помощью лошади. Ладно, не буду заглядывать так далеко. Для начала арбалеты вполне укладываются в эти времена. Доспех любой пробивают. Нужно будет обдумать тактику ведения боя пехотой.

— Так чего с Сысоем, Санваныч?

— Пока договорись с ним, чтобы Савины работать начали, и отнесёшь им пищаль. Пусть думают. Что со строителями?

— Так работают. Разметку сделали, как вы указывали. Большой дом и три малых. Место под печи и кузнечные мастерские. Земля чутка просохнет — так они и начнут. Токмо, Санваныч, деньги на исходе. Пятьдесят рублёв, что мне дадены, почти вышли. У меня всё записано, ежели сомнения у вас есть.

Я посмотрел в честные глаза Троши. Вроде не врёт.

— Троша, уважение и доверие зарабатывают годами, а теряют в одно мгновение. Всегда помни, прежде чем обмануть меня. Своруешь копейки — потеряешь рубли.

— Не сомневайтесь, Санваныч. Ни в жисть подобного не сотворю.

— Пошли, неворующий ты мой, выдам ещё полтину. Надо что-то делать с этой мелочью, — проворчал я.

Рубль мелочью — ещё куда ни шло, но крупные суммы уже начинали тяготить объёмом и весом.

За задним двором усадьбы раскинулся небольшой пустырь. Там мы оборудовали турник, подобие брусьев и низкое бревно для качания пресса. Пресс качали по пять человек, обнявшись за плечи. Начали с десяти повторений за подход — пока три подхода, чередуя их с турником и брусьями. Все скрипели зубами и материли всё на свете, но потихоньку втягивались. В пятёрке царила круговая порука: «один за всех, и все за одного».

С моего разрешения Бронислав проболтался, что все, кто проявит себя в боевой и физической подготовке, будут приняты в специальный государев полк на командирские должности, на постоянной основе. Мотивация — серьёзная.

Моя шестёрка разрослась до девяти человек. Бронислав порекомендовал мне троих жильцов — из Новгорода, Пскова и Твери. Выходцы из незнатных семей, они с радостью согласились пойти в личную охрану государя. Парни мне понравились: простые, не гонористые, они сразу вписались в коллектив и тренировались с моими бойцами. Именно с моими, а не с государевыми. Я исподволь внушал им, что приказывать им может только один человек — я и только потом государь.

Среди новичков выделялся Валентин Грач. Спокойный, основательный парень. Ножи метал феноменально — из любого положения точно в цель. Я срочно заказал у кузнеца комплект по три ножа каждому и велел постоянно тренироваться, чтобы выйти на средний уровень. Тренером назначил Валентина. Сам, естественно, занимался вместе со всеми. Тит настоял, чтобы Валентин тренировал и его с братом. Тит вообще старался чаще заниматься с парнями по своей