Кровь и дурман - Наиль Эдуардович Выборнов

— Что случилось, босс? — спросил тот, едва увидел его.

По лицу понял, что что-то произошло. Кампанья знал его, как никто другой. Может быть, это он? Может быть, он специально отпросился?

Нет, это уже паранойя. Луи никогда не предал бы его. Да и если бы он хотел убить, то действовал бы аккуратнее, расстрел в ресторане — не его метод. К тому же кому, как не ему, было проще всего подобраться к Капоне, чтобы нанести удар?

Луи невиновен, это было видно по лицу. А еще он искренне беспокоился.

— Напали, кто-то из местных, — ответил Капоне. — Джимми мертв, стрелок тоже. Вызови адвоката, придется дать объяснения полиции. В крайнем случае — примешь дела, пока меня не выпустят под залог.

— Не ранен?

— Нет, — качнул головой Аль. — Действуй, Луи, времени не так много, скоро за мной придут.

Капоне двинулся наверх, подошел к лифту, и лифтер тут же открыл ему дверь. Скоро кабина поехала наверх, он вышел на нужном этаже и отправился к себе в кабинет.

Сел за стол и ослабил галстук, а потом вообще стащил его через голову и швырнул на стол.

Неудачно. Очень неудачно — только этого не хватало. Дел полно, и тратить время на разъяснение с полицией не хотелось.

Но с другой стороны. Кто-то из врагов после убийства Перри решился на открытую конфронтацию. Это даже хорошо — это значит, что враги показали себя. Осталось выяснить, кто именно.

Капоне криво усмехнулся, почувствовав, как натянулась кожа там, где был его знаменитый шрам. Они хотят войны? Они ее получат.

Первая неделя августа прошла неспокойно — мне пришлось мотаться по всему городу, разгребая кучу мелких дел, которые накопились за время моего отсутствия. Несмотря на то, что парни говорили мне, что все хорошо. Да, конечно, от ручного управления делами Семьи я отошел, все больше делегируя свои обязанности, но все равно приходилось работать. Валяться на кровати и отдыхать времени не было.

Сегодня было восьмое, суббота, и несмотря на общий выходной, впереди был день, забитый делами. Босс не знает отдыха, как я всегда и говорил, вот и сегодня у меня было назначено несколько важных встреч в моем социальном клубе. Первая из них уже на девять утра.

Я вошел в клуб без пятнадцати, чтобы успеть перехватить чашку кофе — все больше и больше становлюсь кофеманом в этой Америке, все-таки его пьют тут в каком-то безумном количестве — и увидел майора Ричардсона, который уже сидел за столиком с какой-то папкой в руках.

За время моего отсутствия он еще дважды получил пачки купюр по десять тысяч и продолжал свою работу. Прикормленный чиновник в Американском легионе мне был нужен, и я не собирался терять важный контакт. С ним вербовка пойдет лучше. А уж если учесть, что скоро солдаты моей компании с Кубы поедут в первый отпуск, встретятся с сослуживцами, расскажут им о том, чем они занимались… А что еще важнее — сколько заработали и как.

Люди потекут рекой. А мне нужно много, достаточно много, для задуманного в дальнейшем этой тысячи человек не хватит.

— Мистер Лучано, — сказал майор, поднимаясь мне навстречу. — Рад снова видеть вас в городе.

— Взаимно, майор, — я повернул голову к Марчелло, который приехал в клуб до меня, и показал ему два пальца — мол, приготовь две чашки кофе. И добавил: — Пройдемте со мной, разговор предстоит деликатный.

Мы двинулись в заднюю комнату, я пропустил военного первым, сел сам, а потом сел он. Достал пачку сигарет, пригласил Ричардсона угоститься, и он взял. Мы закурили.

— Как продвигаются дела с резервом? — спросил я.

— Список ожидания растет, — ответил Ричардсон. — У нас уже больше семисот человек, которые готовы присоединиться при первой возможности. Сами знаете, экономика еще в упадке, и есть достаточно людей, которые хотят вернуться в дело за хорошую плату. К тому же просочились слухи про Кубу…

— А вот об этом мы говорить не будем, — сказал я, махнув в сторону рукой с сигаретой. — На Кубе никого из моих людей не было. И то, что там случилось — это личная инициатива местных, которую они воплотили в жизнь своими силами.

— Конечно, — кивнул майор.

— Но семьсот человек — это хорошо. Я хочу увеличить набор.

— Насколько? — спросил Ричардсон.

— Мне нужно еще две тысячи человек, — сказал я. — Набор начинаем в ближайший месяц, проводим в течение полугода. Пусть приходят сюда же, но не все сразу, мы обсудим условия и все остальное.

— Две тысячи? — Ричардсон присвистнул. — Это в два раза больше, чем мы набирали в прошлый раз.

— Да, — я улыбнулся. Первоначальный план был выполнен, и теперь пришло время масштабирования. Три тысячи солдат дадут мне полный контроль над Кубой, и что немаловажно — дадут мне возможность участвовать в других операциях. А за последнее время у меня появилась пара идей.

Не совсем легальных, конечно, но я обсудил их с Донованом, еще когда был на острове, и он меня поддержал. Не сразу, пришлось кое-где надавить, кое-где подольститься, но так как все это будет происходить не в Америке, а на территории третьих стран… Да еще и в тех, что сейчас охвачены хаосом — революции происходят постоянно, Куба как будто взорвала бомбу в Латинской Америке.

— Сделаем, мистер Лучано, — сказал он. — Правда, набирать их лучше не только в Нью-Йорке.

— У вас есть люди в других городах?

— У меня есть друзья в Чикаго, Филадельфии и Бостоне… Они могут помочь, но…

— Деньги мы для них выделим, — я улыбнулся. — И к счастью, у меня тоже есть друзья в этих городах. Они могут помочь.

— Хотел еще вот о чем поговорить…

Мы стали обсуждать дела, но в голове у меня крутилось другое. Три тысячи американцев — это уже очень крупная сумма, которую мне придется выплачивать раз в месяц. А параллельно я собирался начать набирать кубинцев. Сейчас вояки из них так себе, но мне нужны были испаноязычные солдаты. К счастью, инструкторов у нас сейчас достаточно, так что их подтянут до нормального уровня.

И пусть платить им можно будет меньше, но даже если их будет