Рунный маг империи. Том 5 - Георгий Сомхиев

Старик тяжело выдохнул и на мгновение задержал взгляд на паре бойцов, отрабатывавших неподалёку рукопашный бой.

— Наконец находишь нормального преемника на должность главы, передаёшь дела и думаешь, что теперь тебя точно оставят в покое, — продолжил он уже спокойнее. — А тебе тут же напоминают, что накопленный за столько лет боевой опыт желательно кому-нибудь передать, чтобы он не канул в небытие.

На последних словах старик постучал пальцами по навершию меча.

— Вот, казалось бы, с этим тоже разобрался. Выцепил молодых талантов, обучил, передал все накопленные знания. Живи, наконец, для себя. Дом возле озера, лес, тишина. Рыбачишь, читаешь, никто тебя никуда не гонит, — Рикард внезапно остановился и крикнул в сторону одного из бойцов: — Да что ты делаешь? Что ты ему всё лицо подставляешь? Корпус левее, вес на заднюю ногу распределяй. Тьфу ты, а ещё элитой называться хотят.

— Это новобранцы. Ещё научатся, — примирительно улыбнулся в ответ Маркус. — А что дальше случилось, мастер?

— А вот что случилось, — вернулся к теме разговора старик. — Первое время мне всё нравилось. Потом проходит месяц, другой, и начинаешь понимать, что завтра тебя ждёт ровно то же самое. Через неделю тоже. И через месяц, и через год. Я большую часть жизни чем-то занимался, а тут однажды просыпаешься утром и даже не понимаешь, зачем вставать с кровати. Чтобы посидеть, пожрать, на озеро поглядеть и снова спать?

— Получается, вам просто стало скучно, — подытожил Маркус и вновь улыбнулся.

Рикард тут же повернул к нему голову и несколько секунд молча смотрел в лицо.

— Я тебе несколько минут объяснял гораздо более сложную мысль, а ты свёл всё к одному слову, — сухо произнёс он.

Улыбка Маркуса стала только шире. Старик раздражённо махнул рукой.

— Ладно. Стало скучно. Только не надо никому рассказывать, что я вот так взял и сразу переобулся, как только получил то, чего хотел, — предупредил мастер Рикард. — Просто это не моё. И точка.

— Никогда бы не посмел, — совершенно серьёзным голосом ответил Маркус. — Тем более, кто часто переобувается, у того ноги не воняют.

— Боги, как я вообще тебя терпел, пока тренировал… — с невероятной тяжестью в голосе произнёс старик.

— Ну почему терпели? Когда вы закинули меня одного на нижний этаж Подземелья с одним мечом, без еды и воды, вы выглядели довольно счастливым, — напомнил Маркус, на мгновение прикрыв лицо ладонью.

Рикард выразительно посмотрел на бывшего ученика, прекрасно распознав издёвку.

— И то правда, — не стал спорить наставник и продолжил: — В общем, я уже сам начал думать, чем заняться, когда снова объявился старый друг. Тимион мне давно говорил, что Академии не хватает не очередного преподавателя, который наизусть знает учебную программу, а человека, который понимает, что происходит, когда настоящий бой внезапно перестаёт идти по этой программе. Я ему каждый раз отвечал, что раз согласился руководить Академией, пусть теперь сам и разбирается со своими проблемами, а ко мне не лезет.

При упоминании следующего участника этой истории Рикард замедлил шаг.

— Потом подключился император. Вот честное слово, лучше бы просто приказал, — Рикард досадливо махнул рукой и потёр переносицу. — Тогда я хотя бы мог честно возмутиться, что государство опять не даёт старому человеку спокойно пожить.

— Его Императорское Величество не настолько глуп, чтобы обращаться именно к вам с таким подходом, — заметил Маркус, но Рикард не обратил на это внимания.

— И вот вместо приказа он пригласил меня на аудиенцию, где был предельно вежлив. Рассказал, сколько в Академии способных учеников, насколько им пригодится мой опыт, напомнил, что новое поколение всё равно кому-то нужно готовить. А под конец ещё отдельно уточнил, что прекрасно понимает мой возраст, ни на чём не настаивает и решение, разумеется, полностью остаётся за мной.

Старик остановился и развёл руками.

— И попробуй после такого сказать: «Нет, Ваше Императорское Величество. Мне лень. Я лучше ещё несколько лет буду сидеть в кресле-качалке и ловить рыбу».

— Особенно, если рыбалка к тому моменту уже осточертела, а желание гонять молодых учеников осталось, — невозмутимо заметил Маркус.

— Это здесь вообще ни при чём, — отрезал он, но спустя пару секунд всё-таки тяжело выдохнул. — Хотя сильно уговаривать меня, действительно, не пришлось. Я и сам понимал, что пора чем-нибудь заниматься. А так помогу старому другу, вернусь к делу и посмотрю, чему теперь учат молодёжь.

Рикард ненадолго перевёл взгляд на тренировавшихся неподалёку бойцов и недовольно поджал губы, однако на этот раз от замечаний удержался.

— В любом случае нянчиться с учениками я не собираюсь, — старик почесал лысину. — Если пришли в Академию, значит, должны быть готовы работать. Специально калечить никого не стану, но и превращать занятия в прогулку только потому, что кому-то стало тяжело, тоже не буду. Пусть привыкают ко вкусу жизни.

Рикард окинул бывшего ученика оценивающим взглядом и продолжил:

— Ты вот до сих пор живой. Хотя когда-то тоже был уверен, что я требую слишком много. Значит, требовал ровно столько, сколько было нужно, — с важным видом заявил старик. — А если кому-нибудь из родителей захочется приехать и объяснить мне, что их драгоценного наследника нельзя настолько нагружать или, не приведи боги, калечить, пусть приезжают. Хоть какая-то отрада — поставить их на место и напомнить, что такое Академия и что такое долг аристократа.

— По-моему, этой части вы ждёте едва ли не больше самих занятий, — Маркус покачал головой.

— Не больше, — Рикард задумался на мгновение и всё-таки усмехнулся. — Но отрицать, что жду, не стану. Когда долго живёшь в тишине, даже самоуверенные идиоты начинают казаться неплохим развлечением. Хотя почему даже? Пожалуй, они всегда были такими.

— Бедный ректор. Он ещё пожалеет, что столько лет вас уговаривал стать преподавателем, — Маркус тихо рассмеялся.

— Поздно. Теперь я согласился, — старик равнодушно пожал плечами. — Пусть сам разбирается с последствиями.

Некоторое время они продолжали гулять по залу, наблюдая за бойцами. Затем Рикард задумчиво провёл большим пальцем по гарде.

— К слову об учениках. Твой младший ведь сейчас тоже в Академии, — произнёс он уже серьёзнее. —