Безымянная страна - Кейт Эллиот

— И что самое худшее? — спросил Кем.

Капитан встретилась с ним взглядом и смотрела так долго, что он покраснел до корней волос.

— Вы так молоды, — сказала она, не критикуя, а констатируя факт. — Это странно, ведь у вас такой же оттенок волос.

— Такие же волосы, как у кого? — спросила Ипис. — У тебя волосы странного цвета, Кем. Я никогда не видел таких в центральных землях. На Проклятом побережье иногда можно увидеть иностранных моряков с похожими, но не такими блестящими, как у тебя. Их одежда была невероятно застиранной, словно изношенный шелк, который терли слишком много раз.

Девочкой Элен шла по жизни, зная только то, что было у нее под ногами и до чего можно было дотянуться руками. Ей не с чем было сравнить свою жизнь. Не было способа измерить это, сделать выводы или увидеть, где цепочки соединяются, чтобы проложить путь от одной мысли к другой. Поэтому она никогда особо не задумывалась о том, что волосы Кема были похожи по цвету на волосы его матери, которая пришла с севера. Когда Ао была ребенком, ей каждый месяц коротко стригли волосы, которые отросли только после того, как они сбежали. И только когда они добрались до империи, они поняли, какой у них необычный цвет.

Но это был вопрос для другого раза. Такой шанс может больше не представиться.

Она вмешалась:

— Капитан, может ли передатчик вызвать одного из Лишенного из Белого Моря и, возможно, задать ему вопрос или передать сообщение?

— Передатчик мог бы это сделать, но для этого ему нужно настоящее имя Лишенного. Таким образом, мы оказались в тупике, так?

— Нет, капитан, если бы у вас была возможность вернуться в Белое Море вместе со мной. Или вы могли бы передать мне ответ, если без меня.

— Загадочное предложение. Но в данный момент, как вы, наверное, заметили, нас везут в Южное Кольцо, как мне и было поручено. Этот принц по имени Гевулин, кажется, особенно озабочен тем, чтобы вы не потерялись, и, поразмыслив, я пришла к выводу, что он знает, что вы осге и что это значит. Итак, позвольте предупредить вас, что я бы не стала ему доверять.

— Как вы смеете проявлять такое неуважение к Его Возвышенному Высочеству! — воскликнула Ипис.

— Смею? Какое отношение имеют ко мне ваши обычаи? Он не имеет власти ни надо мной, ни над моими людьми. Мы заключаем союз не с ним. А теперь, если позволите, мне нужно отдохнуть. Этот разговор стал утомительным.

Она закрыла глаза, и Элен вынуждена была признаться себе, что скучает по завораживающему блеску в глазах передатчицы. Капитан не была морским волком, во всяком случае с такими крыльями. Судя по ее имени, она больше походила на золоченого ворона. Умная и сообразительная. Не человек и не животное, а существо другого рода, сотканное из знакомых нитей в совершенно иную ткань. Как могли возникнуть такие разные по форме и способностям существа, как люди, айвуры, гагасты, сволтеры, таинственные фрегиры и даже величественные драконы? И кем же была она сама — не совсем человек, но и не кто-то другой?

Магия ли соткала мир и его обитателей, или мир соткал магию?

Люди-теургисты связывали и освобождали духов стихий; это была магия, которой они владели.

Колдовство, похоже, питалось более темными потоками. Если колдовство было связано со Спорами, то это, возможно, означало, что колдуны могли черпать или трансформировать жизненную силу, которую они высасывали из живых существ — что-то вроде заклинания перехода, которое она в шутку описала Кему. Только высасывание жизни из другого живого существа было не шуткой. Если это правда, то неудивительно, что колдовство осуждалось как зло и порок.

И, если правда, что обычные качества айвуров были усилены магическим заклинанием, дававшим им необычайные способности, — по крайней мере, по сравнению с людьми, — то неудивительно, что Императрица Магнолия смотрела на них с подозрением. Неудивительно, что, заняв трон, она изгнала всех айвуров из центральных земель. Императрица могла обоснованно опасаться, что со временем айвуры поверят, что могут сокрушить и завоевать империю, которой правят простые люди.

Не на это ли надеялся принц Гевулин, вступая в союз с леди Элеавоной? Чтобы использовать ее союз с айвурами против своего собственного народа?

Чем больше Элен думала о мосте, построенном айвурами, тем больше это ее беспокоило. Люди были пойманы в ловушку Пеленой, но не айвуры. Они могли в любой момент прорваться через последний переход в провинцию Лесоповал, и, если бы дела у них пошли плохо, с легкостью отступить за пределы досягаемости имперских армий. Если уж на то пошло, как насчет общин айвуров, которые жили на границе с Запустением? Были ли они невинными жителями, или что-то скрывали?

Кем заерзал на скамье. Ипис покачала головой, словно предупреждая его не беспокоить передатчицу. Честно говоря, несмотря на то, что капитан, возможно, на самом деле спала, Элен показалось, что эта женщина могла бы отрубить головы всем троим, даже не открывая глаз.

Она облокотилась на край открытого окна и смотрела, как мимо проносится сельская местность. Вдоль дороги тянулись скошенные поля, ряды фруктовых садов, покрытые инеем канавы и ровная вереница домов, которые вытянулись параллельно дороге. Эти жилые дома были отделены от насыпи утоптанной грунтовой дорогой, которая во время весенних дождей превращалась в грязь.

Она не помнила, чтобы пейзаж выглядел таким убогим, но, вероятно, она не понимала этого тогда, когда они с Ао ходили в качестве искупителей в свите леди Элеавоны, и все они были детьми. Большая часть их путешествий проходила по обычным дорогам, когда благородная девушка путешествовала от одной королевской виллы к другой, от священной дороги к горьким озерам и обратно, в безопасное Южное Кольцо, где проводила самые тяжелые месяцы суровой зимы. Только господам было позволено ходить по священной дороге, защищенной от Спор. Искупители шли рядом по грунтовой. Она никогда не видела эту землю или подходы к Южному Кольцу с высоты священной дороги.

Люди в селах и деревнях напоминали Элен призраков: тонкие, бледные, хрупкие на вид, они рубили дрова и таскали воду. Группа детей укладывала камни, их голые руки покраснели от холода. По грязной дороге брел лудильщик в тряпичном плаще, ведя за собой осла, который выглядел более упитанным, чем он сам. Чуть дальше стояла кузница, от ее каменных стен исходил жар. Рабочие сараи ремесленников были построены овалом вокруг кузницы,