Имя зверя - Тим Волков

Путь ему преградил Мартен.

— Не тронь ее! — чеканя слова, произнес мальчик.

Ворон язвительно спросил:

— Драться со мной будешь?

— Если понадобиться — то буду!

— Ну тогда сам напросился!

Ворон стремительным броском подскочил к Мартену прямым ударом залепил тому прямо в нос. Мальчик охнул и вновь упал на пол.

— Щенок!

В атаку пошли лисички — все сразу. Ворон зарычал, но с ловкостью смог отбиться от всех, не церемонясь раздавая увесистые оплеухи противникам.

— Ребята, а ну вяжите этих! — тяжело дыша, произнес Ворон, кивая на поверженных подростков. — И в темницу их. Пускай сидят, пока господин Уэн к нам не придет. А там мы их ему как подарок вручим дорогому гостю. А лучше прилюдно сожжем, на потеху толпе. Пусть все знают, что время гнета кончилось. Наше время настало. Наше!

— А с крысой что делать будем? — спросил помощник Ворона, поднимая Бульку за хвост. Грызун пищал, ругался, но вырваться не мог.

— Туда же, к ним, — небрежно махнул рукой Ворон и подошел к Бею. — А ты, предатель, чего молчишь?

Бей попытался что-то сказать, но лишь прошамкал — разбитые губы и зубы не дали ему нормально произнести ни слова.

— С тобой мы даже церемониться не будем!

Ворон подошел в плотную к доктору, поднял того за волосы.

— Что же это ты на старость лет решил врагам помогать?

— Они не враги! — морщась, ответил Бей.

— Ну как же не враги? Еще какие враги! Из самой Провинции к нам пожаловали. Видал какие у них одежды? А теперь на наши лохмотья посмотри. Понимаешь разницу?

— Не в одежде дело.

— Заткнись! — Вором отвесил Бею звонкую пощечину. — Ты давно мне не нравился. Какой-то ты не такой, не как все. Ходишь, травки собираешь, кузнечиков ловишь, вместо того чтобы как все в поле рис садить и спины до темна гнуть.

— Я же врач! — простонал Бей. — Я лечил вас, и тебя в том числе.

— Когда свергнем Императора никого лечить уже не надо будет — потому что болеть не будем! — уверенно заявил Ворон.

Толпа уважительно закивала.

— Все болезни от того, что едим всякую гадость, нормальную пищу отдавая государству и горбатимся в поле днями и ночами. Но это в прошлом. Другое время наступает. Наше время. Гао, подай нож.

Плюгавый старичок протянул Ворону небольшой клинок.

— Да вы все с ума по сходили! — плюясь кровью, прокричал Бей.

— Может быть, — внезапно легко согласился Ворон, проверяя большим пальцем остроту лезвия. — Кто же его знает, ведь доктора то отныне у нас нет!

И одним резким движением вонзил нож в живот Бея. Доктор сипло выдохнул, сморщился, начал заваливаться на пол. Халат бедолаги быстро пропитался кровью, хлещущей из жуткой раны — Ворон ударил умело, вспарывая лезвием почти весь живот.

— Я… — выдохнул Бей, силясь подняться с колен. Не смог. Лишь повторил: — Я…

И опрокинулся на спину, замолчав навсегда.

Ворон оттер о штанину окровавленный нож, брезгливо пнул ногой Бея по ноге. Приказал остальным:

— Этих, — кивнул на пленников. — В темницу, до моего распоряжения.

Потом, остановив задумчивый взгляд на Веики, махнул рукой.

— А ну, постой. Эту деваху оставь, давай ко мне.

И потирая вздыбленную промежность и заливая смехом, произнес:

— С лисами у меня еще не было!

На углу Яншо, Темной Западной улицы, и безымянного переулка, прижатого с двух сторон каменным забором, облачившись в простое черное одеяние шел Фэй Фо. Уличные фонари горели блекло, многие и вовсе потухли — из-за экономии огненного масла их стали заправлять скверным горючим, которое в сырую погоду никак не хотело разгораться. Однако маг хорошо знал дорогу и в случае необходимости мог спокойно ориентироваться в полной темноте.

Где-то поблизости, в подворотне, ругался фонарщик, тщетно пытаясь запалить потухший светильник. Фэй Фо остановился, прислушался. Городской работник в полголоса поминал нехорошим словом Императора — именно он, по мнению работяги, был виновен в том, что вместо хорошего масла теперь используется дешевое топливо, сильно разбавленное не пойми чем.

Фэй Фо улыбнулся. Святая простота не понимает глубинных причин. Ему видится лишь самая верхушка, и он хмурится и браниться, искренне веря, что все это — простая прихоть Его Величества.

Прихоти же в этом не было ни капли. Масло нужно было для других целей. Для более значительных и важных целей. А именно — сдерживания войны. Не меньше.

Тайным собранием два года назад Род Северного Ветра в обмен на некоторые послабления со своей стороны внес в Договор о Перемирии дополнительный пункт в размере подати. Роду Огня Перворожденного полагалось дополнительно к имеющемуся налогу ежегодно отгружать двадцать даней огненного масла. Двадцать даней, или сорок глиняных кувшинов — очень много для Рода. Отсюда и строгая экономия. Но другого выбора нет. Поддержание мира нынче — дорогая штука.

Маг щелкнул пальцем и фонарь блекло вспыхнул, огонь, рожденный не сложной магией, живо занялся. Фонарщик удивленно огляделся, но никого не увидел — маг скрылся за поворотом.

Работник ворчливо пробубнил:

— Развелось демонов! И все из-за Императора — дал послабление гадинам этим! Простым людям пройти спокойно нельзя. Глядишь — и голова так вспыхнет, сама по себе. А кому потом претензию предъявлять?

Фэй Фо миновал северный хутун, разминулся с караулом, лениво бродившем по ночным улицам, зевающими и откровенно скучающими. Нарушителей, слоняющихся по Провинции в столь поздний час без дела, не было. Кроме Фэй Фо разумеется. Но поймать его, при всем желании, караульщики не смогли бы — не хватило бы ловкости. Да и не стали бы рисковать — связываться с магом себе дороже. Тем более с деканом огненного храма. Проблем потом не оберёшься.

«При случае надо будет сообщить генералу Цяну о скверной дисциплине его подчиненных», — отметил маг, выходя на широкую улицу, в конце которой возвышался огромный дом.

Тот странный гость с катарактой на глазу не давал покоя Фэй Фо. Вот и сейчас в мыслях крутился недавний разговор. Незнакомец говорил много слов. И некоторые, кажется, застряли в душе мага. Может быть действительно все не так на самом, как представляется? Может быть маг все видит только с одной стороны, а есть и другая?