Паук в хризантемах - Тим Волков

Но едва она случайно дотронулась до повреждённой ноги, как разум вспыхнул огненно-красной вспышкой.

«Никто мне не поможет кроме меня самой, — с обреченностью подумала Баожэй и прижалась спиной к стене. — Надо идти. Иначе умру».

И она вновь, стиснув зубы, давя в себе истошный звериный крик, двинула по коридору.

Отчаяние и страх путали ее ноги. Несколько раз приходила коварная мысль — сдаться, просто лечь тут и уснуть. Ведь так хочется спасть. Такая слабость…

Порой, когда волны боли не давали сделать даже глотка воздуха, Баожэй останавливалась и начинала стонать, ожидая что вскоре наступит смерть. Но смерть не наступала, боль спадала так же быстро, как и приходила, и женщина продолжала путь.

Хуоджин сильно отстал. Потом и вовсе затих. Баожэй даже показалось что он умер. Возможно, так оно и было на самом деле, но останавливаться чтобы убедиться в этом женщина не желала, понимая — спасение в том, чтобы найти хоть кого-то, кто сможет помочь ей. Но, как назло, никого не было. Дворец был пуст, словно вместе со смертью Императора его покинули и все его слуги.

— Кто-нибудь! Помогите! — попыталась крикнуть Баожэй, но вместо крика изо рта вырвался какой-то вороний клекот.

Горло пересохло, язык стал словно рисовая бумага.

«Нет, главное не сдаваться, бороться до конца, как ты всегда и делала! Это единственная сложность, которую надо преодолеть, чтобы взойти на престол. Все остальное — чепуха. Совет проголосует за тебя большинством. Потом будет церемония коронации, отречение от мирского, приобщение к свету, и множество лет правления Провинцией. Только пройди этот проклятый коридор, найди хоть одного человека. Боги, кто бы сейчас не попался, если он поможет мне, я подарю ему столько золота, сколько он сможет унести. Я сделаю его придворным послушником. Только бы он вышел. Ну хоть кто-нибудь!»

И словно услышав молитвы, из-за угла, ковыряя в носу пальцем, неспеша вышел слуга. Он пел незамысловатую песенку, иногда громко икая. Увидев Баожэй, он вытянулся по струнке, замер.

— Помоги мне! — прохрипела Баожэй, сползая по стене на пол. От рук остались кровавые разводы.

— Госпожа Баожэй! — вскрикнул слуга, увидев распластанную на полу женщину. — Что с вами случилось? Вы вся в крови!

— На меня напали! — простонала женщина, оглядываясь назад — нет ли там Хуоджина, этого гнусного человека, которому она, признаться честно, доверяла и наделась на его помощь в первые дни нового оправления.

— Я позову стражу! — всполошился слуга.

— Нет! — выкрикнула Баожэй, посмотрев на слугу совершенно безумными глазами. — Останьтесь! Не оставляйте меня здесь одну!

— Хорошо-хорошо, — попытался успокоить ее слуга. — Что же мне делать? Вам, наверное, надо дать каких-нибудь эликсиров? — растерялся он. И вдруг застонал: — Я не умею врачевать! Я ничего не понимаю, что надо делать!

От слуги пахло потом и рисовым вином, был он неопрятно одет, а рубашка испачкана в муке. В другом случае Баожэй непременно отчитала бы его за это, возможно даже приказала всыпать для профилактики плеток. Но не сегодня. Сегодня он был ее спасителем.

— Тогда позови лекаря немедленно! — одними губами прошелестела Баожэй. — Но не уходите далеко! Просто окрикни его.

Слуга от этой просьбы, казалось, растерялся.

— Чего же ты ждешь?

— Так ведь все лекари у господина Фанга собрались.

— Я же приказала никого туда не пускать! — сказала Баожэй и быстро добавила: — Кроме Хэо.

— Лекарь Хэо тоже там, — кивнул слуга.

— Что они там задумали? Зачем они там собрались? Приказ был дан — лечение приостановить до моего особого указания.

— Так ведь господин Фанг… — начал слуга и запнулся, не зная, как сказать новость.

— Что с ним? — насторожилась Баожэй. — Он умер?

— Нет! Ну что вы? Конечно же нет!

Слуга широко улыбнулся, сказал:

— Напротив, он вышел из комы!

Женщина удивленно посмотрела на слугу, а потом, оскалив окровавленные зубы, вдруг хрипло рассмеялась.

— Это стрелки, — прошептал Сюэ с такой обреченностью, что Мартен невольно испугался.

— Неужели все так плохо? Я их…

— Нет, — покачал головой лохматый здоровяк. — Магия тут не поможет.

— Почему?

— Они поглотители.

— Что за поглотители? — не понял мальчик.

— Вся магия, примененная против них, поглощается ими же и используется против тебя самого. — Пояснил Сюэ. И не своим голосом добавил: — К тому же они никогда не промахиваются.

— Тогда бежим! — крикнул Мартен единственное, что сейчас было правильным.

И они рванули в сторону вольера, откуда выпускали зверье. План был предельно прост — вырваться из арены через выход для животных и драпать куда подальше.

Не испугало даже звериное рычание, разносимое из темного коридора.

Стрелки не спешили, заходили с главного входа, осматривались. Зрители, едва заприметив их, тут же шарахались в стороны.

— Догнать, — из последних сил прошептал Цзянши. Теперь он вновь принимало изначальный образ, тело его сжалось, а уродливая морда стала обретать человеческие черты лица.

Стрелки ринулись в погоню.

Движения их были скупы, словно бы наполненные ленью, но опытный взгляд любого охотника сказал бы, что двигаются так только истинные хищники, в период выслеживания добычи.

Стрелки обошли стороной убитого тигра, даже не взглянули на Цзянши — ему помогут другие, их миссия заключается в другом. Шли молча, трое стрелков впереди, еще двое позади. И в этом строе угадывалась какая-то старинная боевая техника, простая, но безотказная, проверенная множеством веков успешных сражений.

Мартен тоже чувствовал, что на сей раз предстоит противостоять чему-то такому, что в сотни раз сильнее того, чтоб было до этих пор. И даже Цзянши, не смотря на его могучий опыт, навряд ли мог потягаться с отрядом стрелков. С каждым по отдельности — да, но со всеми сразу — без шансов.

И поэтому единственным верным решением в этом случае было бегство.

Мартен и Сюэ пробежали уже половину коридора, как к ним метнулась тень. Здоровяк истошно закричал и начал махать ржавым мечом, чем весьма сильно напугал небольшого тигра, к такому приему не привыкшего. Уже зная, что случилось с одним из его собратьев, зверь благоразумно отступил и лишь со злобой, замешанной на страхе, проводил взглядом мальчика. Хищнику было не понять откуда у