Пенрик и Дездемона. Книга 3 - Лоис МакМастер Буджолд
Реде внимательно слушал, не перебивая. Пен сделал глубокий вдох.
– Первой магией, которую мне показал мой демон, было уничтожение блох и других насекомых-вредителей. Убийство – самый быстрый и эффективный способ избавиться от хаоса: падение из жизни в смерть – самый крутой переход от порядка к беспорядку из всех возможных.
Обратный подъем – ведь жизнь создавалась из существующей в мире материи – был не менее удивителен. Флорина помогла Пену в полной мере осознать это, но на самом деле, если задуматься, чудо было в каждом его дыхании, в каждом кусочке пищи, что он проглатывал.
– И потому, если мне придется много исцелять, понадобится лучший выход для хаоса, нежели парочка постельных клопов. С этим можно разобраться позже. Я хочу сказать, что моя восходящая магия не исцеляет напрямую. Она восстанавливает порядок в чужом теле, чтобы то могло быстрее исцелиться. А значит, еще одним лимитирующим фактором, помимо нужды в выходе для хаоса и угрозы теплового удара, является то, какой объем помощи тело может принять за один раз. Я не могу мгновенно исцелить рану, как любой человек не может за один присест съесть месячный запас еды. Требуются многократные небольшие дозы. И если болезнь развивается быстрее, чем тело способно усвоить мою помощь, мои усилия будут тщетны. Если болезнь миновала точку невозврата, моя магия будет потрачена впустую.
– Ты исцелил меня, – неуверенно возразил Аделис.
Реде взглянул на покрытое шрамами мрачное лицо своего командира, и его глаза расширились от понимания.
– Я могу исцелить человека. Но не могу исцелить армию. Если заболеет много людей, мою работу придется дозировать. – Пен нахмурился. – Возможно, нам придется выбирать пациентов мудро и жестоко. Будучи военным врачом, вы должны понимать, как это работает.
Реде потер лоб. Судя по его унылому лицу, он понимал это лучше Аделиса.
– Я еще не работал на поле битвы, но мастер Оридес иногда упоминал эту проблему. Если нам удавалось его напоить.
Пен кивнул.
– Со стороны результаты моей работы кажутся случайными, хотя таковыми не являются. Но когда страх и надежда сливаются в безумном объятии, могут возникнуть печальные заблуждения по поводу моего чародейства.
– Вы говорите так, словно испытали это на личном опыте, – заметил Реде. – Как мастер Оридес.
Пен махнул рукой, сдаваясь.
– Два прежних седока моего демона были действующими целительницами Ордена Матери. Если полностью принять в расчет их карьеры до и после того, как им вручили храмового демона, получится около девяноста лет медицинской практики. – Не считая пяти лет его собственных плодотворных, ужасных попыток практиковать целительство в Мартенсбридже. – Поскольку мне всего тридцать три, иногда это производит… странное впечатление.
Аделис вскинул брови. Он что, никогда прежде не занимался арифметикой?
На дальнем конце двора появился офицер, заметил Аделиса и целеустремленно зашагал к нему. Аделис оттолкнулся от колонны и пошел ему навстречу. После тихой беседы офицер встал в стороне, ожидая. Аделис вернулся к скамье.
– Срочное дело. Пока я вас покину, но, Пен, сообщи мне, как только появится какая-то существенная информация. – Как будто Пен был одним из его солдат. Очко в пользу Никис.
Дездемона захватила контроль надо ртом Пенрика.
– Аделис, на два слова, пока ты не ушел.
– Хм? Это вы, мадам Дездемона?
– Да, парень.
– Демон говорит вашим ртом? – ошеломленно спросил Реде.
– Да, – вздохнул Пен.
Реде посмотрел на своего командира.
– Вы можете их различить? Как?
– Практика, – саркастично ответил Аделис. – Признаюсь, иногда я просто сдаюсь и думаю о них как о «свойственнике».
– Как бы там ни было, – перебила Дез, на удивление серьезная. – Я позволю тебе завербовать Пенрика для этого дела, потому что остановить его сейчас будет непросто. Но в ответ ты должен дать мне обещание.
– Да? – с опаской спросил Аделис.
– Раз ты направил его на этот путь, то ты должен будешь сказать, когда свернуть с него. Потому что сам он не остановится – и все кончится очередной чертовой ссорой. Замолчи, Дез. – Пен захлопнул рот. Но она пересилила его и добавила: – Вы здесь главный, генерал Арисайдья, и даже Пену придется это признать. Эта ноша должна быть вашей.
– Я не склонен позволять демону хаоса диктовать мне мои обязанности, но я вас понял, мадам Дез. Посмотрим.
– Уклонист, – проворчала она ему вслед.
– Зато честный, – возразил Пен. – Без сомнения, это одна из его лучших черт.
– Ха.
Реде следил за их разговором с растущим… это нельзя было назвать недоверием или неверием, быть может, любопытством человека, ждущего новых доказательств. Верного своему призванию.
Пен стиснул ладони коленями, размышляя, как поступить дальше. Первым делом. Дальше первым делом.
– Дез, за свои двести лет кто-то из вас – кто угодно, необязательно целитель – сталкивался с этой болезнью?
– С эпидемиями и инфекциями – да, но… – Она пожала его плечами. – Болезнь может сломить тело ограниченным числом способов. И потому набор симптомов по большей части нам знаком. Единственная новая вещь – жуткие обширные кровоподтеки. Очень симптоматично.
– Первоочередная, – начал Пен, – нет, самая важная задача – установить, как она передается от своего источника людям или от человека к человеку, если это происходит таким образом. Прямо сейчас я должен проверить, что способна сделать простая восходящая магия. И узнать это мы можем только экспериментальным путем.
Он поднялся на ноги. Мгновение спустя Реде последовал его примеру, устало оттолкнувшись от скамьи.
– Когда мы вернемся, не представляйте меня как чародея, – сказал ему Пен. – Скажите, что я просвещенный святой, которого генерал привел, чтобы помолиться за больных. По сути это не будет ложью. Но на данной стадии крайне опасно вселять ложные надежды. – И мгновение спустя добавил: – Или ложные страхи. У некоторых людей совершенно безумные представления о магии. Не только у квадренцев. Обычно я с удовольствием учу тех, кто готов слушать, но сейчас неподходящее время. – И после еще одной паузы: – За исключением вас. Вы должны знать.
– Да, – мрачно произнес Реде. – Должен. Покажите мне.
Он отвел Пена к двери другой палаты, следующей за той, где лежал его мертвый наставник. Пен догадался спросить:
– Сколько больных еще живы?
Какие усилия от него потребуются?
– Около тридцати, согласно последнему отчету. Еще двух принесли сегодня утром. И один скончался. – От этих печальных расчетов его лицо помрачнело еще сильнее.
Реде откинул кожаную занавеску, и Пен, сделав глубокий вдох, переступил порог.
Снова шесть коек. Один человек пока еще был в состоянии дойти до стула-туалета при помощи двух
Ознакомительная версия. Доступно 33 из 165 стр.