Путешествие цветка. Книга 2 - Го Го
Дунфан Юйцин потянул девушку за собой. Со зверем-ворчуном на руках она полетела в ту сторону, где небо встречалось с морем.
* * *
На мгновение Хуа Цяньгу потеряла сознание, а потом словно оказалась в первозданном хаосе, но в то же время как будто в морской воде.
Ощущая, что тонет, она почувствовала легкое удушье. Дикие земли казались перевернутым отражением этого мира. Море и небо поменялись местами. В тот момент, когда беглецы вновь высунули головы из воды, они уже вернулись в шесть миров.
Дунфан Юйцин помог девушке сойти на берег. Она еще не привыкла к здешней обстановке, поэтому ноги слегка подкашивались. Остальные прибыли сюда уже давно. Свыше трех тысяч человек разбрелись по песчаной отмели. Кто-то плакал, а кто-то смеялся.
Хуа Цяньгу подняла голову и посмотрела на восходящее солнце, словно фонтан, брызжущее во все стороны своими лучами, на едва различимую, еще не опустившуюся за горизонт серебристую луну, и небо, голубое, как лед, вот-вот готовое каплями излиться на землю. Губы ее задрожали от волнения. Плюхнувшись на колени, девушка прильнула к земле.
Наконец-то она вновь видит солнце, луну и голубое небо…
Зверь-ворчун весело катался по песчаной отмели. Дунфан Юйцин посмотрел на девушку полным обожания взглядом, чуть откашлялся и незаметно прикрыл следы крови на рукаве.
Хуа Цяньгу долго лежала на земле. Оказывается, возможность в полной мере прочувствовать дуновение свежего ветерка и искупаться в солнечных лучах уже была способна сделать ее невероятно счастливой.
Чжу Жань медленно вдохнул и, заметив, что магическая сила, которой он был лишен на долгое время, постепенно восстанавливается, пришел в неописуемый восторг. Он устремил взгляд в сторону горы Чанлю и некоторое время молча стоял, одолеваемый множеством мыслей.
– Повелительница, раз мы уже выбрались из Диких земель, как следует поступить дальше? – спросил девушку Дух Трухлявого дерева. Хоть он каждый день мечтал о возвращении в шесть миров, но, когда и правда вернулся, вдруг почувствовал, что белый свет слишком просторный и необъятный, отчего на мгновение растерялся.
– Не нужно меня Повелительницей называть. Раз мы уже вернулись, расходитесь. Идите туда, куда пожелаете. Не чувствуйте себя так скованно, как в Диких землях. Однако запомните: хоть вы и покинули те края, вы все еще несете на себе грех преступления. Недопустимо вести себя как заблагорассудится. Дикие земли все еще существуют. Раз однажды вас сослали туда, значит, смогут сослать и во второй раз. Мир совершенствующихся обладает огромной мощью. Неважно, была ли у вас какая-то вражда, хотите ли вы отомстить или устроить беспорядки, лучше заранее откажитесь от подобной идеи. Мы вместе выбрались, потому что каждый из вас страдал уже много лет и должен получить шанс исправить ошибки и начать новую жизнь. Если продолжите творить злодеяния, даже если мир совершенствующихся не покарает вас, от меня пощады не ждите!
Все, один за другим, стали кланяться в землю. Слова благодарности волной разлетелись по округе.
– Но в Диких землях произошло столь мощное колебание. Разве мир совершенствующихся сможет все вот так оставить? Даже если мы хотим начать сначала, нас ждет лишь смерть. Неужели придется всю оставшуюся жизнь прятаться по углам, спасаясь от преследования? – громко произнес Чжу Жань. Вокруг тут же поднялась суматоха.
Хуа Цяньгу нахмурилась, тоже на мгновение растерявшись.
Дунфан Юйцин поспешил успокоить:
– Сейчас мы с вами находимся на небольшом островке в Южном море. Повсюду установлены формации. Следы вашего пребывания скрыты, поэтому не нужно беспокоиться. В мире совершенствующихся пока не обнаружили колебания в Диких землях и не знают о том, что вы вернулись в шесть миров. Если не хотите, чтобы вас преследовали, я могу каждому сменить облик и дать новую личность. Так все смогут начать новую жизнь. Цена – половина вашей духовной силы.
Особо не размышляя, все одобрительно закивали.
Чжу Жань нахмурился:
– Это лишь временная мера. Основную проблему так не решить. Если кто-то выдаст себя или пожелает отомстить, всем придет конец. Вместо того чтобы целыми днями жить в тревоге, давайте лучше никуда не уходить. Останемся вместе и обоснуемся на этой земле. Нас много. Даже мир совершенствующихся некоторое время ничего не сможет нам сделать. А с силой Повелителя нечисти несложно будет дать отпор не только миру совершенствующихся, но и всем шести мирам.
– Чжу Жань! – строго рявкнула Хуа Цяньгу, понимая, что он с самого начала это планировал.
Повсюду зазвучали одобрительные возгласы. Пусть все были сосланы по разным причинам, каждый из отступников обладал честолюбием. С таким трудом выбрались, да еще и заручились поддержкой Повелителя нечисти. Разумеется, они желали отомстить с гордо поднятой головой и не могли согласиться вечно прятаться, кое-как доживая свой век.
Хуа Цяньгу потерла лоб, чувствуя одновременно усталость и головную боль. Как говорится, раз спасаешь – спасай до конца. Нельзя же вывести беглецов наружу и бросить в беде. Сейчас остаться вместе действительно куда безопаснее, чем разойтись.
– Пока так и поступим. Запрещено действовать самовольно. Ждите моих указаний.
* * *
Ко всем беглецам вернулась духовная сила. Проработав полдня, они застроили остров домами.
Дунфан Юйцина беспокоили раны Хуа Цяньгу, но она смотрела на это иначе. Раны легко лечатся, а от шрамов трудно избавиться. Возможно, горло еще можно вылечить так, чтобы она могла снова говорить без использования внутренней силы, однако лицу будет чрезвычайно сложно вернуть прежний вид.
Видя, с какой мучительной болью смотрит на нее Дунфан Юйцин, девушка, улыбаясь, то и дело утешала его:
– Я и без горла могу разговаривать. Ни к чему из всех сил мне лекарство искать. Лицо – лишь наружность. Не нужно придавать этому излишнее значение. Или ты презираешь меня за уродливость?
Хуа Цяньгу обнимала его, прильнув, словно маленькое дитя, и пальцем разглаживала складки меж его бровей.
От этого сердце Дунфан Юйцина защемило еще сильнее. Какую девушку не заботит собственная внешность? Она уже в таком состоянии и все еще может с улыбкой говорить, что это не имеет значения? Он-то думал, что Цяньгу лишь подвергли наказанию гвоздями Рассеивающими душу, но никак не ожидал, что ее до такой степени изуродуют водой из пруда Бесчувствия!
– Кто это сделал?
В носу защипало. Девушка покачала головой, отказываясь говорить.
Дунфан Юйцин