Путешествие цветка. Книга 2 - Го Го
Русалка, словно умирающая без воды рыба, брошенная на сухую землю, изо всех сил извивалась в крепких руках обидчицы, яростно хлеща хвостом.
Женщина в зеленом строго произнесла:
– Сама отдашь или мне вытащить твои сердце и легкие?
Лань Юйхуэй тут же взмолилась о пощаде и поспешила достать Треножник Изначального Гадания из своего хранилища, а потом швырнула его в воздух. К тому моменту, как женщина в зеленом забрала божественный артефакт, русалки уже и след простыл. Незнакомка не стала ее дальше преследовать, а подошла к Хуа Цяньгу и спросила:
– Как ты?
– У меня все хорошо, но вот наставник…
Спасительница показалась девушке знакомой. Хуа Цяньгу долго и пристально вглядывалась в ее лицо, прежде чем вспомнила, что эта женщина – ответственная за прием посетителей служащая терема Тлеющих тайн. Но с чего бы ей так спешить на помощь? Она упомянула хозяина. Значит, хозяин терема послал их? И то верно. Тан Бао же духовная гусеница терема Тлеющих тайн. Наверное, это она привела подкрепление.
– Сестрица, благодарю за своевременное спасение…
Женщина в зеленом искоса посмотрела на девушку:
– Благодарить нет нужды. Терем Тлеющих тайн никогда не ведет дела себе в убыток. Придет время – и мы попросим об ответной услуге.
Хуа Цяньгу закивала и крепко сжала руки женщины.
– Прошу, спасите моего наставника! Я готова заплатить любую цену!
Женщина в зеленом мельком взглянула на лежащего в беспамятстве Бай Цзыхуа и невольно нахмурилась.
Отравленного ядом Треножника Изначального Гадания будет трудно спасти даже божеству.
* * *
Мало-помалу придя в сознание, Хуа Цяньгу с удивлением обнаружила, что находится в комнате Дворца Бесчувствия.
Неужели это тоже иллюзия?
– Наставник…
Девушка резко встала и огляделась по сторонам.
– Цяньгу, ты очнулась! – Как раз в этот момент в комнату вошла Цин Шуй с чашкой лекарственного отвара в руках. Переволновавшись, она выронила посуду и бросилась к девушке. – Знаешь, как ты меня напугала?
Не в силах поверить, Хуа Цяньгу ущипнула подругу за щеки.
– Ты… правда Цин Шуй?
– Да, это я! Цин Шуй! – Та крепко сжала руки Цяньгу, в глазах ее заблестели слезы. – Ты была тяжело ранена. Владыка особым распоряжением позволил мне прийти во Дворец Бесчувствия и позаботиться о тебе!
– Наставник? Где мой наставник? Где он?
– Я и сама не знаю. После вашего возвращения не видела его. Кажется, он ушел в уединение, перед этим поручив мне хорошенько присматривать за тобой.
– Как такое возможно? Он же так тяжело ранен!
– Ранен? Владыка? Ничего подобного. С ним все хорошо. Он лишь сказал, что вы отправились спасать людей. Несмотря на то что вы успешно вызволили их и вернули Треножник Изначального Гадания, ты получила тяжелые травмы и полностью истратила истинную ци.
Хуа Цяньгу обомлела. Почему наставник решил все скрыть? И куда пропали люди из терема Тлеющих тайн? Кто отправил ее с наставником обратно в школу Чанлю? Может, яд уже обезврежен?
– А Тан Бао? Куда она подевалась?
«Может, после долгой разлуки по возвращении сразу к Ло Шии поползла?»
Цин Шуй растерянно покачала головой:
– После вашего возвращения я ни разу ее не видела.
Хуа Цяньгу пришла в ужас:
– Тан Бао пропала? А как же мы тогда вернулись?
– Ты в то время была без сознания. Владыка принес тебя на руках, а потом через посыльного позвал меня сюда и поручил ухаживать за тобой. После этого я его больше не видела.
– А как он выглядел? Словно ничего не произошло?
– Он казался немного бледным, но в остальном – никаких проблем. Цяньгу, во время вашего путешествия что-то случилось? – с тревогой спросила подругу Цин Шуй.
Хуа Цяньгу пребывала в смятении: «Обезвредили яд в теле наставника или нет? Может, в тереме Тлеющих тайн уже вылечили его, а Тан Бао забрали в качестве платы за спасение? Нет! Не может быть!»
– Я пойду к наставнику!
Девушка опрометью выбежала из комнаты, не обращая внимания на оклики Цин Шуй. Но, оказавшись у башни на заднем склоне горы, где обычно уединялся Бай Цзыхуа, она не смогла войти, как бы ни пыталась.
– Наставник… – не находя себе места от беспокойства, позвала она.
– В чем дело? – донесся изнутри привычно равнодушный голос Бай Цзыхуа, как будто ничего и не произошло.
Хуа Цяньгу растерялась:
– Вы… вы же отравлены…
– Не волнуйся, все хорошо. Тебе уже лучше?
– Наставник, ничего серьезного. Но, наставник… – Это же такой сильный яд! Сказал, что все хорошо, и она должна поверить?
– Тогда возвращайся и хорошенько отдохни.
Хуа Цяньгу сновала взад и вперед у двери, не зная, как ей поступить.
– Наставник, как мы вернулись? И куда Тан Бао подевалась?
– Тан Бао в тереме Тлеющих тайн, на днях вернется. Не переживай, хорошенько лечись. Через два месяца Состязание мастеров меча.
Девушка недоумевала. Почему наставник хочет, чтобы в этот раз она приняла участие? В прошлые годы она ведь ни разу там не присутствовала. Жестокое поражение на последнем Состязании мастеров меча все еще не стерлось из ее памяти.
– Слушаюсь, последую вашей воле… Только вот, наставник, вы разве не рассказали Почтенному мастеру и Почтенному ученому об отравлении?
– Ни к чему. Незачем их беспокоить. Возвращайся к себе и не приходи без надобности.
Хуа Цяньгу долго топталась на месте в нерешительности. Сердце не покидало беспокойное чувство. Но за неимением другого выбора оставалось лишь поклониться и уйти.
Яд из тела девушки уже давно вывел Бай Цзыхуа, а ее раны, исключительно поверхностные, опасности не представляли. Благодаря должному уходу, приему пилюль бессмертия и яшмовому нектару ее восстановление шло довольно быстро.
Пока Хуа Цяньгу лечилась, ее несколько раз навещали Ло Шии, Шо Фэн и Цин Лю. Когда Почтенный мастер и Почтенный ученый вызвали девушку на разговор, она вынуждена была скрыть, что наставник отравлен, и сказала лишь, что он ушел в уединение.
Прекрасно осведомленные о силе Бай Цзыхуа, Мо Янь и Шэн Сяомо, разумеется, не верили в то, что тот мог получить тяжелое ранение.
Но Бай Цзыхуа находился в уединении уже больше полумесяца. Неважно, что приносила ему Хуа Цяньгу – кушанья или пилюли бессмертия, – он от всего отказывался. Потеряв всякое самообладание, девушка преклонила колени перед башней и шепотом спросила:
– Наставник, как вы? Могу я войти и взглянуть на вас?
– Не нужно. Возвращайся, – донесся до нее по-прежнему бесстрастный голос Бай Цзыхуа.
Хуа Цяньгу отказывалась повиноваться, продолжая стоять на коленях перед башней и слезно умолять, размышляя про себя: «Раз вы не впускаете меня, так и буду здесь составлять вам компанию».
На рассвете дверь наконец